Читать книгу - "Сотая казнь - Тимур Евгеньевич Суворкин"

рогатины в крыши повтыкали по моему приказу, и пики на мостовых укрепили, чтоб если ведьма, что на шабаш летит, с метлы свалится, сразу ей конец пришел. Ну все же хорошо было! Нет они еще и вилы решили поставить, да не куда-нибудь, а под окна купца Мориса, к чьей женушке между прочим сам глава городского совета захаживал! И ладно б только вилы поставили, так еще и в дверь среди ночи постучали!

– А… То-то я все думал, из-за чего глава совета в ту пору налоги так повысил.

– То-то и оно, как смог сесть за стол, так и выписал указ! И я боюсь если народ вовремя не образумят, люд наш еще и не такое выдумает. А ведь на месте главы совета кто угодно мог оказаться… – архиепископ сложил пухлые руки и прочитал молитву за здоровье герцога.

– Хорошо… – Лис Седьмой тяжело посмотрел на архиепископа, – Сколько тебе на этот раз надо?

– Деньги мне в этот раз не нужны, – тихо прошептал отец Фогель, лишь чудом оборов свое внутреннее я, которое утверждало обратное, – Мне нужна ваша помощь.

Припавший было к стакану с вином герцог поперхнулся и на всякий случай поискал пути отступления. Такой отец Фогель начинал его пугать.

– Ладно хватит комедию ломать. Сколько тебе дать? Тысячу, две?

– Я не за деньгами, – архиепископ был готов расплакаться от сказанного, – Мне правда нужна помощь. Я собираюсь изловить злокозненного демона, а для этого мне нужно чтобы вы приняли мой план…. И помиловали одного из людей который этот план будет выполнять.

– Отец Фогель, неужели то что я слышу правда? Вы научились приносить пользу? – герцог откинулся на резную спинку кресла, недоверчиво оглядывая священнослужителя – Ох, не верится. Ладно, бес с вами, излагайте план. Что до того человека, то так уж и быть помилую. Кто он? Беглый каторжник или мой недруг? Спешите сказать пока я добрый.

– Даете слово?

– Даю слово, – герцог беззаботно махнул рукой. В свете камина ярко блеснули украшающие его пальцы рубиновые кольца, – Но только если план сработает.

– Все, дети мои, можете заходить.

Крик отца Фогеля еще не замолк, как тяжелые, изукрашенные резьбой створки двери распахнулись, легко скользнув на тщательно смазанных салом петлях.

Только то, что герцог вновь не взял вино, не дало ему поперхнуться в очередной раз, когда он увидел входящего чародея.

– Как? Что? Да я… Измена! – взгляд герцога заметался по комнате в поисках оружия.

– Стойте вы же дали слово! – честно попытался вмешаться отец Фогель, но правителю было уже не до его увещеваний.

– Измена! Стража! На копья их всех! Стража! – герцог резво отпрыгнул назад, срывая с камина тяжелый двуручник. Приноровившись к пыльной и сальной от каминной гари рукояти, Лис с за шкирку схватил все еще ошеломленно сидящую Октавию и кинул ее за свою спину. Тяжелый меч взлетел в воздух описывая восьмерки.

Ойкнув, отец Фогель решил, что пора умывать руки и ринулся под стол. Погост с Мэрган меж тем спешно накинули засов на двери, лишь на мгновения опередив стоящих в коридоре стражей, что кинулись на помощь сюзерену.

– Что колдун, решил с того света за Октавией вернуться? Так давай подходи! Уйдешь по частям! – Лис сделал несколько страшных замахов. Красное от гнева лицо герцога резко контрастировало с белыми щеками Октавии. Наверное только женское любопытство не давало ей пасть в обморок.

– Значит один раз тебе меня казнить уже мало? Ну все… Сейчас я тебе устрою досрочное прерывание династии… – на пальцах Погоста мрачно заплясал синий огонь и чернокнижник пошел на правителя.

В ответ свистнул двуручник. Удар был неуловим и смертелен. Тусклая сталь ударила точно по шее чародея. Итак чудом державшаяся до этого голова мага покатилась по полу, комментируя нехорошим словом каждый удар.

Что до Лиса Седьмого, так тот пораженно замер, глядя на все еще не умирающего врага. В этот же момент огонь на руках мага опал и не смутившееся туловище кинулось вперед, валя герцога с ног.

Скрипя зубами и сипя обрубленным горлом враги покатились по полу нанося друг другу яростные удары. Роскошные одежды переплелись с черным балахоном в один клубок. То там, то здесь мелькали локти, кулаки и колени.

– Как дети, право слово, – констатировала наконец отошедшая от шока герцогиня и с трудом подняв над столом тяжеленную супницу щедро окатила комок тел куриным бульоном.

Герцог и его бывший чародей мгновенно отскочили в стороны, точно облитые водой коты. И именно в этот момент засов на дверях наконец не выдержал и в зал с топотом влетела герцогская стража с блещущим мечом сэром Гилбертом во главе.

Все еще сидящий на полу Лис Седьмой медленно поднял украшенную лапшой и кусками мяса рыжую голову. Взгляд его был таков, что кинувшийся было к нему сэр Гилберт споткнулся и мгновенно замер на месте.

– Всем вон… Вон я сказал! И ждать моего приказа! – цвет лица герцога опасно приблизился к цвету его волос.

Стражу не нужно было упрашивать и она тут же кинулась прочь не позабыв даже аккуратно закрыть двери.

– Ну и кто это сделал? – Лис сорвал с уха лапшу и с отвращением, будто червя кинул ее на пол.

– Я милый, – герцогиня сделала вид, что страшно смущена поступком.

– Ладно об этом мы поговорим позже, – тон герцога чуть потеплел, – Теперь второе, где отец Фогель? Где этот иудствующий кусок сала?

– Я попрошу! – пересидевший все событий под столом архиепископ с достоинством выполз наружу.

Между тем напротив герцога уже уселись Мэрган и порядком отчищенный ее стараниями Погост.

– Отлично все на месте. А теперь быстро объясните, что бесы вас дери все это означает! – наконец вспомнивший, что он в конце концов правитель, Лис Седьмой стал полностью серьезен и даже остатки курицы с одежды скинул вдумчиво и отрешенно, как и полагается правителям.

Вздохнув, Мэрган стала в который раз пересказывать их с Погостом историю. Если дело пошло бы так и дальше, вскоре она могла бы без запинки рассказывать ее в два часа ночи одновременно пытая кого-нибудь самым изощренным и затейливым способом. Погост время от времени поддакивал, но старался не выделяться, не хотел снова вывести герцога из себя. Отец Фогель напротив вставлял свое слово когда надо и нет, стараясь всячески подчеркивать свою значимость в деле поимки демона.

Когда наконец настала тишина, герцог перестал подергивать себя за щегольскую бородку и перевел взгляд на Октавию, затем вновь уставился на Погоста.

– Ладно. В городе жрут людей, а ты в конце концов наказание свое понес полностью, – герцог посмотрел