Читать книгу - "Слухач - Сергей Михайлович Кулагин"

– Андрей, зачем ты его связал?

– Я его не знаю.

Наконец-то мне удалось встать. Шатаясь, я подошел к Башкиру и попытался развязать узлы. Спустя несколько минут, выругавшись, достал нож и перерезал веревки, а затем упал рядом с ним, погружаясь в воспоминания…

Я приехал на строительство подземного комплекса в 1996 году. Работы продвигались медленно, но зарплату платили вовремя. Для тех времен – шикарно.

К Ямантау подвели ответвление железной дороги и проложили автомобильную трассу. Я успел поработать разнорабочим и там, и там.

В 2006 году, когда в Чернобыльской Зоне отчуждения произошел прорыв ноосферы в наш мир, внутри горы работы возобновились с новой силой. В том же году на Ямантау переправили несколько артефактов – аномальных образований с определенными свойствами. Естественно, тогда я об этом даже не догадывался. Зато был в курсе, что на невысокой вершине, представляющей собой огромное каменистое плато с небольшой грудой скалистых останцев в центре, располагалась воинская часть. Военные обслуживали вертолетную площадку и какое-то спецоборудование. У подножья горы расположился горно-обогатительный завод с автомобильным и железнодорожным въездами под землю. Этот комплекс усиленно охранялся национальной гвардией.

Казармы егерей стояли в десяти километрах к западу от подножья Ямантау, в городе Межгорье, вернее, в одном из двух его микрорайонов – Центральном. Второй микрорайон, Юго-Западный, удален на двадцать пять километров. Там находилась база группировки «Медведи». Ее официальный доход составляла организация охотничьих туров (проведение нелегальных «туристических» экскурсий в Зону).

Год назад в Юго-Западном микрорайоне обосновались наши конкуренты – уфимская группировка «Спарта», созданная из бывших спортсменов, и «Трутни» – объединенная челябинско-екатеринбургская группировка. Марков поручил привлечь их на свою сторону, а если не получится, стравить друг с другом.

С Яромиром мы познакомились, когда он поймал меня на воровстве стройматериалов. Удивительно, но вместо срока он предложил мне работу с очень высоким заработком. Я понимал, что такие деньжищи за честный труд не платят, потому поинтересовался:

– А если заметут?

– Это вряд ли, – коротко хохотнул он. – У меня все схвачено.

Мы молча смотрели друг на друга, а потом я протянул руку главе «Медведей»:

– Зубр.

– Яромир Марков, подполковник ФСБ.

Глава 4. Куратор

Если бы кто-то отнял вашего ребенка, неужели вы допустили бы, чтобы убийце это сошло с рук?

Томас Гарридо Канабаль «Невидимый гость»

Марков

Сын стоит впереди, метрах в ста, лицом ко мне. Я медленно направляюсь к нему, но постепенно осознаю́, что расстояние между нами не сокращается. Перехожу на бег, не сводя глаз со спортивной высокой фигуры. Все мои чувства сливаются в одно: добежать, помочь…

Внезапно нахлынувшая боль сдавливает голову с такой силой, что я вынужден перейти на шаг. Остановившись, с трудом кричу:

– Сынок, стой! Стой! Стой!

Мне кажется, что он услышал меня и даже сделал несколько шагов навстречу, но вдруг он падает…

Подбегаю, приподнимаю его тело и крепко прижимаю к себе, сглатываю – тягуче, с болью…

– Сынок, очнись! Очнись! Очнись!

Проснувшись, я огляделся по сторонам и понял, что дома. Тряхнул головой, вспоминая отрывки беспокойного сна. Приснится же такое! Решил, что надо связаться с сыном (возможно, ему и впрямь была нужна помощь), но на часах было 06:59, то есть в Москве – почти четыре утра, а это слишком рано для звонка.

Мои мысли невольно вернулись к воспоминаниям. Четырнадцать лет назад я думал, что мое назначение на Ямантау – временное. Планировал разрулить за несколько месяцев проблемы строительства, которые в ту пору оказались особенно актуальны из-за коррупции, а затем вернуться в Белокаменную. С юности мечтал об уютном кабинете недалеко от Кремля, личном адъютанте и остальных привилегиях, доступных высоким московским чиновникам.

На стройке (кстати, секретной) царил хаос. Большинство строительных материалов уходило налево. Рабочие безбожно пили местное пойло, настоянное на еловых шишках, средства на более качественные напитки у них отсутствовали. Воровали практически все. Тырили всё, что казалось полезным, руководствуясь принципом «авось пригодится».

По приезде решил, что не сто́ит сразу же что-то кардинально менять. Принцип «пришел, увидел, победил» здесь не сработал бы, контингент не тот. К тому же для меня все могло закончиться плачевно: пуля, нож, на худой конец – автомобильная авария. Принял решение действовать иначе: убедил окружающих в своей лояльности, намекнул, что тоже не против «брать на лапу», и ждал, когда предложат. Тактика сработала, мне стали совать взятки. Я фиксировал каждую, отчеты отправлял руководству.

В то время главной задачей правительства было вывести страну из социально-экономического кризиса, и это сыграло мне на руку. Через месяц я уже знал все «секреты»: кто кому и в каких количествах платил. Папки с компроматом хранил дома в сейфе.

Вот только, как говорится, один в поле не воин. Пришлось искать единомышленников. Начал с низов – с тех, кому нечего терять…

Сын стремительно бежит вперед. Тараном выносит дверь и безжалостно пинает стоящего на пути амбала. Когда тот пытается встать, Станислав нокаутирует его прямым ударом в голову. Я сам учил сына, что главное – это скорость и напор…

В сумраке склада замечаю два растерянных лица. Они непохожи друг на друга, но одинаково искажаются злобой и ненавистью к людям в форме.

Внезапно Станислава сбивают с ног. Слева в тени прячутся еще два крепыша. Где-то в глубине помещения хлопает дверь…

В одиночку противостоять двум противникам сложно, но сын поднимается – это главное. В руке одного из бандитов блестит лезвие, и Станиславу приходится нанести удар, что называется «на убой». Противник остается один. И тут за спиной сына слышится шорох и звук шагов. Он резко оборачивается, но, видимо, узнает вошедшего. Тот подходит, встает рядом.

Я выдыхаю. Помню, как в юности, отказавшись от помощи напарника, получил пулевое ранение. Тогда извлечь пулю не удалось, но я все же надеюсь, что когда-нибудь такая возможность представится…

Станислав с презрением смотрит на бандита и вздрагивает. Как и я, сын не замечает быстрого удара коллеги. Тот действует стремительно и точно…

Убийца выдергивает нож из шеи сына, и из раны фонтаном хлещет кровь…

Я стою, обливаясь потом, и смотрю, как убивают мое дитя, но ничего не могу сделать…

Продолжение сна оказалось очень ярким и болезненным. Уснуть больше не смог. Перед глазами мелькали предательские удары… Виски сдавило от боли, в глазах потемнело. Сердце бешено колотилось. Внезапно зазвонил телефон. Я вздрогнул и взял трубку.

– Яромир Станиславович Марков? – спросили на другом конце провода.

– Да, кто говорит?

– Вас беспокоит Главное управление ФСБ России. – Я все понял сразу. – Примите наши