Читать книгу - ""Фантастика 2026-34". Компиляция. Книги 1-22 - Сергей Чернов"

Ван Дейк, лежа прямо в ледяной жиже канавы, раздвинул сошки своего «Миними», намертво вдавил их в щебень и вжался щекой в приклад. Голландец не дергался и не суетился — его тяжелое, спокойное лицо оставалось неподвижным, словно вырубленным из гранита. Палец пулеметчика плавно выбрал свободный ход спуска, и бельгийский ствол отозвался длинной, яростной очередью в сорок патронов.

Бронебойно-зажигательные пули с черными носиками хлестнули по железобетонному колпаку свинцовым молотом. Сноп ослепительных искр брызнул во все стороны, кроша бетон вокруг амбразуры и срывая стальные пластины усиления. Пули ван Дейка с ювелирной точностью вгрызались в самую щель амбразуры, выбивая из турели куски металла и заставив вражеского пулеметчика захлебнуться. Станковый пулемет должан на секунду задрал ствол в небо, полоснул по вершинам скал и замолчал: стрелка внутри бронеколпака накрыло рикошетами и осколками бронестекла.

— Бранислав, прикрой правый фланг! — крикнул Шрам, вскидывая РПК и короткими расчетливыми двойками срезая верхушки мешков с песком, не давая пехоте высунуть носы.

Хорват работал как швейцарские часы. Привалившись спиной к обломку рельса, Бранислав методично, одиночными выстрелами щелкал из своего автомата. Один из автоматчиков «Долга», высунувшийся из окопа, чтобы швырнуть гранату, не успел даже замахнуться: пуля хорвата пробила край титанового шлема, сорвала забрало, и боец кулем рухнул обратно в траншею, уронив гранату под ноги своим же товарищам. Глухой внутренний взрыв потряс бруствер, подняв над окопом облако серых ошметков и пыли.

В этот момент вперед выдвинулся Докер.

Англичанин, перепачканный глиной с ног до головы, выкатился на середину полотна на правый бок, упер приклад шестизарядного револьверного чудовища в плечо и задрал толстый ствол чуть выше амбразуры. Лицо ветерана Фолклендов расплылось в хищной, безумной усмешке:

— Лови посылку от королевы, красноперые!

Бум!

Тяжелая сорокамиллиметровая кумулятивно-осколочная граната покинула ствол с глухим, чавкающим звуком, прочертила в воздухе короткую дугу и вошла точно в стык между бетонным куполом колпака и фундаментной подушкой из шпал.

Взрыв был страшным.

Кумулятивная струя прожгла полуметровый железобетон за долю секунды, а следом сдетонировал основной фугасный заряд. Тяжелый бронеколпак весом в две тонны буквально подбросило в воздух, разорвав на три неровных куска. Огненный столб вырвался наружу вместе с кусками арматуры, раскуроченными механизмами турели и ошметками защитных комбинезонов расчета. Ударная волна слизала верхние ряды мешков с песком, разметав остатки заставы по железнодорожной насыпи и превратив позицию в дымящуюся воронку.

Овчарка, скуля от контузии, с перебитой лапой метнулась в кусты, а уцелевший должанин — молодой сержант с рассеченным лбом — в ужасе бросил автомат и попытался уползти в глубину траншеи, судорожно зажимая уши руками.

— Чисто! — рявкнул Шрам, вскакивая на ноги. — Смитти, перекусить проволоку! Живее!

Бритт метнулся вперед, выхватывая из подсумка тяжелые саперные кусачки с длинными ручками. Каленые губки инструмента с сухим звоном перекусили натянутые струны колючей «егозы» в трех местах. Проволока со свистом смоталась в кольца, освобождая узкий проход прямо по оси путей.

— Уходим! — скомандовал Дюбуа, на ходу меняя барабан на пулемете. — Никаких трофеев, не задерживаться ни на секунду!

Наемники рванули сквозь дымящуюся брешь заставы, перепрыгивая через дымящиеся куски бетона и разорванные тела караульных.

