Читать книгу - ""Фантастика 2026-34". Компиляция. Книги 1-22 - Сергей Чернов"

Наемник затушил фонарь, привычно нырнул в ледяную воду штольни и размеренным, бесшумным шагом двинулся к выходу наружу. Охота на Свалке была окончена, впереди оставалась последняя прямая.

Глава 30

Болота Янтаря встретили наемника привычным застойным смрадом тухлой воды, прелого камыша и серных испарений, лениво поднимавшихся над неподвижной ряской. После яростной, сухой стрельбы на Свалке здешняя тишина казалась густой и липкой, словно вата, набитая в уши контуженому бойцу.

Земля позади гудела. В эфире, пойманном на сканер «Северка», творилось сущее безумие: блокпосты «Долга» орали дурными голосами, объявляя высшую степень боевой готовности, комендантские патрули перекрывали выезды с Ростка, а на Свалку уже спешила бронегруппа на трех БТРах, поднимая веером радиоактивную пыль. Однако на этих мертвых топях армейские порядки ничего не стоили. Обогнув холмы по руслу высохшего ручья, Дюбуа еще до полудня срезал угол через Дикую территорию и теперь шел по шатким мосткам старой геодезической тропы, методично отсчитывая шаги до научного периметра.

Охота за ним пока опаздывала, но фортуна не любила самоуверенных.

В трехстах метрах от южной оконечности сухого заводского карьера француз внезапно замер, опустившись в заросли побуревшего рогоза.

Впереди, на открытом каменистом островке среди топи, маячило нечто нелепое и чужеродное для здешних гиблых мест. Там, прижавшись спиной к проржавевшему ковшу утонувшего экскаватора, сидел человек в громоздком оранжевом комбинезоне биологической защиты с широким сферическим шлемом. Рядом на влажном песке валялись опрокинутый треножник полевого дозиметра и раскрытый дюралевый ящик с разбитыми пробирками. Второй ученый, судя по неподвижной позе и распоротому кевларовому рукаву комбинезона, уже остывал в камышах в паре шагов от воды, а живой вжимался в ржавое железо, судорожно сжимая в дрожащих резиновых перчатках короткий милицейский помповик двенадцатого калибра.

В десяти метрах от него по илистой отмели кружили трое зомбированных — бывшие сталкеры в истлевших лохмотьях брезентовых курток, с пустыми, налитыми бельмами глазами. Они двигались медленно, дергано, издавая утробное, бессвязное мычание, но упорно сжимали в руках ржавые охотничьи обрезы.

— Мамочка… господи, только не сюда… — донесся из внешнего динамика оранжевого шлема тонкий, срывающийся на бабий визг голос перепуганного лаборанта.

Шрам поморщился, оценивая расклад.

Стрелять длинной очередью из маузера значило привлечь лишнее внимание к тропе, но оставлять за спиной свидетелей или ждать, пока мертвецы прикончат ботаника, времени не было. Лаборант был пропуском. Чистым, безупречным билетом внутрь укрепленного бункера без унизительных расспросов охраны на внешнем шлюзе.

Француз плавно скользнул вперед, сбросив с плеча карабин КС-23.

Тяжелая резиновая подошва армейского ботинка бесшумно вмяла прелый мох. Наемник сократил дистанцию за пару секунд, вынырнув из-за остова ковша прямо за спиной ближайшего зомби. Короткий взмах приклада помповика обрушился на затылок мертвеца с сухим, хрустящим звуком раскалываемого ореха; тело кулем осело в болотную жижу.

Двое оставшихся шарахнулись в стороны, пытаясь вскинуть обрезы, но Пьер уже работал на опережение.

БА-А-АХ!

Выстрел двадцать третьего калибра в упор прозвучал как удар кузнечного молота по пустой бочке. Тяжелая свинцовая картечь «Шрапнель-25» снесла первому зомбированному плечо вместе с половиной грудной клетки, швырнув мертвое тело в камыши на три метра назад. Последний стрелок не успел даже нажать на спуск: наемник перехватил ржавый ствол левой рукой, дернул на себя, ломая пальцы мертвецу, и коротким тычком тяжелого ножа в основание черепа оборвал его бессмысленное существование.

