Читать книгу - "Занесённые снегом - Алла Лебедева"

Герасим выругался и бросил в него кепку.

* * *

Известие о том, что Светлана переехала в Смолино, изумило Герасима. Из центра столицы в сибирскую деревню? Почему?

«Так не бывает. Она всегда стремилась жить в столице. Это не она…» — думал Герасим.

Но через несколько дней размышлений, упорно не уходивших из его головы, он решил проверить свои сомнения.

* * *

Простой сельский дом на окраине улицы, недалеко от побережья Иркута. Забор из деревянного старого штакетника, калитка закрыта на простой шпингалет.

Герасим поднялся на невысокое резное крыльцо, покрашенное в оранжевый цвет. Громко постучал в железную дверь.

— Войдите! Открыто! — раздалось из домофона сбоку. Герасим шагнул внутрь.

Прихожей в доме не было. Входная дверь вела сразу на кухню.

Это было просторное помещение с двумя широкими окнами. Одно из окон было распахнуто. Женщина, перегнувшись через подоконник, что-то пристально рассматривала на ветке берёзы, растущей прямо перед окном.

— Сейчас, сейчас… здесь паучок, такой маленький… с потолка спустился… я отнесла его на дерево… — тихо проговорила женщина, всё ещё не поворачиваясь к вошедшему.

Наконец, она закрыла окно и повернулась.

— Гера? — Бледное лицо в тонких сетчатых морщинках, сухие потрескавшиеся губы, растерянный взгляд. Женщина прищурила синие глаза и пристально смотрела на него, словно не веря себе.

Они несколько минут стояли друг напротив друга.

— Присядь. Я поставлю чай, — словно придя в себя, сказала Светлана, не задав Герасиму ни одного вопроса.

Она с трудом пошла к плите, слегка горбясь.

— Света! Ты здорова? — спросил Герасим. Он заметил, что сама Светлана даже не притронулась к чашке.

— Не совсем… Но это слишком долгая история. Думаю, никому не интересны чужие болячки, — ответила Светлана дрогнувшим голосом.

— И всё же… Я никуда не спешу, — произнёс Герасим.

Светлана помолчала с минуту. Потом стала рассказывать.

* * *

— После второго инфаркта мой лечащий врач Игнат Рустамович предупредил, что у меня осталось немного времени. Посоветовал решить свои отложенные на потом земные дела. Вот я и решила кое-что изменить в своей жизни… — Светлана закончила свой рассказ. Встала и закрыла окно.

— Почему именно Смолино? — тихо спросил Герасим. Женщина молчала.

«Неужели из-за меня?» — подумал он и сердце его сжалось.

— Здесь моя дочь живёт, — наконец ответила Светлана.

— У тебя есть дочь? — Герасим поставил чашку на стол и с интересом взглянул на женщину.

— Да. Я долго держала это в тайне. Но теперь никакой тайны нет. Её зовут Анжелика, она замужем за Никифором Ватагиным. Не сомневаюсь, что ты её знаешь… — Светлана зябко поёжилась и потянулась за шерстяной накидкой.

Она стала рассказывать о том, как оставила свою дочь в роддоме. Говорила, не смягчая выражений. Её повествование было жёстким и рациональным.

Герасим слушал, потрясённый и изумлённый.

Светлана отбросила накидку, снова подошла к окну и распахнула его настежь. Весенние трели птиц весёлой жизнеутверждающей волной ворвались в комнату.

— А ты? Как ты оказался здесь в Смолино? Почему уехал из Малозерска? Как Остап? — Светлана налила горячий чай в свою чашку и жадно отпила из неё.

— Остап — это моя радость и гордость, — отозвался с теплотой в голосе Герасим.

О своём сыне он мог говорить бесконечно.

* * *

В Малозерск Остап Ермолаев вернулся после продолжительного лечения в военном госпитале. Там он подружился с Григорием Калинником, своим ровесником и сослуживцем.

Григорий был воспитанником детского дома. Получив квартиру, положенную ему как круглому сироте, мужчина был обманут приятелем, которого он поселил у себя по доброте. В благодарность приятель выкрал паспорт Григория и оформил на него крупный кредит. Оставшись без денег и крыши над головой, Григорий подписал контракт с Министерством обороны в надежде снова заработать на жизнь.

Остап и Григорий воевали в одном взводе и быстро стали приятелями, а затем и друзьями.

Их дружба была проверена необычным испытанием. Остап с Григорием и сотнями других добровольцев совершили рискованный переход по нефтегазовой трубе диаметром сто двадцать сантиметров в тыл украинской армии, занявшей часть Курской области. Солдаты прошли пятнадцать километров в невероятно сложных условиях, чтобы затем нанести сокрушительный и внезапный удар по позициям врага. Про их подвиг говорила вся страна.

Длительное нахождение в воздухе, насыщенном парами нефти, не прошло бесследно для здоровья.

Григорий потерял левый глаз. Сосуды, снабжающие зрительный механизм, не выдержали огромной нагрузки. Григорию пришлось привыкать к биопротезу, внедренному в глазницу. Специальные очки искусно маскировали отсутствие глаза.

Крепкий организм Остапа почти выдержал проверку на прочность. Интенсивные занятия спортом с раннего детства закалили его тело. Но во время боя он был ранен в живот обломком дрона. Часть печени у него была удалена.

Остап вернулся домой, хотя изнурённым физически, но окрепшим нравственно.

С ним произошла настоящая духовная трансформация. Словно всемогущий и великий ювелир человеческих душ увидел лежащий в пыли серый осколок камня, рассмотрел его на свет и превратил в прозрачный бриллиант, сверкающий множеством разноцветных граней.

На боевые выплаты Остап купил заброшенное помещение бывшего городского бассейна.

Вместе с Григорием, оказавшимся талантливым менеджером, они создали спортивную школу для детей и подростков.

В этой школе мальчики обучаются восточным единоборствам, ходят в суровые походы по сибирской тайне, обучаются искусству выживания в экстремальных условиях.

Однажды директор школы, где учился Остап, Шилова Дарья Гавриловна предложила бывшему ученику выступить перед школьниками и рассказать о своем подвиге.

— Почему нет? — спросила Дарья Гавриловна, когда получила отрицательный ответ.

— Мало что помню… Видимо, последствия после наркоза, — уклончиво сказал Остап. Он поднял глаза и встретился с понимающим взглядом Григория.

Никогда они не забудут этот непростой переход в загазованной мгле, когда временами казалось, что сознание покидает тебя, а в голове билась одна спасительная мысль о глотке свежего воздуха. Но нельзя касаться еще незажившей раны. Пройдет немало времени, когда они смогут спокойно говорить о том, что испытали.

Остап и у себя в доме никогда не касался военной темы. Зато каждое утро вставал в шесть утра и вместе с сыновьями совершал пробежку вокруг березовой рощи, находящейся возле дома.

Даже строптивая Ольга умирила свой нрав, наблюдая, с каким восхищением подросшие Витя и Коля смотрят на отца и стремятся во всём подражать ему.

Теперь Остап с семьей жил в родительской квартире, которую им оставил Герасим.

Квартира этажом выше, в которой некогда жила ныне покойная Мацукина Галина Степановна, была выставлена на продажу Ниной Крупенько, её дочерью.

Григорий Калинник купил её и приступил к ремонту. Недавно он сделал предложение Лене Колесниковой, подруге Ольги.

* * *

— Прости, я утомил тебя, — Герасим замолчал, увидев,