Читать книгу - "Фантастика 2026-215 - Александр Изотов"

мы с Дайю прекрасно видели магические всплески сквозь дым, ну а для послушницы пыли глазами служил сам дым.

Очень скоро мы почувствовал, а потом и заметили три точки в небе. Крылатые тенепёрые гарпии пронеслись над нами и нырнули в дым. Трое облачённых во всё чёрное приземлились перед пещерой и, неторопливо спешившись, стали осматриваться.

Лица улугунцев были скрыты под капюшонами. Вот один встал, сложив руки на груди, и медленно повёл головой. Другой отошёл в сторону и величаво упёр посох в землю. Третий в изящном движении вскинул руку к пещере, слушая магический фон.

Глядя, как они разгуливают и осматривают место побоища, я только сокрушённо качал головой. Да смердящий свет! Бездна, и этим вестникам пафоса ты доверила завоевание мира⁈

— Именем великого и беспощадного господина Улуга, кто бы вы ни были! — заорал тонким голосом обладатель посоха, — Если вы хотите умереть быстро и без мучений, выйдите сейчас же и падите ни-и-иц! — его крик сорвался на истерический фальцет.

— Гнев великого господина Улуга найдёт вас в любой вашей конуре, приспешники мёртвого хана!

Ответом им была тишина, и все трое стали самодовольно переглядываться. Им очень нравилось, что их боятся.

Это были явно послушники, и нас они даже не почуяли, лишь обнаружили следы староханцев. Вооружённые серьёзным оружием, и увешанные серьёзными артефактами, они, наверное, были очень серьёзными противниками. Да и судя по их походке и манерам, они вообще были серьёзные. Люди самого Тёмного Улуга, тут понимать надо.

Все трое, сделав пару неторопливых кругов над трупами охранников, вскоре скрылись под сводами пещеры. И даже не оставили дозорного снаружи.

— Идиоты, — прошептал я.

Впрочем, меня они вообще не интересовали. А вот гарпии…

Мы быстро спустились вниз. Крылатые животные заволновались, защёлкали пастями, но Дайю ещё на подходе, подняв руку, властным приказом успокоила гарпий. Те смирно сели, сложив крылья, и вытаращились на нас с явным недоумением. Особенно на меня — они не привыкли к людям таких размеров.

— Адгам всегда говорил, что у меня огромная власть над исчадиями Тьмы, — сказала девушка, гладя льнущих к ней животных. Принцесса совсем не боялась огромных пастей, усеянных клыками.

Я лишь усмехнулся. И всё же я бы назвал это не властью, а неким магическим обаянием. Это была сила совсем другого рода — не ломка воли, как у Бездны, а ласковая просьба. Тьма, которая не приказывает, но уговаривает.

Такой Тьма и должна быть. Интересно…

Смердящий свет! Я смотрел на девушку, гладящую гарпию, и мои мозги покрылись мурашками от озарения. Ведь если Лука — идеальный кандидат в светлые боги, то вот она…

Именно Дайю — та самая тёмная богиня, которая отлично уравновесит новый порядок! Не Бездна с её вечной жаждой власти, не Хморок, тысячелетиями где-то ошивающийся, и уж точно не Яриус, который всего лишь безвольная подстилка Бездны.

Дайю — это нечто иное. Мягкая, но сильная. Тёмная, но совсем не злая.

Так это и есть равновесие? Так, Лиственный Свет?

— Что? — удивлённо спросила Дайю, заметив мой взгляд.

— Думаю, почему мы всё ещё тут стоим, — ответил я, хотя размышлял совсем о другом.

Мы забрались на гарпий. Та, которой достался я, посмотрела на меня в лёгком недоумении на грани паники — всё-таки бросс весит немало. Я ласково похлопал её по шее:

— Не бойся, я буду тебе помогать.

И, используя воздушный источник, заметно облегчил свой вес. Гарпия удивлённо курлыкнула, расправила крылья и, оттолкнувшись, тут же взмыла в небо, даже быстрее, чем её сородичи.

Кстати, эти пафосные идиоты в пещере даже не заметили, что их гарпий угнали… Наверное, сейчас обнюхивают осквернённую печать, перетирают кровь упыря между пальцами и с видом знатоков показывают друг другу.

«Упырь?»

«Упырь!», — важно кивает другой.

«Однозначно упырь», — подтверждает третий.

«Убитый?»

«Убитый!»

«Однозначно убитый».

Мы вылетели из дыма, взмывая в небо, и я, обернувшись к Ченай, сказал:

— Ченай, а теперь можешь передать гостям спасибо за транспорт.

— С удовольствием! — старушка махнула рукой, посылая вниз горсть искрящегося пепла. — А то надоело осторожничать… Если б вы знали, как магия пыли не любит, когда её ограничивают!

Дым внизу вспыхнул странными всполохами, напоминающими бег пламени по масляной луже. Эти всполохи, набирая скорость, прокатились по туманному пустырю, а потом нырнули под своды пещеры внутрь горы — там, кстати, тоже всё было заволочено дымом. Уж мы постарались.

Моё чутьё вдруг взвыло, и я едва успел выставить под нами всеми магический щит.

— Ух ё-о-о! — вырвалось у меня.

Гора внизу тяжело вздохнула, словно надуваясь, а потом с раскатистым грохотом начала складываться. Тут же, уменьшившись ровно наполовину, она взорвалась, раскрываясь огромным облаком грязи, дыма и огня.

Рядом начали проноситься горящие обломки, которые я только и успевал отбивать магическими щупальцами. А Ченай всё это время только хохотала, всплёскивая руками — наконец-то она дала выход своей магии на полную силу.

— Няня! — возмущённо крикнула Дайю, чья гарпия едва успела увернуться от обломка, прилетевшего уже сверху.

— Дайю-бао, я и сама не ожидала! — прокричала старушка, продолжая хохотать. — Бросс сказал — не сдерживаться! Магия пыли обожает, когда её просят не сдерживаться!

Мы всё же успешно вылетели из догоняющего нас облака пепла, и я с радостью подумал — как хорошо, что это всего лишь послушница. А то как бы Чирк не накрыло, будь она чуточку сильнее.

Поднявшись к облакам и выровняв полёт, мы взяли курс на далёкий Таш.

— Дайю, — позвал я, — А теперь расскажи мне о Тёмном Улуге. Всё, что знаешь.

Глава 17

Надо сказать, полёт на гарпиях был одним их самых приятных моих путешествий. В следующий раз, если мне будут предлагать выбор, я снова охотно прокачусь на этих могучих тварях.

Гарпия подо мной поглядывала на сородичей свысока — те видели, какого богатыря она везла, и искренне недоумевали, как она вообще способна держаться в воздухе. Ну а мы с ней помалкивали, что балуемся магией воздуха, да время от времени выписывали опасные пируэты… Мы вообще неплохо поладили с этой гарпией, и я даже поймал себя на мысли, что надо будет оставить этих зверей себе.

Распростёртые крылья мягко бороздили небеса, внизу проплывали массивные облака, и открывавшиеся вокруг виды были просто великолепны. Равнины, леса, реки и озёра, невысокие горы — всё переливалось с такой высоты живописной пестротой, и не было ни единого