Читать книгу - "Путь Строителя 20 - Алексей Ковтунов"

так, что ватник потяжелел килограммов на пять, и снимать его боязно, без него станет еще холоднее.

Луна из щели между тучами светит ярко, и повсюду поблескивает рыба, и мелкая, и крупная. Одни лежат брюхом кверху, а другие прыгают и, похоже, пытаются сообразить, куда подевалась река и с чего она вдруг так далеко.

Оглушило их, кстати, не осколками, а ударом через воду, она почти не сжимается и несет его дальше воздуха, вот пузыри в брюхе и отбило всем, кто плавал поблизости, а тех, кто был ближе всех, заодно вынесло на сушу.

Дома за такую рыбалку штрафовали, и правильно делали, а здесь ни инспектора, ни протокола, один Корш, да и тот, подозреваю, первым делом поинтересуется, сколько леща приходится на человекодень.

От деревни послышался топот, и вдоль берега, оскальзываясь, побежали люди, а факелы над головами так и мотает.

Первым из темноты вылетел Кейн, его по скорости и узнаешь, и затормозил прямо надо мной, осыпав меня песком, а Вельт с луком в руке появился чуть погодя и, не сбавляя шага, ушел вниз по течению, на ходу вглядываясь в воду.

— Где лодка⁈

— Да вот… — я вынул зубочистку изо рта и протянул ему.

— Что?

— Да вот, говорю, всё, что найти удалось.

Кейн повертел щепку перед носом и зачем-то даже понюхал. Потом он медленно перевел взгляд на реку, а та под луной лежит гладкая и пустая до того берега, и ни одного борта на ней не плавает.

— Это вся лодка? — недоверчиво протянул он.

— Кусок обшивки, если по изгибу судить, — я пожал плечами. — Остальное где-то там, наверное.

Он сунул щепку за пазуху и умчался догонять напарника, а я лишь теперь сообразил, что ковырял в зубах единственной уликой, и следов на ней, кроме моих, никаких.

Слышно, как они перекликаются у воды, Кейн забрел в реку по колено и ругается на холод так, что уши вянут даже у меня, хотя им сегодня и без того досталось, а Вельт взобрался на бревна у лесопилки и смотрит в темноту, огонь ему без надобности, глаза у него и так видят дальше наших.

А ведь это была первая моя боевая ракета в этом мире. Помню шипение и сноп искр из хвоста, а следом, как старший соскочил со штабеля и пошел над самой водой, покачиваясь, косые перья у него не сразу поймали поток.

В общем, промахнулся немного. Сначала ракета ушла правее, затем из хвоста выплюнуло особенно яркий сноп искр и она вильнула влево, а перед столкновением с противоположным берегом и вовсе, развернулась в воздухе и ткнулась в дно реки метрах в трех от лодки. Хорошо хоть не вверх вильнула, на самом деле. Почему так произошло? Ну, оглядываясь назад могу предположить, что скорее всего виной такому поведению отсутствие сопла. Шпон со смолой прожгло, возможно один из стабилизаторов тоже прогорел, и дальше полетело куда полетело.

Я бы смотрел и смотрел на поведение ракеты в воздухе и возможно даже провел анализ, вот только сразу после последнего поворота снаряда, буквально следующим кадром идут кусты.

В себя я пришел лицом в мокрых ветках, метрах в десяти от того места, где запускал, и сколько там провалялся, сказать не могу.

Над рекой еще оседала мелкая морось, луна просвечивала через нее мутным пятном, а от середины расходились широкие круги, и на этом всё.

Зато перед глазами, стоило их продрать, висела строчка, которую система выдала, пока я лежал без памяти.

[Путь Разрушения IV: 32% → 61%]

Двадцать девять процентов за один выстрел, а ведь буквально недавно я сокрушался, что Разрушение у меня стоит на месте. Сдвинулось, как выяснилось, но такие тренировки я бы в распорядок дня вносить не стал.

Новый брикет шутить не умеет, а я торчал от него в полусотне метров и рассчитывал отделаться легким испугом. В общем-то, на том и сошлось, если не считать небольшого полета в кусты.

Из всей четверни я лишился пока лишь первенца, а младшенький, к счастью, дожидается своего часа в яме.

Что именно сработало, чешуя на носу или сам заряд, перекормленный Основой, теперь уже не узнать, разве что повторить на чем-нибудь подешевле. Впрочем, взрыватель я и так собирался ставить отдельно, только волосок для этого надо закрепить на чем-то твердом… Четыре чешуйки слепить вместе, а по центру иголка, которая будет пробивать восковую пробку и втыкаться прямо в брикет, думаю, это будет оптимальным решением.

Как только ноги стали слушаться, я прошел берег туда и обратно, а в воду забредал, сколько хватало терпения, но кроме той щепки так ничего и не попалось, ни весла, ни лоскута.

Ребята этим, с лодки, всего лишь крикнули остановиться, а в ответ молча щелкнула тетива. Отпустить тех, кто без раздумий всаживает парню стрелу в грудь, было нельзя, сегодня это наш стражник, а завтра кто угодно, так что там, у воды, сомнений у меня не возникло ни на мгновение, и сейчас, мокрый и оглохший, я думаю ровно так же.

Надеюсь, усатый донес лопоухого быстро, а там уж пусть Эдвин колдует, у него и не такие на ноги вставали.

Тем временем подтянулись и остальные, стражники с копьями да мужики кто с топором, кто с вилами. Одна баба прибежала с пустой корзиной и, оглядевшись, всё поняла правильно.

— Какого хрена тут произошло⁈ — гаркнул стражник, затормозив у самой кромки.

— Река из берегов вышла, — уверенно сообщил мужик, который с разбегу влетел в запруду по колено и теперь стоял в ней, боясь пошевелиться.

— Да какая река, тут лесопилку чуть не смыло! — его сосед постучал обухом по стене. — Гляди, до самой крыши долетало!

— Хорг удавится, как увидит, — покачал головой мужик с вилами, оглядывая раскиданный штабель.

— А я уж решил, опять Больд, — признался кто-то из задних, привставая на цыпочки, чтобы разглядеть, что там творится.

— Больда у старосты все видели, — возразил ему другой. — Его там и так во всем обвинили, хватит с него на сегодня.

— Рыба! — баба уже подбирала добычу, по две штуки в каждую руку. — Вы чего встали? Она ж обратно уйдет!

Мужики переглянулись, и все вопросы отошли на второй план, кто подставил шапку, а кто задрал подол рубахи и принялся сгребать туда мелочь. Помощь я звал ошметки собирать, а ловят, выходит, рыбу, и, судя по азарту, такая работа деревне куда больше по душе.

— Ого, да тут садок готовый! — обрадовался мужик в запруде и выудил из-под ног здоровенного окуня. — Ее тут полно, никуда не денется!

— А этот чей? — к моему лещу потянулась