На островке воцарилась тишина, нарушаемая лишь сиплым, прерывистым хрипом лаборанта.

Ученый в оранжевом скафандре выронил ружье в грязь, зажмурился и судорожно вжался в ковш, выставив перед собой трясущиеся руки:

— Не стреляйте! Не надо! У меня нет денег, все приборы казенные, профессор всё знает, нас ищут!..

— Заткнись, ботаник, — негромко, но с такой тяжелой, каленой сталью в голосе произнес Шрам, что человек внутри скафандра мгновенно защелкнул челюсти.

Француз вытер лезвие ножа о рукав мертвого зомби, вернул клинок в ножны и подошел вплотную к дрожащему экологу. Откинув глубокий капюшон плаща, наемник посмотрел на стекло чужого шлема холодными серыми глазами:

— Где твоя охрана?

— Погибли… — всхлипнул очкарик сквозь хрипящий динамик, размазывая пот по лицу внутри прозрачного купола. — На насосной станции в засаду попали… Кабаны, потом эти полумертвые с ружьями… Лейтенант велел бежать к бункеру, а сам остался… Я образцы нес, я доцент Ковалевский с кафедры радиобиологии…

— Значит так, доцент, — Пьер достал из кармана толстую, перехваченную резинкой пачку хрустящих стодолларовых купюр, взятых из сейфа Горничева, и небрежно бросил ее на колени ученому. — Слушай сюда и запоминай с первого раза. Твоя охрана погибла, но ты нанял вольного стрелка для сопровождения ценного груза. Меня зовут Пьер. На входе в бункер ты лично подтвердишь охране, что я вытащил твою тощую задницу из зубов мутантов, спас пробирки и имею право войти без сдачи оружия в общий накопитель. Деньги спрячешь под комбинезон. Купишь жене шубу в Киеве, а на кафедре скажешь, что образцы спасли чудом. Если хоть одно слово промямлишь мимо текста — я найду тебя раньше, чем твой вертолет пересечет Периметр. Усек?

Ковалевский ошарашенно посмотрел на толстую пачку зеленых банкнот, затем на тяжелый монструозный ствол КС-23 в руках чужака, судорожно сглотнул слюну и мелко, часто закивал головой:

— Понял… Всё понял, богом клянусь! Я оформлю вас как внештатного полевого специалиста… У Сахарова есть такие бланки, я сам внесу данные в терминал! Только доведите до шлюза, ради всего святого…

— Подбирай чемодан и держись за моим левым плечом, — скомандовал Дюбуа, вскидывая помповик. — И молись, чтоб нам по дороге псевдогигант не попался, а то побежишь впереди в качестве приманки.

Они преодолели последние полтора километра топей за сорок минут.

Шрам вел ученого по кромке гравийной насыпи, обходя открытые окна зыбунов и кочующие гравитационные проплешины. Лаборант задыхался, спотыкался на каждом костяке рельса, но пачку денег прижимал к груди сквозь резиновый клапан с маниакальным упорством человека, внезапно осознавшего цену собственного спасения.

Впереди сквозь болотную хмарь наконец проступили очертания мобильного бункера ученых.

Огромная, собранная из броневых стальных модулей конструкция на массивных гидравлических опорах стояла посреди сухого песчаного котлована, напоминая приземистую космическую станцию, рухнувшую на радиоактивную землю. По углам бетонного основания мерно вращались спаренные крупнокалиберные пулеметы автоматических турелей, за ограждением из колючей проволоки курили двое часовых в армейском камуфляже, а над крышей комплекса гудели мощные антенны спутниковой связи.

Ковалевский отработал свою долю безупречно.

Едва они взбежали по металлическому трапу к внешнему шлюзу, как лаборант заколотил кулаками по броне переборки,