Позади, со стороны главной базы «Долга» на холмах, уже выла протяжная, тревожная сирена. В утреннем сыром воздухе отчетливо послышался тяжелый, басовитый рев разогреваемых дизелей — дежурная бронегруппа карателей на БТР-80 уже строилась к выходу на перехват, готовая перепахать железнодорожную выемку крупнокалиберными пулеметами.

Но когда тяжелые бронетранспортеры с красными звездами на броне с грохотом вкатились в скальный каньон, на разбитом блокпосту не осталось никого, кроме мертвецов и догорающих шпал.

Пятерка наемников Синдиката, прикрывшись густым болотным туманом, уже растворилась в бескрайних зарослях тростника на ничейной полосе, стремительно уходя на север — туда, где за ржавыми соснами начинались владения безумия и где человеческие законы окончательно уступали место свинцу и артефактам.

Глава 23

Тяжелый дизельный рев карательного БТРа «Долга» постепенно тонул вдали, захлебываясь в сыром утреннем тумане. Должане наверняка долго и со вкусом утюжили железнодорожную выемку из крупнокалиберного КПВТ, щедро вспарывая кусты свинцом и засыпая овраг осколками, но наемников там уже не было.

Шрам вел группу по самой кромке ничейной полосы, срезая дугу через заброшенные мелиоративные канавы. Под ногами хлюпала ржавая торфяная жижа, пополам перемешанная с прошлогодней прелью и едким химическим осадком. Дышали тяжело, сквозь зубы, держа дистанцию в три шага и не поднимая голов выше чахлого ольшаника. Выброс на севере всё еще глухо ворочался в небесных высях, отзываясь в затылках тупой, ноющей болью, но ядовитый фиолетовый купол над Рыжим лесом уже затягивался обычной для этих мест свинцовой хмарью.

Впереди сквозь редеющую белесую муть проступили щербатые кирпичные очертания старой молочно-товарной фермы.

В советские годы здесь держали племенной скот, а теперь комплекс представлял собой унылое кладбище из провалившихся шиферных крыш, полусгнивших бревенчатых загонов и циклопических силосных ям. Три параллельных бетонных желоба глубиной метра в четыре тянулись вдоль дороги, намертво перегораживая прямой путь на север. За три десятка лет эти траншеи до краев наполнились мутной дождевой водой, палыми ветками и толстым слоем черного перегноя, источавшего ядовитый аммиачный дух.

— Привал на три минуты, — вполголоса скомандовал Дюбуа, первым соскальзывая по глинистому откосу к торцу средней силосной ямы. — Дыхание перевести, магазины проверить.

Голландец тяжело опустился на сухой обломок бетонной плиты, бережно прижимая к груди пулемет. Ствол «Миними» еще слабо парил на холодном ветру, распространяя запах горячего оружейного масла.

— Ну и денек задался, — прохрипел ван Дейк, вытирая багровый лоб рукавом тельняшки. — Сначала красноперые со своим бронеколпаком, теперь этот марафон по болоту… Мои колени скоро окончательно рассыплются в труху, сержант. Дай бог здоровья тому коллекционеру с его миллионами, если мы до них доживем.

— Доживешь, Питер, куда ты денешься с подводной лодки, — ухмыльнулся Докер, заглядывая в барабан своего револьверного монстра и проверяя оставшиеся гранаты. — Тебя даже черти в аду откажутся варить, скажут — мяса мало, одни кости да пулеметная лента.

— Цыц оба, — оборвал их Бранислав. Хорват замер у угла разрушенного коровника, прижавшись щекой к облупившейся побелке и выставив ствол автомата в узкую щель между кирпичами. — Слышите?

В промозглом воздухе, перекрывая шорох редких капель дождя, послышался приглушенный треск ломающегося сушняка. Звук шел со стороны внутреннего двора фермы, где за грудами битого кирпича чернели распахнутые настежь двухстворчатые ворота главного коровника. А следом до ушей наемников долетел