Читать книгу - "Фантастика 2026-219 - Артем Бах"

и Кумлин прекрасно понимали: рано или поздно настанет момент решить, кому в итоге будет принадлежать Тирнаног.

Поврежденная Сеть Творения заставила перворожденных почти полностью отказаться от совершения глобальных чудес, никто не представлял, как серьезное вмешательство скажется на и без того нарушенном балансе энергий и пошатнувшихся законах мироздания.

Однажды, через двадцать пять лет после Битвы Изначальных, Арэнэ попыталась излечить жителей удаленного поселения от странной чумы, что обернулось страшными мутациями среди некоторых ши. Любое использование магии теперь порождало хаос, а каждый маг при очередном акте колдовства буквально балансировал между жизнью, смертью или более страшной участью. Его тело могло превратиться в груду стонущей плоти или разум расколоться на десять самостоятельных личностей.

Моргарцы видели в этом свободу от навязанных Создателем рамок, вдохновение и простор для будущих открытий, а хаос воспринимался неизбежным побочным эффектом. Форминцы воспринимали это как величайшее злодеяние со стороны Темного.

Со временем стало ясно, что апокалиптический катаклизм удалось пережить не только тем, кого защитили боги, но и отдельным племенам на западе, юге. Воздействие дикой магии на протяжении поколений многих из них изменило, как телесно, так и духовно. Появились ши-великаны, кровососущие ши, ши, сочетавшие в себе признаки других биологических видов или имевшие странные врожденные способности. Форминцы объявили измененных "нечистым" и в лучшем случае сгоняли с земель, в худшем вырезали до последнего.

Моргарцы относились к непохожим собратьям с настороженностью, однако не занимались массовым истреблением - их маги питали интерес ко всему необычному.

В великанах видели эффективную рабочую силу, тяжелую пехоту, ши-вампиры могли помочь в разработке омолаживающих эликсиров благодаря замедленному старению, прочие мутанты послужить наглядным пособием для изучения влияния хаоса, как в долгосрочной, так и краткосрочной перспективе.

Даже спустя три столетия сон Разрушителя и Создателя продолжался, но их приближенные неустанно ждали того момента, когда Изначальные пробудятся и окончательно решат судьбу Тирнанога.

Среди смертных сменялись поколения, для перворожденных проходили месяцы - особенность восприятия бессмертных, которые не были рождены в привычном смысле.

Когда Джефф погрузился в спячку, его сознание не отключилось полностью, он пребывал в пограничном состоянии между сном и явью. Помимо восстановления сил бывший человек занимался познанием Творения, поиском пути решения с проблемы хаоса. Теперь времени было много.

Он пытался прочувствовать магию лучше и постепенно подтвердил свои подозрения: это не нечто сказочное, а некая инженерная сила.

Слои реальности реагировали на волю, но не напрямую, а через структуру, будто заклинания здесь были ветвями программного дерева. Он читал пространство будто программный код и научился видеть первичную структуру узоров. Криптоарканические петли. Резонансные узлы на лей-линиях памяти. Фрактальные поля вероятности, в которых воля становилась формой энергии.

Структура-пространства расслаивалась, как дешевая голограмма.

Джефф понял, что весь этот мир - лишь развертка. Голографическая проекция на внутренней поверхности замкнутого квантового тора. Все -отражение чего-то иного, глубинного. Души вроде него или Нуаду были втянуты сюда не по собственной воле. Их сознания вписаны в этот ландшафт с помощью астральной компиляции. И с каждым днем он все сильнее чувствовал трещины в архитектуре мира, нанесенный битвой с Создателем. Как будто симуляция устала. Или как будто кто-то или нечто наблюдало за ним, обеспокоенное его прозрением. Он не знал, есть ли выход. Но понял точно: если симуляция - клетка, то знание ее структуры - уже ключ.

Понимание приходило постепенно, теперь все вокруг напоминало воспоминание о мире, который никогда не существовал: геометрия здесь была собранной из кода и архетипических мифов, скомпилированных в единый каркас. Он чувствовал, что каждое дерево - это не дерево, а рекурсивный символ, порожденный формулой, где листья являются переменными, привязанными к эмоциональному фону наблюдателя.

Время… Оно не шло. Оно запрашивалось. Он понимал: чтобы "вспомнить" утро, нужно было захотеть его. Прошлое не было архивом, а функцией. Настоящее - не поток, а интерфейс.

Он стал видеть формулы. Подписи к объектам. Глифы на гранях реальности, едва заметные: "(x)∝ψ, "void.sigil[delta]", "Entropy: ∞, Faith: 0.17". Мир, как оказалось, был интерпретируемым языком.

И он понял его. Вся вселенная - это тензориальное разложение, проецируемое с границы, той, что окружает его разум. Он сам был экраном, на который проецировалась реальность, и в то же время - проектором.

Джефф чувствовал швы.

Мир состоял не из материи, а из смыслов, агрегированных из чего-то гораздо более древнего, чем история. Он видел это: сквозь деревья просвечивали звуки, небо отзывалось на мысли, а язык был исполняемым кодом, в прямом смысле фразы творили, если знать, какие. Магия была здесь GUI для системы реальности. Она не нарушала законы, она заменяла библиотеку.

Мир жил, дышал, отзеркаливал, но не позволял выйти за пределы интерфейса. Все, что он видел, слышал, чувствовал было частью процедурной нарративной оболочки, созданной для того, чтобы удерживать фокус внимания внутри. Джефф больше не был уверен, он ли думает. Или система думает через него.

"Интересно… что ты сделаешь, когда поймешь, куда попал?"

Данный вопрос неведомого наблюдателя Джефф прекрасно запомнил.

"И что я сделаю? Захочу выбраться отсюда. Лучше жить в реальном мире в виде хрупкого смертного человека, чем богом компьютере, который могут отключить в любой момент."

Первым порывом Джеффа было пробудиться и одним махом добить симуляцию, вызвав дополнительный каскад сбоев. Но кое-что его остановило. Арэнэ, Эдрен, остальные смертные.

"Вот сукин сын!"

Перворожденные ши, как и прочие смертные, не являлись безликими NPC, они были такими же живыми в метафизическом смысле. Мыслили, чувствовали и, самое важное, имели то самое духовное начало. Если собой и Нуаду Джефф готов рискнуть, по отношению к остальным уничтожать мир, не зная, что будет с ними дальше, бесчестно. Может он и Разрушитель, но какие-то моральные принципы сохранил.

Спустя девять веков после Битвы Изначальных Темный пробудился... Черная фигура поднялась с пьедестала, подняла голову и прокричала:

-ОТВЕТЬ МНЕ!!!

Вопль Изначального разнесся по вселенной быстрее света, заставив резонировать каждую симулированную частицу и квант энергии. Течения магических потоков сразу взбесились, некоторые одаренные ощутили голос Разрушителя словно громогласный рев в голове, а у некоторых особо чувствительных взорвались головы.

Но никакого ответа не последовало, лишь издевательское молчание. В святилище тут же вбежали бритоголовые жрецы в длиннополых черных одеяниях, несколько стражников в серебристой броне.

-Наш Спаситель!!! Свершилось!!! -восторженно заорали ши и упали на колени, уткнувшись мордами в блестящий обсидианом пол. -Он восстал!!!

-Хватит орать, -спокойным, но властным голосом произнес Джефф. Теперь ему придется входить в роль божественного правителя. -И поднимитесь на ноги... я хочу видеть ваши лица, а не торчащие к верху задницы.

Смертные тотчас же исполнили приказ.

-Да,