Читать книгу - "Занесённые снегом - Алла Лебедева"

Два года назад, воспользовавшись тем, что Трофим уехал во Владивосток пригнать новую машину заказчику, Наталья выдворила Серафиму Ивановну в летнюю кухню во дворе. Ночью старухе стало плохо. Она хотела позвать на помощь и с трудом вышла во двор.

Во дворе носились два огромных алабая, которых только сам Трофим выпускал на ночь, а днем держал в вольере. Каким-то образом огромные псы вырвались из вольера на волю и стали носиться по ограде. Собаки свалили старушку с ног.

Позже Наталья уверяла всех, что не слышала крики свекрови. Так или иначе, но она не вышла на помощь.

Утром Серафиму Ивановну обнаружила почтальон Зинаида Ермолаева, которая принесла старушке пенсию. Изувеченную, истекающую кровью, Серафиму Ивановну увезли на скорой помощи. В больнице она скончалась. Собаки погрызли ей ноги и лицо.

* * *

После этой трагедии, облетевшей село, Трофим долго не мог прийти в себя. Он уходил в свою мастерскую, пытаясь утолить своё горе в работе. Но в голове стоял голос покойной матери: «На беду ты её привёз, на беду, сынок…»

Ужасная смерть матери, словно магическим ножом отрезала его от жены.

Пасынок Трофима Олег вырос, окончил Мурманское речное училище и устроился на работу в филиал крупного объединения «Восточно — Сибирское пароходство». В отделе кадров ему приглянулась круглолицая девушка по имени Арина. С первого взгляда между молодыми людьми вспыхнуло взаимное чувство. В селе Пивовариха у Арины был дом, где они поселились после регистрации брака.

Трофим остался наедине с Натальей. Неприязнь между супругами росла.

Вначале самоуверенная Наталья пригрозила мужу отлучением от тела. Но, к её удивлению, Трофим стал стелить себе на диване и даже не делал попыток примириться с женой.

Почувствовав охлаждение со стороны мужа, Наталья заподозрила измену. Смерть свекрови она не считала причиной разногласий с мужем. Даже тот факт, что она, по сути, явилась косвенным убийцей, не беспокоил Наталью. Серафиме Ивановне было почти восемьдесят лет, какая разница, как она умерла, хладнокровно рассуждала Наталья.

Выросшая у родителей с суровым нравом, она не понимала сути сыновней привязанности. Напротив, она ревновала Трофима к матери, полагая, что он уделяет ей слишком много внимания и заботы. Если у неё не было материнской любви, значит, у других её тоже быть не должно, полагала женщина.

Став сама матерью, она не испытывала сильных материнских чувств к своему сыну.

А значит, решила Наталья, у неё появилась соперница.

Она стала ревностно контролировать Трофима. Да так бесцеремонно, что он стал объектом насмешек у односельчан. Внешне спокойный и покладистый, Трофим был амбициозен и чувствителен к мнению окружающих.

И однажды, после очередного публичного скандала Натальи с одной из заказчиц, он замыслил план побега.

Требовалось всё обдумать.

Трофим знал, что так просто Наталья его не отпустит. Но видеть рядом с собой ненавистное лицо той, которая погубила любимую мать, было невыносимо.

Он отправил Наталью с приятельницей в развлекательный круиз по Волге. Купил дорогую путевку на три недели. Наталья отправляла ему фото с молодыми попутчиками, кружившими её в вальсе. Она была уверена, что муж станет ревновать её, и предвкушала жаркую встречу с супругом.

Вернувшись из круиза, Наталья обнаружила, что Трофим подал на развод, передал управление автомастерской своему напарнику и другу Егору Свиридову.

В доме на столе Наталья нашла записку: «Меня не ищи. Дом оставляю тебе.»

Все вещи Трофима исчезли, он забрал с собой даже кота Ландыша.

Поняв, что свой уход Трофим тщательно подготовил, Наталья побежала к Егору Свиридову с допросом.

Глава 36

Захар Працевич зашел на почту отправить сестре посылку с кедровыми орехами.

Он находился в отпуске, поэтому на нем была гражданская одежда. Потертые серые джинсы и черная футболка облегали стройную спортивную фигуру. Захар взял шариковую ручку, висевшую на тонкой проволоке, и стал заполнять почтовый бланк.

«Какие у него мускулистые руки» — подумала Зинаида, оформляя посылку. Её щеки вдруг загорели.

«Лицо, как у мадонны с картины итальянских мастеров… где-то я видел это лицо…» — подумал Захар, с нежностью рассматривая женщину.

— Мы ведь с вами знакомы? Я не ошибаюсь? — спросил он.

— Да. Вы брали у меня свидетельские показания, когда Серафиму Лабутину собаки погрызли, — тихо произнесла Зинаида, не поднимая глаз.

«Давно мне не встречалась такая скромная женщина. Обычно, все норовят познакомиться, заглядывают в глаза, а эта… Интересно, она замужем…» — задумался Захар, внимательно изучая бейдж на фирменном жилете женщины.

— Зинаида Павловна, а не согласитесь ли вы поужинать со мной? Вчера было открытие кафе «Золотой хан», слышал, там неплохо готовят, — спросил Захар и замер в ожидании, словно мальчишка.

Зинаида не отвечала, всматриваясь в монитор.

«Эх, наверное, я слишком поспешил с предложением. Или она замужем. Такая милая женщина не может быть одна…» — с досадой подумал Захар.

Зажав в руке квитанцию, он собрался уходить.

— Я согласна, — Зинаида подняла голову.

Взгляд её вишнёвых глаз встретился с зелёными глазами Захара.

Глава 37

Кирилл Георгиевич был счастлив находиться среди своих родных. Он активно участвовал в работе питомника вместе с Анжеликой, помогая в диагностике и лечении животных.

Он обсуждал с Юлией новую книгу и её продвижение на литературном сайте. Маленький Азарий ни на минуту не отходил от деда, всюду следуя за ним.

Но прошло две недели, а телефонный звонок, которого так ждал Кирилл Георгиевич так и не прозвучал.

Вечером вся семья расположилась внутри костровой зоны, которую недавно обустроил Никифор. Квадратное углубление в земле, засыпанное мелкой щебенкой, в центре круглая костровая чаша из литого чугуна. По периметру длинная скамья из лиственничного бруса, на которой разбросаны мягкие подушки из поролона.

Никифор развел огонь в чаше и взял в руки гитару. Зазвучал его негромкий глубокий баритон.

Знакомые и любимые песни на стихи Окуджавы подхватили все, включая Азария.

Теплые отблески огня освещали лица. Прекрасный летний вечер обнимал семью душистыми ароматами цветущей персидской сирени.

Кирилл Георгиевич почувствовал, как в кармане его летней куртки завибрировал телефон. Он осторожно встал со скамьи, стараясь не привлекать внимание и не нарушать строй песни.

Однако все, как по команде повернулись к нему, заметив, как изменился в лице Кирилл Георгиевич.

— Мне надо в аэропорт. Рита в тяжелом состоянии. Звонила её сестра Марина… Произошло крушение поезда в Брянской области, диверсанты взорвали мост, — произнёс Кирилл Георгиевич.

* * *

Герасим приехал через полчаса. Кирилл Георгиевич попрощался с родными и уже ждал его у калитки.

— Не могли бы