Читать книгу - "Фантастика 2026-219 - Артем Бах"

лично выкатываться на лёд под занавес этого изнурительного смотра. Я поднял взгляд на стеклянное окно радиорубки и коротко кивнул. Дядя Серёжа, наш штатный звукорежиссёр ВВС, перехватил мой жест, кивнул в ответ и плавно вывел ползунок на пульте бобинного магнитофона. Над манежем зазвучала ещё одна грандиозная музыкальная композиция будущего — глубокая, мафиозная, полная трагизма и итальянской страсти тема из кинофильма «Крёстный отец».

Благодаря безграничным административным возможностям и личной поддержке Василия Сталина, в строжайшей тайне на ведомственной студии нам удалось записать более тридцати различных музыкальных произведений будущего. Где именно Василий умудрялся разыскивать и брать на пробы уникальных исполнителей, я даже не представлял. Но факт оставался фактом: подобрать чистые, сильные голоса для безупречного исполнения песен на английском и французском языках ему всё-таки удалось. И исключительно благодаря этой закрытой, ювелирной работе всё получилось на самом высшем, планетарном уровне.

Пока накатавшие программы пары и одиночники один за другим демонстрировали на льду Марьиной Рощи то, что нам совместными усилиями удалось сотворить за этот безумный месяц, я с огромным, искренним удовольствием наблюдал за лицами их бывших наставников. Было безумно интересно видеть, как по мере продолжения номеров стремительно меняется выражение глаз маститых советских мэтров. Разочарованных или недовольных на трибунах не осталось вовсе. Этому колоссально способствовали и космическая для пятьдесят второго года музыка, и роскошные, расшитые стеклярусом костюмы, и, самое главное, коренное изменение отношения самих участников к процессу. Было отчётливо видно: ребята выкатываются на лёд с огромным, пьянящим удовольствием, получая от этого ледового полёта ничуть не меньше наслаждения, чем замершие зрители. А зрителей на этом строго закрытом показе, несмотря на всю секретность, собралось прилично — человек пятьдесят, не меньше. Весь столичный генералитет и высшее спортивное руководство. При этом всё действо у бортика непрерывно фиксировалось на профессиональные кинокамеры.

Увиденное ледовое шоу привело в полнейший, благоговейный восторг абсолютно всех присутствующих. Не знаю, будет ли эта секретная плёнка в итоге показана в широком прокате в советских кинотеатрах, но то, что по Москве и кулуарам Спорткомитета уже сегодня вечером поползут самые невероятные, фантастические слухи — это было стопроцентным фактом.

И вот, наконец, наступил долгожданный заключительный аккорд. Под величественный, торжественный и пронзительный аккомпанемент композиции «Грандиозо» Эдвина Мартона на лёд одновременно вышли абсолютно все участники нашей обновлённой сборной. Это было то самое масштабное групповое синхронное катание, которое мы яростно, до седьмого пота репетировали последние десять дней. Конечно, идеальной, стопроцентной синхронности движений в силу нехватки времени мы пока ещё объективно не добились, но итоговый результат уже сейчас определённо стоил того, чтобы с гордостью показать его миру. Вначале все фигуристы дружно, как один монолитный организм, сорвались со стартовой линии в едином летящем движении, затем музыкальный темп взорвался, и каждый спортсмен по очереди выдал в центре площадки лучшее, что сумел освоить за этот месяц — каскады прыжков, поддержки, волчки. А финальная концовка снова закрутилась в едином, мощном и ликующем порыве.

Прозвучал последний, затихающий скрипичный звук «Грандиозо», и все до предела вымотанные фигуристы мгновенно замерли на своих точках, тяжело дыша и замерев в ожидании вердикта трибун.

В манеже на несколько секунд воцарилась та же самая, звенящая тишина, что и после моего первого проката. А затем Марьина Роща буквально взорвалась оглушительными, сумасшедшими аплодисментами и криками «Браво!».

В этот великий момент я отчетливо, с облегчением понял: мои фигуристы наконец-то до конца приняли, прочувствовали и осознали, ради чего именно я безжалостно мучил, гонял и сутками держал их на холодном льду весь этот проклятый последний месяц. Все обиды растаяли. В едином, искреннем порыве ребята со всех концов площадки лавиной съехались ко мне, намертво заключив в тесное кольцо объятий. Нужных слов ни у кого не находилось — на раскрасневшихся лицах блестели слёзы гордости, а счастливые улыбки говорили сами за себя.

Я стоял в центре этого живого, тёплого круга, чувствуя, как привычная, тупая пульсация в висках снова накатывает — плата за бессонные ночи, за выгрузку музыки, за эту колоссальную физическую и ментальную нагрузку. Но я лишь крепче обнял Лихарёву и Братусь и улыбнулся.

Простояв так несколько минут посреди катка под никак не стихающими, громоподобными овациями московских и ленинградских мэтров, мы, крепко держась за руки, медленно покатили на выход со льда. Спортивная революция в СССР свершилась. И я знал: мы готовы.

1 том из моего нового цикла, полностью готов. Нужна ответная реакция, размещать или нет. Жду комментарии. Спасибо за помощь.

Они думали, что их время ушло. Они ошибались.

Три ветерана элитного спецподразделения, изломанные гражданской неустроенностью, ранениями и болезнями, натыкаются в глухих полесских лесах на то, во что современная наука поверить не способна. Древняя аномалия открывает невидимую дверь в суровое, первозданное раннее Средневековье.

Но этот затерянный зеркальный мир не просто девственно чист — он лечит. Хроно-энергия чужого прошлого возвращает израненным бойцам их тридцатилетнюю молодость, здоровье и былую курсантскую силу.

Рубикон перейден. Мосты сожжены.

«Уважаемые читатели! Если вам интересен роман, обязательно нажмите кнопку "Мне нравится" и добавьте книгу в библиотеку. Подпишитесь на профиль автора. Это очень поможет развитию истории! Спасибо!»

Глава 11. Секс-бомба в Марьиной Роще.

Глава 11.

Едва я успел сойти со льда на резиновый настил, как ко мне стремительно бросилась взволнованная Светлана Иосифовна, буквально таща за собой своего брата Василия. Её неожиданная, горячая просьба меня изрядно удивила:

— Владимир! Я, к великому сожалению, немного опоздала к самому началу вашего показа. Мы с Васей очень хотели попросить вас... Не могли бы вы лично для меня ещё раз исполнить сегодняшнее самое первое, сольное выступление? Пожалуйста!

Я удивлённо и многозначительно посмотрел на Василия, беззвучно спрашивая взглядом: «Ну и что ты мне прикажешь делать, командир? Как-никак, твоя сестра просит».

Генерал Сталин лишь весело улыбнулся в усы и понимающе кивнул мне в знак полного согласия. Авторитет Светланы в их семье был непререкаем.

— Светлана Иосифовна, огромное спасибо за такое высокое внимание к моему скромному творчеству, — улыбнулся я в ответ, скрестив руки на груди. — Я с удовольствием повторю прокат, но у меня есть одно маленькое встречное условие: вы лично поучаствуете в этом номере. Ну и мне, само собой, нужно будет заново переодеться в тот самый расшитый костюм.

— Но... Владимир! Я ведь совершенно не умею так кататься на коньках! — растерялась дочь вождя, испуганно округлив глаза.

— Не волнуйтесь, Светлана. Вам и не придётся кататься, — заговорщицки подмигнул я ей. — От