Читать книгу - "3000 иен для счастья - Хика Харада"

Есть известная поговорка: «Все дороги ведут в Рим». Томоко в полной мере осознала ее смысл, когда ей перевалило за сорок пять.

Она поняла, что на пороге пятидесятилетия все расстройства в организме ведут к менопаузе.

Осознание пришло в сорок пять, когда она, по нынешним меркам, была еще молода.

С наступлением лета она стала сильно потеть. Кому-то это покажется нормальным – лето есть лето, но, просыпаясь по утрам, она была мокрой, хоть выжимай, – лицо, шея, грудь прямо-таки обливались потом, а волосы спутывались, как на сильном ветру.

Она плохо спала и часто просыпалась до рассвета.

В изголовье у Томоко лежала сухая футболка и полотенце, чтобы можно было быстро переодеться. За ночь пижама пропитывалась потом настолько, что становилась тяжелой. Переодевшись, Томоко шла в туалет.

Она всегда плохо засыпала, подолгу лежала, не смыкая глаз.

Прежде она не вставала ночью в туалет. Когда-то давно покойная бабушка жаловалась, что ей приходится вставать по два раза, но Томоко не придала значения ее словам: ну встает бабушка по два раза и встает.

Чтобы не вспотеть, Томоко начала включать кондиционер. Но от него мерзли и отекали руки и ноги. В итоге в комнате, где кондиционер гонял холодный воздух, она ложилась спать, накрывшись толстым футоном.

Такое происходило с Томоко не только в разгар лета, мучения тянулись с середины мая по конец октября.

С пятидесяти лет Томоко стала спать отдельно от мужа. Их температурные ощущения больше не совпадали, и Кадзухико уже был на пределе из-за того, что жена просыпалась ни свет ни заря. К счастью, к тому времени дочери вылетели из родного гнезда, одна вышла замуж, другая работала, и их комнаты освободились.

Дальше – больше. Появились учащенное сердцебиение и одышка. Неожиданно посреди ночи сердце могло забиться так сильно, что становилось страшно.

Томоко подумала, что это болезнь, начала ходить по больницам, расспрашивать знакомых, сдавать анализы и проходить обследования. Стала грешить на щитовидку, но терапевт успокоил ее: со щитовидной железой все в порядке.

– Это связано с возрастом, – сказал молодой симпатичный врач, и Томоко вдруг сообразила, что причиной всех ее проблем может быть менопауза. Гинеколог после обследования отметил резкое снижение количества женских гормонов.

После этого менопауза обрушилась на Томоко как стихийное бедствие.

Проблемы с засыпанием, бессонница – менопауза.

Головокружение, звон в ушах – менопауза.

Необъяснимый зуд в руках и ногах – менопауза.

Сухость кожи – менопауза.

У Томоко все еще был простенький мобильник. Сколько ни уговаривали ее продавцы в отделах сотовой связи, дочери и даже свекровь поменять его на смартфон, она отказывалась, говоря, что обойдется. На самом деле, даже с помощью простого мобильника можно много чего выяснить.

Томоко выходила в интернет, набирала в поиске свои симптомы и, помимо прочих причин, обязательно наталкивалась на слово «менопауза».

Дошло до того, что у нее заболел безымянный палец на правой руке. Сгибая его, она чувствовала, как вытягивается сухожилие.

Сначала Томоко подумала, что к менопаузе это не имеет отношения. Просто перетрудила палец или что-то в этом роде.

Поискала в интернете. «Воспаление сухожилия, щелкающий палец…» В самом конце статьи об этой болезни было сказано: «Симптом, часто проявляющийся у пожилых женщин в период менопаузы».

Ничего себе! Она не подозревала, что климакс даже на пальцы влияет…

И Томоко сдалась. Смирилась с тем, что «все болезни ведут к менопаузе».

Во времена экономического бума, еще студенткой она ездила с подругой в Италию и купила там комплект нижнего белья от La Perla, который лежал теперь в глубине комода.

Шелковое, цвета шампанского белье было отделано восхитительным тончайшим кружевом. Однако со временем цвет поблек, и Томоко больше не решалась его надевать.

Она не сильно прибавила в весе, но все равно вряд ли бы влезла сейчас в эти фирменные вещицы, которые были бессильны скорректировать ее фигуру. Теперь ее ставшее чувствительным к холоду тело поддерживало термобелье, купленное в пассаже Дзюдзё в магазине «Мурасакия».

Впервые Томоко переступила порог этого магазина в пятьдесят лет.

Знала, где он находится, но прежде ни разу туда не заглядывала.

Про «Мурасакию» не раз говорили по телевизору. Секрет чрезвычайно низких цен в этом магазине заключался в том, что он принимал от ведущих производителей на реализацию все подряд, не разбирая товары по цветам и размерам. Томоко приняла информацию к сведению, но идти туда не собиралась.

В магазине при входе стояли большие картонные коробки, увешанные написанными от руки ценниками: «носки – 60 иен», «колготки – 99 иен». На этом пятачке постоянно толклись жившие по соседству старики и старухи. Они копались в коробках, чуть ли не нырнув в них с головой.

Я бы так не смогла, думала Томоко. Это же для женщины – конец. Так или иначе, носки она не носила, чулки тоже были не нужны – она их покупала пачками в универмаге в районе Синдзюку, когда выходила из электрички или метро. Надо бережно относиться к хорошим вещам, тогда больше сэкономишь, считала она.

Несколько лет назад Томоко ходила на похороны – у Кадзухико на работе умер начальник. Это случилось в марте, но погода еще была прохладной. Нужно было стоять под открытым небом, на ветру, и Томоко решила зайти в универмаг, чтобы купить плотные черные колготки под траурное платье, но не нашла. Возможно, потому, что приближались теплые дни.

По пути домой Томоко проходила мимо «Мурасакии» и вдруг остановилась.

– Нет ли у вас теплых колготок? Мне на похороны надеть, – робко спросила она у стоявшей у входа в магазин продавщицы, казавшейся немного старше, чем она сама.

– Вот эти в самый раз будут, – с готовностью откликнулась продавщица. – Уж теплей не бывает.

Черные утепленные суперплотные колготки стоили очень дешево – всего двести девяносто девять иен. Заплатив, Томоко зашла в магазин, куда раньше не заглядывала, и купила толстые носки, чтобы носить дома, и футболку на подкладке.

На похоронах колготки из «Мурасакии» защитили Томоко от северного ветра. Ноги долго оставались теплыми.

С того дня Томоко стала большой поклонницей «Мурасакии». Всякий раз, отправляясь в пассаж, она обязательно наведывалась в этот магазин. К зиме там был отличный выбор теплого нижнего белья. Магазин в основном ориентировался на покупательниц среднего возраста и старше.

В результате дома целый ящик в комоде оказался заполнен вещами, купленными в «Мурасакии». Большую их часть Томоко ни разу не надевала. Дочери даже поддразнивали ее за это.

Походы в «Мурасакию» были для Томоко своего рода терапией. Там она могла вздохнуть с облегчением, осознать, что теперь относится к категории