Читать книгу - "Слухач - Сергей Михайлович Кулагин"

разобью ему морду», – решил я, но потом понял, что толстяк близок к истерике, и мягко уточнил:

– Они представились?

– Не помню!

– Игорь, надо вспомнить. Ты просто допусти на миг, что от этого сейчас зависит твоя жизнь. И, кстати, жизни твоих близких тоже.

– Да поверьте, не помню я! – заныл Светлов. – Вы же знаете, как это происходит: врываются, тычут ксивой в лицо и сразу начинают задавать вопросы.

– Помочь вспомнить? – вставая, рявкнул Зубр, сжав кулаки.

– Этот, – продюсер указал на фото дрожащей рукой, – Маков или Марков, точно не помню, второй – Санкин, кажется.

Зубр молодец, расколол продюсера. Я ухмыльнулся и снова уточнил:

– «Кажется» или «точно»?

Лицо Светлова побледнело еще сильнее, на лбу выступила испарина.

– Салкин, точно. Салкин Рустам, поняли, да?

– Спасибо.

– Простите, я могу надеяться, что этот разговор останется между нами?

– Ссышь?

– Боюсь, – подтвердил Светлов. – Отец Салкина – дипломат, важная фигура в Министерстве иностранных дел, а мне, знаете ли, неприятности не нужны.

– Охоту любишь?

– Да, а зачем вы спрашиваете?

– Если хочешь жить, свали с семьей на месяцок в Уфу.

– Уфа – это же унылое говно, я родом оттуда.

– Когда все уляжется, найду тебя и устрою такую охоту, которую ты до пенсии не забудешь.

Впервые за время разговора на лице Светлова появилась слабая улыбка.

– До пенсии меня устраивает.

Мы с Зубром встали и направились к выходу.

– Простите, мы ведь даже не познакомились.

Обернувшись, я коротко бросил:

– Зови меня Мрак, понял, да?!

* * *

Две недели, как я вернулся в расположение базы. Газеты уже вовсю пестрели заголовками о возвращении 90-х: в столице произошла серия убийств явно заказного характера. Полиция, не найдя виновных, списала все на дележ сфер влияния. В принципе, все прошло так, как я и планировал. Моя месть осуществлена. Осталось лишь оформить рапорт и передать дела старому приятелю Юрию Леонову, и можно продолжить начатое.

В дверь постучали. Я привычно крикнул:

– Входите, не заперто!

– Яромир Станиславович, дорогой, здравствуй!

– Юрий Павлович, заходи, – приветливо улыбнулся я. – Чай, кофе или что-нибудь покрепче?

– Можно и покрепче, заодно обмоем твои новые погоны.

– Честно говоря, как полковник полковнику: мне реально на них плевать.

– Ну не скажи, довесок к пенсии не помешает! Хотя у тебя вроде здесь свое дело есть? – подмигнув, поинтересовался Юра.

– Не хитри, Палыч, одну богадельню заканчивали.

– По моим данным, – Леонов выдержал паузу, – у тебя здесь солидная фирма.

– Ты сейчас реально в долю просишься?

– Да, – подтвердил Юра, глядя мне в глаза. – У самого пенсия не за горами.

Мы выпили стоя, не чокаясь, по старой русской традиции, за тех, кого уже нет. Я присел и спросил:

– Семью перевез?

– Да, в столице как-то беспокойно стало. Стреляют, – ответил Леонов, сев напротив.

– Читал о разборках в верхах и десятках убитых.

– Яромир, не верь желтой прессе. Бо́льшая часть статей – выдумки журналюг, поверь.

– А что реально?

Леон усмехнулся – знал о моей привычке повторять слово «реально».

– Только между нами! Хотя один черт, кто-то да проболтается, кадры уже не те… По нашим сведениям, Салкин. – Я удивленно поднял брови. – Дипломат из МИДа, ты его не знаешь, он поднялся недавно. Очень жесткий был мужик и политик. В общем, он на пару с сыном приобрел крупную партию наркотиков, но не поделил что-то с поставщиками.

