Читать книгу - ""Фантастика 2026-212". Компиляция. Книги 1-25 - Владимир Матвеев"

Ого! Вот так поворот!

Я буквально сидел с открытым ртом. Неожиданные родственные связи, однако.

Итак, Маргарита — внучка бабы Фиры, мертвой ведьмы, с которой мне довелось пообщаться. Уж не знаю, унаследовала ли она дар своей бабушки, как полагала Соня, но колдунья, умеющая являться с того света, у нее в роду точно имелась.

Глава восемнадцатая

Несколько страниц, которые шли дальше, оказались вырваны, поэтому подробностей о том, как Марина обратилась к бабе Фире, я не узнал. Следующая запись, которую прочел, была сделана примерно через полгода: было написано буквально в одну строку, что Сонечке и Симочке уже полтора годика.

Дальше шли разрозненные, короткие записи бытового характера. Насколько я понял, жизнь у Марины наладилась, она стала спокойнее, перестала страдать от головных болей и навязчивых мыслей, и продолжалось это довольно долго, примерно до тех пор, пока дочерям Марины и Анатолия не исполнилось два года.

Марина писала о детских праздниках, прогулках в парке, о поездке в Екатеринбург, о том, что Сима простудилась, но Соня от нее не заразилась, хотя разлучаться девочки не захотели, плакали.

Няня исчезла со страниц дневника, не было никаких упоминаний. Видимо, Марина справлялась и без посторонней помощи. В общем, если судить по записям этого периода, Марина выглядела совершенно нормальной, обычной женщиной, счастливой и довольной жизнью мамой в декретном отпуске.

Но постепенно тональность записей снова стала меняться. Марина сползала во мрак, причем все стало гораздо хуже, чем прежде.

Начиналось все постепенно, а к тому моменту, когда супруги отметили трехлетие своих близняшек, Марина окончательно сдала.

Вернулись головные боли и убежденность в том, что под черепной коробкой находятся «грызуны», Марина снова рассуждала о пустотах в мозгу и перегородках между ними, которые ноют и болят. Она снова не узнавала себя в зеркале и все сильнее нуждалась в Няне, которая в итоге переехала в дом Смолиных. А спусковым крючком этого кошмара, по всей видимости, была смерть бабы Фиры.

«Говорили, умирала она страшно. Выла, кричала. Якобы ведьмы так и умирают — долго, мучительно, это их расплата за колдовство. Грешная душа застревает между этим и тем светом, а вдобавок бесы-помощники рвут ее на части еще при жизни. Соседка наша крестилась и говорила, предлагали крышу разобрать, чтобы баба Фира упокоилась: пролом сверху нужен — душу наружу выпустить.

Никто в итоге ничего не разобрал, умерла все-таки как-то.

Мне баба Фира не сделала ничего плохого, наоборот, ей я обязана всем! Стоило обратиться раньше, жалко, не додумалась, а посоветовать некому было.

Я вспоминаю прошлое, оглядываюсь назад и вижу издерганную, испуганную женщину, тяжело больную и душевно, и физически. Но волшебные настои и травы бабы Фиры помогли мне, вытащили с того света. Облегчение наступило почти сразу, и я, по дурости, самонадеянно полагала, что спасена.

Но нет. С ее смертью для меня наступают черные времена.

Сегодня, кстати, девятый день, как бабы Фиры не стало.

Пока у меня все хорошо, есть запас трав, корешков, которые я завариваю в точном соответствии с указаниями знахарки (мне нравится звать ее так). Беда в том, что я понятия не имею, что это за растения и коренья, а они рано или поздно кончатся. И взять будет негде.

Не хочу пока думать об этом».

«Сорок дней, как нет бабы Фиры. Не знаю, были ли поминки? На девятый день, на сороковой. Не у кого спросить. Няня не знает, а может, знает, но не говорит мне.

Пока все хорошо.

Сонечка и Симочка — мои ягодки, мои ласточки. Они уберегут меня от тьмы и боли, я верю»

Надежды эти не оправдались, последующие короткие записи гласили, что чудо-средства бабы Фиры кончились, и почти немедленно стали появляться первые симптомы.

Марина мужественно терпела нарастающие проблемы, не подавала виду, что ей все хуже, глотала обезболивающие и убеждала себя, что все в порядке.

Но нервничала она все сильнее, ссорилась с мужем все чаще, устраивала ему сцены ревности, подозревала в измене. Он что ни день задерживался на работе, и жена полагала, что ее соперница работает на фабрике. Имя Маргариты напрямую не звучало, я не могу сказать, подозревала ли Марина, что муж спит именно с этой молодой сотрудницей, но я-то теперь уж точно так думал.

Знаю, что не мне судить, но при мысли о том, как несчастная женщина все глубже проваливалась в геенну огненную безумия и боли, а ее муж, отец ее детей, приятно проводил время в обществе Маргариты (наверное, примерно так же, как проводили его мы с ней не так давно), становилось противно.

Изысканная «леди совершенство» Маргарита строила свое благополучие на костях Марины — уж в этом у меня сомнений не оставалось. Ведьма или нет, но в жизни матери Сони она сыграла не последнюю роль.

Потом запасы бабы Фиры иссякли — и Марине стало совсем плохо. Муж дважды отправлял ее в лечебницу, но никакого результата, по всей видимости,