Читать книгу - "Утесы - Джули Кортни Салливан"

Эллисон показала ей язык.

– Наши исследования позволили нам сделать вывод, что мозг и сознание – не всегда одно и то же, – продолжал доктор Абрамс. – И нам еще много предстоит узнать о сознании. Вот, например, Эванджелина. Медиум работает в измененном состоянии сознания. Как она настраивается на частоты, которые большинство из нас не могут почувствовать? Эванджелина, пожалуй, пора мне заканчивать и вам начинать гипноз. Ведь наши зрители пришли сюда за этим.

– Я предпочитаю называть это медитацией. Вам это известно, доктор Абрамс, – дразнящим тоном произнесла она и коснулась его плеча.

Джейн с Эллисон переглянулись и одновременно подумали: «Да у них роман».

– Мой друг Джон не верит в погружение в прошлые жизни, – сказала Эванджелина. – Он считает, что воспоминания о прошлых жизнях реальны лишь в том случае, если человек находится в полном сознании и не ищет их специально. Но есть научные подтверждения, что медитация и осознанность усиливают способности к предвидению и ясновидению. В этом Джон со мной согласен. Верно, Джон?

Он кивнул.

– С кем-то из вас бывало такое, что вы медитировали и слышали голос, который не ожидали услышать? – спросила Эванджелина. – А может, прогуливались в лесу и увидели призрак близкого человека?

Половина присутствующих подняли руки. Джейн усомнилась, что они говорят правду. Но потом Эванджелина спросила:

– А дежавю? Кто из вас испытывал дежавю?

Тут даже Джейн вынуждена была признать, что это неоднократно с ней случалось. Ускользающее чувство, подобное сну, частично забытому при пробуждении. Назойливое ощущение, что происходящее в данный момент уже происходило раньше.

Эванджелина продолжала:

– У нас с Джоном совершенно разная система убеждений, но в одном мы сходимся: после смерти физического тела с энергетической точки зрения человек не умирает. Сегодня мы попытаемся погрузиться в прошлые жизни. Этот процесс может многое прояснить, взволновать и даже напугать. Но я надеюсь, что он прежде всего принесет исцеление. Многие лица я сегодня вижу впервые. А кого-то уже узнаю. Фрида, рада видеть тебя снова. Памела. Ты уже профессионал. Сколько раз ты проходила регрессию? Десять? Хочешь поделиться своей историей?

Встала женщина в очках с короткой стрижкой, лет шестидесяти пяти. Она явно обрадовалась, что ее выделили. Неужели она десять раз погружалась в прошлые жизни? Джейн догадывалась, что пристраститься можно к чему угодно, но не до такой же степени.

– В моем сердце всегда было много гнева, – сказала Памела задумчиво и уверенно, будто давала интервью самой Опре. – Особенно по отношению к матери. Я старшая из четырех дочерей. Мать меня никогда не любила. С самого рождения. Всю свою жизнь мне казалось, что этому должно быть какое-то объяснение. Но я не знала, как это объяснить, пока не прошла регрессию и не узнала, что в прошлой жизни мы с матерью были братьями. В прошлой жизни я убила своего брата и взяла в жены его вдову. Преступление сошло мне с рук. Никто ничего не узнал. Неудивительно, что мать ненавидела меня всем сердцем.

Джейн боялась, что, если повернется к Эллисон, они обе прыснут со смеху.

– Я пятнадцать лет была в психотерапии, но один сеанс регрессии сразу прояснил причину моих отношений с матерью, – призналась Памела.

Эванджелина кивнула, словно такие признания для нее – это обычное дело. Хотя, пожалуй, так и было.

Джейн задумалась о собственной матери. Может, Джейн тоже убила ее в прошлой жизни? И это все объясняет?

– Воздействие может быть очень глубоким, – сказала Эванджелина, – а эффект незамедлительным.

Как выяснилось, сама Эванджелина в прошлых жизнях была одной из Ротшильдов, немецким педиатром, прятавшим в своем доме евреев во время холокоста, и пилотом, который в двадцать один год разбил самолет, где летели Ричи Валенс, Бадди Холли и Биг Боппер[29].

Джейн задумалась, почему лекция доктора Абрамса показалась ей убедительной, а то, что говорила Эванджелина, – полным бредом. Ведь их истории не так уж сильно отличались. Возможно ли, что она запрограммирована больше верить мужчине, который называет себя доктором, чем женщине, представляющейся медиумом? Ну разумеется. Причина была именно в этом.

– Вера в реинкарнацию стара, как само человечество, – сообщила Эванджелина. – Индуисты, буддисты, коренные американцы тысячелетиями верили в переселение душ. Большинство современных американцев только сейчас начали допускать, что такая возможность существует, но человек всегда с неохотой признает очевидное. Тридцать три процента взрослых американцев верят в реинкарнацию. Тридцать восемь процентов женщин и двадцать семь процентов мужчин. Входите ли вы в их число?

Кое-кто из присутствующих усиленно закивал.

– Даже если вам кажется, что вы не верите, или вы все еще сомневаетесь, сегодня я попрошу вас сохранять открытость ко всему, что произойдет.

Эванджелина встала и подошла к двери. Выключила свет и вернулась на возвышение.

– А сейчас примите максимально удобное положение. Сделайте несколько глубоких вдохов и выдохов. Закройте глаза и попытайтесь расслабить тело от макушки до стоп. Почувствуйте, как голова наполняется теплым золотистым светом. Представьте, что свет стекает в шею, плечи и льется по рукам до самых кончиков пальцев.

Джейн ощутила внутреннее сопротивление, но затем позволила мягкому и успокаивающему голосу Эванджелины ввести себя в транс. Ее плечи опустились. Голова запрокинулась.

Когда она расслабилась и выровняла дыхание, а в теле образовалась свобода и легкость, Эванджелина попросила их вызвать в памяти воспоминание из детства. Первое, что придет в голову.

Джейн вспомнила, как сидела на кухне бабушкиного дома. Ей было пять или шесть лет, на блюдце лежали несколько печений с шоколадной крошкой. Она не могла уснуть. Бабушка разрешила пойти и перекусить, хотя было уже поздно. Тот момент казался волшебным. Джейн совсем о нем забыла.

– Теперь перенеситесь дальше во времени, в утробу матери, – продолжала Эванджелина. – Какие звуки вас окружают? Что вы видите?

Джейн увидела, что ее окружает красный цвет, а она сама лежит, свернувшись калачиком. Ее мать ощущала страх. Он передался плоду.

– Сейчас вы родитесь, – сказала Эванджелина.

Яркий свет, матери разрезают живот, врач с темными кудрявыми волосами в бледно-голубой больничной форме достает Джейн из живота. Но это не было воспоминанием. Это напоминало картинку родов, как ее показывали по телевизору. Однако Джейн казалось, что она прожила это, а не просто увидела.

Она подумала: когда в следующий раз увидит мать, надо будет спросить ее, как выглядел врач, принимавший роды. Потом вспомнила, что мать умерла и она уже никогда не сможет ее ни о чем спросить. Разве что общение с покойными действительно возможно… но Джейн в это не верила.

Эванджелина велела им представить красивую дверь. Вообразить, как они открывают эту дверь и видят за ней яркий ослепительный свет.

– Пройдите через