Читать книгу - "Утесы - Джули Кортни Салливан"

Удачи с вашей назойливой клиенткой. Давайте пообедаем в ближайшие дни.

– С удовольствием, – ответила Джейн.

9

Джейн поймала себя на мысли: ей очень любопытно, что скажет Клементина. И чем больше она об этом думала, тем сильнее разгоралось ее любопытство.

Она позвонила Клементине в половине десятого утра в понедельник и спросила, сможет ли та снова приехать в Авадапквит.

– Помните девочку, которая все время вмешивалась в наш сеанс? – спросила Джейн. – Она еще сказала, что ищет маму, и повторяла, что в Лейк-Гроув ее больше нет? Я познакомилась с одной женщиной, живущей в доме, который так и называется – Лейк-Гроув. К ее сыну приходит призрак, девочка, и тоже говорит, что ищет маму.

Джейн думала, что Клементина заинтересуется и скажет, что приедет немедленно.

Но та ответила, что не освободится до осени. Можно записаться на телефонный сеанс, но ближайшее окно в середине сентября.

– В Лагере Мира очень много дел, – сказала медиум. – Сезон в разгаре. А вы с подругой не хотите приехать сюда? Через выходные у нас день открытых дверей. Любой может побывать здесь без предварительной записи. Будут демонстрации, лекции и все такое. Я постараюсь вас принять. А если не получится, найдете кого-нибудь еще.

Джейн по-прежнему не верила в призраков и духов, но, представив, что придется говорить с другим медиумом – не Клементиной, – почему-то ощутила разочарование.

Она позвонила Женевьеве и рассказала о предложении Клементины.

– Дорога до Лагеря Мира занимает три часа в одну сторону и еще двадцать минут на пароме, – сказала она. Женевьева молчала, и Джейн добавила: – Это слишком далеко.

Почему-то она расстроилась.

Но Женевьева ответила:

– Нет, вовсе не далеко! Я просто проверяла календарь. В тот день я свободна, Пол присмотрит за Бенджамином. Дорожное приключение, это же прекрасно! Заедешь за мной?

Тут Джейн спохватилась, но было уже поздно.

Она зашла на сайт Лагеря посмотреть, что это такое. Надпись на главной странице гласила:

Добро пожаловать в мир спиритуализма. Лагерь Мира расположен на идиллическом частном острове близ побережья Бар-Харбора. На острове запрещен любой транспорт. В Лагере Мира созданы все условия для прямого общения с Богом и миром духов. Наша религия очень индивидуальна. Каждый по-своему понимает веру. Однако нас объединяет общая система убеждений, главным из которых является вера в то, что со смертью физического тела сознание не прекращает свое существование. Душа лишь переходит в иное измерение. Женщинам Лагеря Мира выпала честь служить проводниками для общения с духами ваших близких. Никто не умирает окончательно.

Прочитав это описание, Джейн так и не поняла, чего ожидать от поездки на остров, зато ей стало еще больше не по себе.

Она позвонила Эллисон.

– Я все отменяю.

– Ну уж нет, – ответила та. – Мы едем.

– Серьезно? Ты сможешь вырваться?

– Ради этого – да. А ради тебя я готова даже потерпеть и провести весь день в одной машине с Женевьевой. Запомни эту жертву.

– Чего не сделаешь ради любви, – ответила Джейн.

– Именно.

– За рулем, по-видимому, буду я. Женевьева так сказала.

– Естественно, – ответила Эллисон.

В шесть утра назначенного дня Джейн отвезла Уолтера к сестре. Она взяла собаку на руки, подошла к двери дома Холли и отперла дверь запасным ключом.

В доме было темно и тихо. Холли с Джейсоном любили поспать. Сначала Джейн написала и спросила, смогут ли они заехать в дом матери и выгулять Уолтера, пока ее не будет. Джейсон не любил лишних слов и прислал эмодзи: поднятый вверх большой палец. Холли не ответила. Тогда Джейн решила, что лучше привезти Уолтера к ним: еще забудут.

Она посадила собаку в коридоре, погладила по голове и закрыла за собой дверь.

Уолтер затявкал, не успела она сесть в машину. Джейн невольно улыбнулась, представив, как Холли окажется в том же положении, в каком она оказывалась почти каждое утро: станет заложницей капризов безумного зверя размером с буханку хлеба.

Сначала Джейн заехала за Эллисон.

Через несколько минут они были у дома Женевьевы.

– Он выглядит совсем по-другому, – заметила Эллисон.

– Само собой. А внутри все белое.

Эллисон покачала головой:

– Бог ее накажет. Там же была такая красивая резьба по дереву.

Джейн надеялась, что Женевьева пригласит их в дом, чтобы Эллисон своими глазами увидела масштаб катастрофы. Но Женевьева ждала снаружи.

Она села в машину и с наигранной веселостью произнесла:

– С добрым утром!

С собой у нее были кексы в бумажном пакете из пекарни в Киттери-Пойнте, о которой Джейн ни разу не слышала. Она не отказалась от угощения и взяла черничный. Принялась отламывать по кусочкам, будто не рассчитывала съесть кекс целиком, но вскоре осталась лишь бумажная формочка. Тут же захотелось еще.

– Очень вкусно, – сказала она и повернулась к Эллисон. – Попробуй.

– Спасибо, не хочу, – ответила та.

Джейн стало любопытно, действительно ли подруга не хочет кекс или просто не желает угождать Женевьеве.

Первый час ехали почти молча. Вместо разговоров слушали радио. Остановились выпить кофе. Когда кофеин подействовал, завязалась беседа.

Эллисон и Женевьева поговорили о воспитании мальчиков. Джейн внимательно слушала и старалась не думать о том, как болит душа. За последние годы материнство забрало у нее нескольких подруг. Не в буквальном смысле, конечно. Просто у женщин с детьми совсем не оставалось времени. И, по опыту Джейн, они предпочитали общество себе подобных.

Именно поэтому Джейн с Дэвидом так крепко дружили с Перл и Мелиссой. У них тоже не было детей.

– Ума не приложу, как ты справляешься, еще и с работой на полный день, – сказала Женевьева. – И вы всегда вместе.

– У нас дома настоящий зоопарк, поверь, просто гости этого не замечают, – ответила Эллисон.

– Крис очень вовлеченный папа, – продолжала Женевьева. – Жаль, что Пол не такой. Он совсем не умеет общаться с Бенджамином. Вот даже сегодня, в субботу, настоял, чтобы я пригласила няню. Могу на пальцах одной руки посчитать дни, когда они оставались наедине больше чем на час.

– И тебе не хочется его убить? – спросила Эллисон. – Как ты это терпишь?

– Он занят на работе, – ответила Женевьева. – Мне ли жаловаться.

– Жалуйся, – хором проговорили Эллисон и Джейн.

Но Женевьева сменила тему.

Джейн подумала о Дэвиде. Тот активно интересовался жизнью племянников и племянниц. Однажды Джейсон признался, что Дэвид ему как отец, которого у него никогда не было. Хотя отец у него имелся. Дэвид мог приехать в Мэн на важный хоккейный матч, а летом водил Джейсона на рыбалку. Они говорили по телефону, когда у Джейсона возникали конфликты в общении, и Дэвид всегда приводил истории из своего прошлого, чтобы Джейсон просто посмеялся над ними или понял, что не все так безнадежно, что в перспективе