Читать книгу - "Фантастика 2026-215 - Александр Изотов"

к нему спиной, словно издеваясь. «Ну давай, потрать ещё жизнь! Тебя ведь впечатлила бросская магия⁈»

— Кто такие староханцы? — спросил я, когда мы дошли до того угла, где я уже выбивал из него дурь.

Бикташ даже удивился.

— Староханцы? Откуда ты…

— Я тебя не про «откуда» спрашиваю, — я остановился и развернулся к нему. Громадный даже по бросским меркам, я возвышался над межемирцем на голову с лишним. — Я спросил: кто они такие? И запомни — я чувствую ложь, это в моей крови. А у тебя осталось всего две жизни… Не потрать одну по глупости!

Начальник стражи сглотнул и торопливо заговорил, понизив голос:

— Это… люди прежнего хана. До великого господина нашего Адгама! До того, как Межемир стал… — он запнулся, подбирая слово.

— Работорговой лавкой? — с усмешкой спросил я.

Бикташ дёрнул глазом, но кивнул. Судя по всему, за такие слова в Межемире можно потерять голову.

— Прежний наш хан, Тимер, да пример его Яриус в своё воинство, был настоящим воином. Не святым, нет… но он не торговал людьми! А потом… — Бикташ махнул рукой куда-то на восток, в сторону, где находилась столица. — Потом пришёл Адгам Певчий. Сначала как советник, потом как… — он замолчал.

— Как хозяин.

— Да.

— Адгам убил Тимера?

Бикташ зашипел, прикладывая палец к губам, а потом опомнился — я этот палец мог ему спокойно оторвать. Начальник стражи замотал головой:

— Ты, бросс, думай, прежде чем такое говорить в Межемире! Тимер тяжело заболел, и вовремя передал власть советнику… — он стиснул зубы, намекая, что его слова имеют двойной смысл.

Я кивнул. История была мне знакома — Всеволод Десятый прекрасно знал, как это делается. Сначала втираешься в доверие к правителю, потом становишься его тенью, а потом… потом правитель он становится твоей тенью. Безмозглой марионеткой, снедаемой хворями, одному только советнику известно какими.

— И что староханцы, пытаются вернуть прежнего хана?

Бикташ усмехнулся, но без веселья.

— У Тимера есть сын, но он ещё мал, поэтому правит его опекун.

В этот раз усмехнулся уже я. Этот Бикташ был не дурак, и явно понимал, что сын прежнего хана никогда не дождётся трона.

Начальник процедил сквозь зубы:

— Староханцы эти дураки! Думают, что если выпустить рабов на волю, те разбегутся по домам и всё станет как раньше. А куда им бежать? В Лучевию? В Троецарию? Там сейчас война, в Межемире их поймают на любой дороге. В Кумотан? Так кумотанцев самих сюда рабами везут.

— Но они всё равно пытаются.

— Пытаются, — согласился Бикташ. — И умирают. В Малый Круг Улуга им хода нет.

Я молчал, обдумывая услышанное. Малый Круг Улуга? Хм-м… А этот вестник двух оставшихся жизней оказался очень полезен.

— Про бирки расскажи, — сказал я, вспоминая разговор Барака с баскаком. — Что это за бирки, которые выдают в Чирке?

Бикташ снова напрягся. С переднего двора донеслась громкая музыка и хихот девушек. Кажется, там намечалась знатная пирушка.

— Без бирки в Таш не попадёшь. Хоть ты раб, хоть свободный межемирец… — тут Бикташ замялся. «Свободный межемирец» звучало как-то издевательски.

— Там стража их проверяет?

Бикташ посмотрел на меня, как на идиота. Потом, видимо, вспомнил, что этот самый идиот может легко свернуть ему шею, и принял вид вестника покорности.

— Кто пройдёт без бирки в стены столицы, просто умрёт. На месте падает и высохнет… Я сам видел! Такова сила Тёмного Улуга!

Я медленно кивнул. Смердящий свет! Так вот оно что… Смутное подозрение подсказало мне, что телохранителю в провинциальном Чирке бирка точно не светит.

Зато я понял, что Магия Крови у Тёмного Улуга всё-таки была самая обычная, и подчинялась законам тёмной магии. Внешний круг, на границе которого стоял Чирк, на самом деле можно пересекать с биркой… Богоподобная мощь Улуга таяла на глазах.

— По пути к столице патрули проверяют бирки?

Бикташ сдержанно кивнул, не рискнув меня обманывать.

Ай-да Улуг, ай-да Тёмный Жрец! Наплёл сказок вокруг своего могущества, и даже меня ввёл в заблуждение. Ну что ж, надо отдать ему должное, смог меня сначала впечатлить. Надо будет свернуть ему шею в два оборота, за то, что сбил меня с толку.

Скорее всего, Бикташ прав. В самой столице шагу не ступишь, сразу сгоришь в огне печати. Вся столица наверняка и есть очень большая печать. На поддержку которой требуется куча рабов, которых приносят в жертвы в печатях в Большом Круге.

И вся мощь Улуга сосредоточена именно в столице… Я даже выдохнул с облегчением — когда мир возвращается в привычные ему рамки, и законы магии работают, как им положено, жизнь становится в сотни раз краше. Не люблю неизвестность.

— Баты-ы-ыр! — из-за угла вдруг вышел сам Нэфис. Красный от уже выпитого вина, он обнимал двух рабынь. — Где же ты ходишь⁈ Ох, ну и красавец ты, Батыр! Какая броня! В Чирке все помрут от зависти!

Икнув, он ткнул пальцем в грудь Бикташу:

— Не то, что ты, дохляк! Теперь все будут бояться Нэфиса! Потому что Батыр свернёт ему голову… — рабыни не удержали его, он чуть не навернулся лбом вперёд, но начальник стражи вовремя подхватил его.

— Батыр! Неси меня к фонтану! Я одарю тебя золотом!

Вздохнув, я потащил эти пьяные телеса. Нэфис, лёжа в моих руках, только и делал, что восхищённо орал на весь двор, какой-же сильный у него телохранитель. Надо думать, чтобы его поднять, понадобится три, а то и четыре обычных охранника. Или один бросс…

Бросс, которому надо как-то добыть бирку. Впрочем, это не моя проблема, ведь сзади плёлся красный как рак Бикташ. Бедняга, он ещё не знает, что это будет его проблемой.

* * *

Нэфис пировал до поздней ночи, созвав многих именитых людей Чирка. Пир был не в честь меня, конечно, — просто повод нашёлся. Баскак любил пиры, как свинья любит грязь, и использовал любой предлог, чтобы набить брюхо и налить в себя побольше вина. А теперь ему ещё и срочно надо было показать, какой у него теперь воин в доме появился.

Я стоял у стены, как и подобает телохранителю. Кольчуга, которую я выбрал в оружнице, сидела идеально — видимо, её ковали под кого-то очень крупного. Синие вставки и золотое тиснение делали меня похожим на какого-то варварского принца из легенд. По крайней мере, так восклицал Нэфис,