Читать книгу - "Воздушная кавалерия. Том 11 - Джек из тени"

А секундой позже — изящно щелкнула резным веером, спрятав лицо так, что над кромкой остались видны лишь смеющиеся, чуть прищуренные глаза и тускло блеснувшая на груди серебряная брошь в виде крыла.

Испанские трибуны, видевшие эту сцену на больших экранах, взорвались одобрительным ревом и свистом — южане ценили красивую игру.

— Какая выдержка! Какая грация! — восхитился второй диктор, но тут же нахмурился, вглядываясь в бегущие графики трафика. — Но, Мигель, меня удивляет другое. Счетчик зрителей из России перевалил за полмиллиона и продолжает расти каждую минуту! Откуда такой интерес к нашему национальному турниру в далекой России? И главное — посмотри на чат! После того как они назвали имя княгини, русские замолчали! Все как один! Ни единого комментария, сидят тихо, словно партизаны в засаде, и просто смотрят! Чего они ждут⁈

Времени гадать у комментаторов не осталось: тяжелые кованые решетки южных ворот с грохотом поднялись, и на золотистый песок арены хлынул парад участников.

Первыми, шагая под бой барабанов, выходили команды грандов Испании. Сияли на солнце полированные кирасы дома де Альба, развевались багровые плащи бойцов герцога Мединасели, шли закованные в легкую артефактную броню мечники де Сильва. Трибуны ревели: каждый сектор, выкупленный тем или иным кланом, пытался переорать соседей, запускал в небо цветные шутихи и скандировал имена своих чемпионов. У кого-то получалось заглушить стадион, чьи-то жидкие крики тонули в общем гуле.

Следом пошли роды калибром поменьше, но страсти не утихали.

— А вот и главная интрига национальной сетки, господа! — вновь взревел микрофон Мигеля, когда из ворот показалась плотная коробка бойцов в темно-изумрудных куртках с золотым шитьем. — Семья Эскобар! Впервые за долгие годы они выставили полную команду в тяжелом групповом зачете! Как вы помните, последние сезоны дом Эскобар воздерживался от участия… э-э… по сугубо семейным причинам за океаном!

Во главе десятка мордоворотов, чьи рожи просили кирпича еще на стадии проверки документов, гордо вышагивала сама Мартина Эскобар. Виконтесса шла с высоко поднятой головой, и открыто скалилась в сторону ложи семейства де Сильва.

Именно в этот момент в ленте прямой трансляции снова проснулись русские зрители. Да так, что оба испанских диктора синхронно поперхнулись воздухом. На экране чата, прямо поверх возмущенных криков мадридских болельщиков, посыпались сотни ехидных комментариев из Петербурга, Москвы и Иркутска:

«Ага, знаем мы их семейные причины! Британских пиратов в джунглях на удобрения шинковали, некогда по аренам бегать было!»

«Девчонка — огонь! Сразу видно, наш человек, сейчас кому-то кабину свернут!»

«Делаем ставки, господа курсанты: за сколько минут колумбийские мясники вынесут этих напудренных павлинов в белых лосинах?»

Самым пугающим для организаторов было не содержание, а форма. Каждая реплика русских пользователей в общем чате каким-то непостижимым образом автоматически дублировалась на двух языках — русском и испанском, причем шрифт перевода выделялся наглым золотым курсивом и закреплялся в верхней части экрана так, что стереть его модераторы не могли. Остальные зрители из Франции, Германии и самой Испании такими возможностями не обладали и уже вовсю строчили гневные жалобы в чат.

— Постойте… Что происходит с нашей инфосетью? — растерянно пробормотал Карлос в прямом эфире, прижимая руку к наушнику, где бесновался режиссер трансляции. — Мне только что сообщили из аппаратной, что функции автоматического перевода в системе арены… просто не существует в природе! Как они это делают⁈

Ответ прилетел в чат через пять секунд. Огромными буквами, поверх всех окон, высветилось сообщение от пользователя с ником «Воробей_Штрафбат»:

«Не парьтесь, амигос! Просто у вас обычная техподдержка, а у нас на линии сидит сам Кот-директор! Он за трансляцию со своей стороны отвечает, чтобы мужикам на верфях удобно смотреть было!»

— Кот… директор?.. — по слогам, с абсолютным непониманием в голосе прочитал Мигель, переглядываясь с напарником. — Уважаемый чат, кто такой этот Кот-директор⁈ Это какая-то новая должность в вашем Министерстве связи⁈

Русский сегмент в ответ лишь дружно заспамил ленту тысячами ухмыляющихся кошачьих рожиц, не удостоив дикторов ни единым пояснением.

Тем временем на песке закончилось построение испанских команд, и под сдержанные аплодисменты пошли иностранные делегации. Их было немного, и шли они строго по количественному убыванию: сначала внушительная колонна французов, за ними итальянцы, следом — три команды немецких бюргеров.

Когда немцы заняли свое место в строю, оркестр внезапно смолк. Над огромной чашей Колизея повисла странная, выжидательная тишина. Южные ворота оставались открытыми, зияя черным провалом туннеля.

Диктор на трибуне откашлялся, заглянул в только что принесенный курьером листок с королевской печатью, и его глаза полезли на лоб. Голос комментатора дрогнул, сорвавшись на полтона выше:

— Дамы и господа… Завершает парад участников представитель… Российской Империи! Заявленный в индивидуальном зачете во всех трех боевых категориях! Личный гость Его Величества… Его сиятельство граф Кирилл Андреевич Строганов!

По трибунам прокатился коллективный, тяжелый вздох. В ложах грандов мгновенно вытянулись шеи, как по волшебству в руках появились бинокли. Инес Эскобар в своем секторе подалась вперед, впившись пальцами в каменный бортик, а сидевшая рядом Кармен победно улыбнулась.

Из темноты туннеля на ослепительное мадридское солнце вышли одиннадцать человек.

Они не шли парадным строем и не махали руками публике. Десять рослых, широкоплечих бойцов в черной броне без единого яркого пятна двигались четким размеренным шагом. Лица скрыты темными визорами шлемов, на наплечниках — лишь тусклое серебро оскаленной волчьей морды в шестеренке. От этой молчаливой десятки за версту несло такой концентрированной смертью, что стоявшие ближе к выходу французы невольно сделали шаг назад, освобождая пространство. А впереди, слегка опираясь на черную трость с серебряным набалдашником, спокойным шагом шел сам Строганов.

Несколько секунд стадион переваривал увиденное. А затем с верхних ярусов, раздались первые жидкие смешки и пронзительный свист.

— Эй, русский! Ты бы еще костыли взял!

— Тут тебе не тракторами торговать, калека!

Попытки освистать северного гостя прожили ровно пять секунд.

Потому что в следующее мгновение в дело вступила та самая невидимая сила, что минуту назад хозяйничала в чате трансляции. Все до единого динамики арены, рассчитанные на трансляцию голоса короля, вдруг отключились от рубки управления. А затем на семидесятитысячный стадион обрушилась стена звука.

Тяжелые, чудовищные по своей плотности гитарные риффы, каких этот мир еще не слышал, вдавили публику в скамьи. Ритм-секция ударила по грудным клеткам с мощью осадного молота, напрочь стирая жалкий свист трибун, и незнакомый, хриплый, пробирающий до костей мужской голос рявкнул на немецком языке из тысячи динамиков одновременно:

Getadelt wird, wer Schmerzen kennt

Vom Feuer, das die Haut verbrennt

Ich werf ein