– То есть все эти смерти из-за торговли дурью?

Юра внимательно посмотрел на меня и произнес:

– На даче у Салкиных нашли всего пару килограммов. Остальное бесследно исчезло.

«Провоцирует, – понял я. – Думает, проколюсь и ляпну, сколько было. Наивный. Хотя я поступил бы так же – попытка, как говорится, не пытка».

– После смерти сына мои интересы свелись к охоте, – спокойно произнес я.

– О, прости и прими мои соболезнования. Генерал рассказывал, что Станислав погиб при задержании опасных рецидивистов.

Все-то ты знал, пень старый. И расклад ваш с генералом понятен, к тому же Дудин сам меня по следу направил. Решил моими руками конкурентов устранить, а потом на меня же все и повесить. По сути, так и вышло. Вот только доказательная база у него отсутствовала, пусть и имелись подозрения, что это я товар увел. Кстати, небеспочвенные подозрения. Сынок дипломата перед смертью жутко разговорчивым был: и про оружие, что за рубеж толкали, рассказал, и про армейские секреты, на которых они с отцом лапы нагрели… А в нашу глухомань тебя, Юрик, за мной следить сослали. Ну ничего, придет и мое время, осталось недолго. Я мысленно подвел итог нашему разговору, вслух же произнес:

– Передай Ивану Владимировичу мою благодарность, он тогда очень помог с поминками.

– Сам передашь, он скоро с какими-то иностранцами на базу прилетит. Ах да, он просил тебя охоту для них организовать.

– Да вообще без проблем.

Леон остался «привыкать и осваиваться» в моем уже бывшем кабинете. Я попрощался с ним и направился к Ленскому.

* * *

– Здравствуйте, Яромир Станиславович!

Я увидел, как Ленский вскочил из-за стола, словно его ударило током, и тут же вспомнил, что он недавно что-то там защитил.

– Привет, Доцент.

– Я не доцент, а доктор наук.

– Хорошо, Док. Присядь, есть разговор.

Игорь сел, но тут же снова вскочил:

– Выпьем?

– Не сегодня. Что приуныл? Или уже слышал, что меня на пенсию отправили?

– И кто теперь вместо вас? – угрюмо кивнув, спросил Ленский.

Я молча достал из внутреннего кармана сложенный вдвое лист бумаги, развернул его и аккуратно положил в центр стола.

– Помнишь, кто накорябал эту писульку?

– Конечно. Это моя служебная записка про опыты с медведем.

– По сути, это признание, – ухмыльнулся я. – Но не бойся, оставляю ее тебе.

– Что взамен?

– Данные по проекту «Пульт».

– А если откажусь?

– Сдам тебя новому куратору базы, он мой приятель.

– Вы меня пугаете?

– Пугают глупцы. Времена другие, за связь с иностранными агентами – расстрел.

– Но я же ни с кем не сотрудничал!

– Игорь, документы говорят обратное. – Я достал и показал ему копию акта продажи артефактов с грифом «секретно». – Твоя подпись?

– Моя. Но как?..

– Надо проверять, что подписываешь, – ухмыльнулся я. – Так что там по интересующему меня проекту?

– Буду держать в курсе, – тихо ответил Ленский с обреченным видом. – Но если вас уволили…

– Уволили, да, но все по-прежнему в моих руках. С тобой свяжется мой человек, назовется Александром Хохмановым, – сказал я и покинул лабораторию. Если честно, Док меня утомил.

* * *

За воротами базы меня ждал джип. Я открыл дверцу и сел в машину. Автомобиль рванул с места, а я погрузился в дрему. Через несколько минут услышал: «Хохма, тормози!»

Я встрепенулся и растерянно спросил:

– Зубр, что случилось?

– Выйдем, босс, покурим. У Хохманова астма