Читать книгу - "Фантастика 2026-215 - Александр Изотов"

Основная часть дороги пролегала через лес, но иногда встречались мелкие, зачуханные деревеньки. Боже, что это были за дыры! Я прекрасно понимаю людей, которые стремятся оттуда вырваться и переехать в город.

Никаких навигаторов, понятно, что и в помине не было. Ориентироваться приходилось по дорожным щитам, по указателям со стрелками. К тому же я вчера узнала от родителей, что путь в Тополиху пролегает как раз мимо Каменска. А туда дорогу я помнила. И все же очень боялась заблудиться.

Зинаида Ивановна нажала кнопку на панели, и зазвучал голос диктора радио: «В Боснии и Герцеговине достигнуто соглашение о прекращении огня…». После выпуска новостей заиграла ритмичная музыка, и мягкий мужской голос запел: «Я к тебе не подойду, не коснусь тебя рукой, золотые купола вдруг зажглись во мгле ночной…».

— Ой, Зинаида Ивановна, — вспомнила я, — а мы сможем по пути заехать в Липовку? Меня Костя попросил к его матери съездить.

И я вкратце обрисовала ей подробности.

— Можно, — кивнула она, — только давай решать проблемы по мере их поступления. Нам же надо в тюрьму к Пете, правильно? Так что первым делом едем туда, а уж на обратном пути можно и в Липовку.

Прошло два часа нашей поездки, а солнце не торопилось выглядывать. Так мы и подъехали к щиту с названием «Тополиха» — в серой холодной хмари.

Вскоре показалась местная автостанция. По небольшой территории бродили бездомные собаки, выпрашивая у немногочисленных сонных пассажиров какой-нибудь кусок. В серой массе из подтаявшего снега топталась стая голубей. Немного в стороне стояло маленькое деревянное сооружение с покосившейся дверью, от которого вонь доносилась даже до салона нашего автомобиля.

— Ну что, Надя, приехали! — бодро провозгласила Зинаида Ивановна, застегивая пуговицы своего неказистого пальто. — Видишь здания справа? Вон, за деревьями. Это и есть тюрьма.

— Далековато от станции, — обронила я, оглядывая окрестности. — А вон те домишки слева — это деревня?

— Ну да, тюрьму же не поставят в самом населенном пункте, она на отшибе. Зато работа есть для местных. Многие из деревни здесь работают. Такое вот градообразующее предприятие.

На этот раз нам не пришлось проходить мимо зала с людьми. Здесь управление было в отдельном здании. И к подзащитному пошла не я, а Зинаида Ивановна.

А я, сняв теплую дубленку, сидела в приемной. Хотела подремать, но мешало щебетание двух девиц в форме, которые здесь работали.

— И что, ты поедешь к нему в Уфу? — спрашивала с насмешкой одна. — Совсем с дубу рухнула? Он же осужденный. Ну, провела время с пользой, и хорош! Зачем жизнь-то с ним связывать?

— Затем и связывать, — отвечала другая, с ярким макияжем, чем-то напоминающая мою кузину Машку, — он же замуж позвал, а не просто так. И не одну меня, а вместе с ребенком. Мы с Андрюшкой к нему поедем. Ты же сама мать и знаешь, что нам не только себе мужа надо искать, но и отца своему ребенку.

— Да, но я бы искала среди своих коллег, а еще лучше при погонах кого-то найти.

— А я кого смогла, того и нашла.

Мне даже жалко стало эту яркую девицу. Как я поняла, ее угораздило замутить роман с осужденным. Потом его освободили, и он уехал в Уфу. Откуда и прислал предложение века. Вернее, руки и сердца.

— Ну, его еще понять можно, — не унималась ее подруга, — мужику сорок лет, семьи никогда не имел, а тут ты, такая молоденькая и красивая. И ребенок готовый. Но тебе-то это зачем? Ты же теперь все потеряешь, и работу, и зарплату, и квартиру служебную. Ну я не понимаю! Трехкомнатная квартира со всеми льготами! А стаж к пенсии? Ты об этом подумала?

— Так эти годы мне все равно зачтутся, — возражала яркая, — куда они денутся? А работу потеряю, так ничего страшного, зато мужа приобрету! И семью.

— Да как тебе еще объяснять? — потеряла терпение неравнодушная к чужим проблемам девица. — Ладно, пойдем покурим.

Девицы упорхнули курить, но мне так и не удалось задремать. Как же мы, женщины, ищем счастья в мужчинах! Ставим их выше всего — работы, собственного благополучия, собственных детей, интересов. А ведь если хорошенько подумать — женщина сама по себе целая вселенная. И в самой себе могла бы найти счастье. Но нет, мы готовы на все, лишь бы иметь штаны рядом. А в этом случае — еще и такие неказистые, на двадцать лет старше и с судимостью.

Наконец откуда-то из коридора до меня донесся стук каблуков и низкий грубоватый голос Зинаиды Ивановны:

— Они думали, запрут его сюда, и адвокаты не приедут и не помогут! А мы взяли и приехали! И я обязательно добьюсь, чтобы Петра перевели обратно! Тем более, суд скоро.

Она вошла в кабинет в сопровождении мужчины в форме. По-моему, тот смотрел на нее с восхищением.

С таким восхищением, что даже не заметил молодых девиц, вернувшихся с перекура.

— Ну что, Надежда, — весело посмотрела на меня адвокатесса, — Петина сожительница и впрямь была беременна, он это подтверждает.

— Ну да, и соседка легко подтвердит, — кивнула я, — только что нам это даст?

— Как что? Мы можем добиться, чтобы дело отправили на доследование! Они же такой факт не установили! Нигде в деле нет, что пострадавшая была в положении. А это значит, что дело вели спустя рукава. Ага, — продолжала Зинаида Ивановна возмущаться, надевая пальто с помощью того мужчины в форме, — они хотели поскорее дело закрыть и сбагрить Петю в тюрьму. Не выйдет!

— А этого Петю что, в убийстве обвинили? — вдруг подала голос одна из девиц. Та самая, неравнодушная.

— Ну да, якобы он отравил ее.

— А вы знаете, что беременность иногда сама по себе может привести к смерти? — обеспокоенно смотрела на нас девица. — Правда, такое редко бывает, но все же. Внематочная беременность, например, или замершая. Ваша фигурантка на учете стояла?

— Кого? — с досадой поморщилась Зинаида Ивановна. — Она даже в поликлинику не ходила! В этом все и дело, беременность нигде не зафиксирована, есть только показания свидетелей.

— Ох, уж эти ваши следователи, — выразительно покачал головой мужчина в форме, — совершенно не умеют работать.

— А главное, не хотят! — припечатала Зинаида Ивановна.

По дороге в Липовку я