Читать книгу - "Фантастика 2026-215 - Александр Изотов"

венам… но там и остановилась, не добравшись даже до локтя. Когда ты однажды пережёг яд упыря из броши в десять раз больше этой, то становишься практически невосприимчив. Спасибо Адгаму певчему, если бы не он, мне сейчас пришлось бы гораздо хуже.

Но я знал про иммунитет, поэтому и решил поиграться с Бикташем. Очень уж он меня забавлял.

— Что, тварь, думал, не найду на тебя управы⁈ — с хищной улыбкой спросил Бикташ, он едва не плевался от счастья, — Тупоголовый баран! Спустился со своих гор и думал, что можешь прижать Бикташа⁈

Он вскочил со стула и подошёл ко мне. Ударил меня в живот кулаком и зашипел от боли.

— Сожги тебя Яриус! — но не удержался и ударил ещё, — Ну что, кто здесь кого убьёт, а⁈ Я тебя убью! Я!!!

Я так и стоял молча, с протянутой рукой, на которой бледнела розовая брошка. А межемирец тыкал кулаками мне в живот и в подбородок.

— Был бросс да сплыл! Остался тупой упырь! Ха-ха!

Мои губы тронула улыбка, и Бикташ тут же отшатнулся, отпрыгнул. Выхватил из кармана управляющий медальон.

— Что бы такого придумать? — он почесал лоб, — Чтоб и перед этим жирдяем выслужиться, и ты чтоб сдох, как последняя собака…

Я вздохнул и стиснул ладонь. Раскрошил брошь, а потом спокойно отряхнул руки.

— Бикташ, ты серьёзно? — я усмехнулся.

Лицо Бикташа поменяло цвет не хуже броши. Из красного в розовый, а потом вообще в пепельно-белый. нахмурился.

— Ш… ш… ш… ш… Что⁈

Он отшатнулся.

— Н-но… я видел! Яд вошёл в твою кровь!

— Вошёл, — согласился я. — Вот только мне на это… — я посмотрел на свою руку. Кожа на ней действительно потемнела — но это была не упыриная чернота, а скорее глубокий загар. — Как бы это сказать… Наплевать.

Я поднял руку и показал ему ладонь. Кожа на ней была тёмной, но бросская кровь уже пережгла яд — я чувствовал, как он разлагается, распадается на безвредные компоненты, выходит через поры вместе с потом.

Бикташ смотрел на меня так, будто увидел призрака.

— Это… это невозможно, — прошептал он упавшим голосом, его плечи повисли, выпавший медальон стукнул об пол. — Никто не может выжить после…

Я сделал шаг вперёд. Бикташ отступил, упёрся спиной в стол.

— Ты… ты же понимаешь, что я сделал это ради хозяина! — он попытался соврать первое, что пришло на ум. — Он приказал! Я не мог ослушаться!

— Ну-у-у, Бикташ, что ты так расстроился. Врать вот начал… Я сегодня добрый, и каждый удар считать не буду, — я потёр подбородок, на котором не было даже синяка, — Засчитаем это всё за одну попытку. Ты же бессмертный… кхм… потерял всего одну жизнь. Вжух!

Он дёрнулся от моей руки, которой я таинственно махнул возле его лица.

— Что⁈

— Бросская магия, помнишь же?

Бикташ открыл рот, закрыл, открыл… Его лицо стало белым, как мел, и он медленно сполз по стене на пол. Да уж, против бросской магии не попрёшь.

Начальник стражи смотрел на меня, и в его глазах было что-то, чего я раньше не видел. Не страх. Не ненависть. Отчаяние. Фокус с упыриным ядом окончательно добил его.

— Вижу, ты впечатлён моим колдовством, — я сел на жалобно скрипнувший стул, — Так вот, у тебя есть шанс увидеть ещё одно бросское волшебство…

Бикташ без особого энтузиазма поднял взгляд. Не каждый день умираешь и воскресаешь по несколько раз.

— Что я должен сделать?

— Скучный ты… Я думал, захочешь узнать, что за магия такая?

Бикташ молчал. Я видел, что ему совсем уже не хочется знакомиться с тайнами броссов.

— Так что я должен сделать? — наконец спросил он.

— Достанешь мне две бирки в Таш, — сказал я. — Для меня и для той старушки. Ченай.

— Две бирки⁈ — Бикташ дёрнулся. — Но Нэфис… Он заметит! Он пересчитывает их каждую неделю!

— Не моя проблема, — я пожал плечами. — Я ведь не только жизни дарить умею. Могу тебе ещё одну ногу подарить.

Тот удивлённо глянул вниз:

— Ногу⁈

— Да. Но если не достанешь бирки, оторву, — я произнёс это с лёгким воодушевлением, будто мне не терпелось попробовать новое заклинание, — Обратно дарить ноги у меня пока не очень получается, но тут просто практика нужна. Ты же поможешь мне попрактиковаться?

Тот замотал головой, мол, «не хочу!», подтягивая ноги. А потом наоборот закивал часто-часто:

— Сделаю! Я всё сделаю!

— Утром чтоб всё было.

— Утром⁈ Так ты уедешь утром? — в глазах Бикташа проклюнулась надежда.

Я улыбнулся. Ну какой упрямый. А он начинает мне нравиться!

— Да, Бикташ. Утром, после поездки на Рассветную Гору, я тебя оставлю. Но запомни, у тебя осталась одна жизнь… Ты можешь послать гонцов в Таш, чтобы предупредить. Но ты действительно хочешь проверить, где кончается могущество бросской магии?

Судя по его взгляду, на себе он это проверять не хотел. Я встал, направился к выходу, а потом, вспомнив, развернулся:

— Кстати, где вы держите Ченай?

Глава 12

Ночь в особняке Нэфиса пахла лавандой и гнилью. Первое — от бесчисленных подушек и занавесей, второе — от самого баскака, чьё тучное тело, кажется, даже сквозь стены источало запах прогорклого пота и сладких благовоний. Я шёл по тёмному коридору, стараясь не разбудить слуг, спавших прямо на полу у стен.

Ченай я нашёл там, где и ожидал — в крохотной каморке под лестницей, куда обычно запихивают старых рабынь, чтобы не мозолили глаза гостям. Дверь была приоткрыта, и из щели сочился слабый свет — лучевийка не спала. Я толкнул дверь и пригнулся, чтобы не задеть головой низкую притолоку.

Старушка сидела на соломенном тюфяке, скрестив ноги. К её ошейнику тянулась увесистая цепь, прицепленная к стене. Чувствовалось, как вес цепи перегибает старушку, но она стойко сидела, пытаясь прямить спину.

Перед Ченай на перевёрнутом ржавом ведре лежала горсть пепла, которую она перетирала пальцами с таким сосредоточенным видом, будто это были драгоценные камни. Пока за ней не следили, она добывала пепел, пережигая соломинки в огне свечи, которую лучевийке поставил какой-то сердобольный, но явно глупый слуга.

Услышав шаги, старушка не вздрогнула — только подняла глаза, и в них блеснули искорки. Она была искренне рада, что