Читать книгу - "3000 иен для счастья - Хика Харада"

подумала, что скажет «нет» и все. Они пошли в дешевую кофейню.

Там Котоко узнала, что Ясуо не женат, детей у него нет, постоянной работы тоже, что его по полгода не бывает дома – он либо путешествует за границей, либо уезжает на заработки. Дом, где он живет, принадлежал его бабушке, построен полвека назад, и он там вроде временного жильца-управляющего.

И что он настоящий «бабушкин сынок».

– Денег у меня нет, но бабушка очень любила свой сад, так за ним ухаживала. Вот я и хочу, чтобы там, по крайней мере, был порядок.

После этих слов Котоко окончательно ему поверила.

– Все-таки вы порядочно накопили.

Ясуо собрался за границу и принес ключ от дома, чтобы Котоко в его отсутствие могла поливать цветы в саду и проветривать помещения.

Прежде он обращался с этой просьбой к соседке, но она совсем состарилась, ослабела и уехала к дочери в Иокогаму. Так что с осени эту функцию стала выполнять Котоко.

– Бабушка! Стоит ли пускать в дом такого человека? – нахмурившись, спросила Махо, когда Котоко рассказала ей о Ясуо. – Вдруг он вор или аферист.

– Но у меня же ключ от его дома.

– А вдруг это ловушка, чтобы усыпить твою бдительность?

– Ну уж ты придумаешь!

– У него даже нормальной работы нет.

Это было правдой. Ясуо действительно нигде не работал постоянно.

Надо признать, что именно из-за отсутствия у Ясуо постоянной работы у Котоко вначале возникали сомнения в его серьезности и порядочности. Подрабатывать он мог на Окинаве или Хоккайдо – там много сезонной работы. Похоже, быстро привыкал к новым местам и так же быстро приобретал нужные навыки. Мог ухаживать за престарелыми, умел выслушать человека, кем бы он ни был. Поэтому и мог себе позволить жить как перелетная птица.

Присматривая за его домом, Котоко разговорилась с соседями и убедилась: все, что Ясуо рассказывал о своем прошлом и нынешнем положении дел, – правда.

Как бы там ни было, теперь Котоко верила Ясуо и относилась к нему тепло и благожелательно.

– Я вам сувенир какой-нибудь привезу. И еще – там поспевает горошек, так что угощайтесь на здоровье, не стесняйтесь.

– Спасибо. Обязательно.

В это время года растения не требовали частого полива. Их уже высадили в землю, так что достаточно одного раза в неделю. Но можно и чаще, свободного времени у Котоко достаточно; она же на пенсии.

– Большое спасибо. Я ваш должник.

Тогда Котоко и рассказала ему об объявленной банком акции и о процентах. Получилось как-то само собой.

– Такие деньги… Мне об этом только мечтать.

«Эх! Может, и не стоило все ему выкладывать. Хотя бы сумму не надо было говорить», – с легким сожалением подумала Котоко.

Ясуо, кажется, не заметил ее сомнений и беззаботно рассмеялся.

– Это не такая уж большая сумма. В моем возрасте у всех есть сбережения.

– Даже не знаю, что сказать. Когда умерла бабушка, я нашел за алтарем только старые, довоенные деньги – десять тысяч и сто иен. Наверное, она думала, что они чего-то стоят. Вот и все ее богатство.

– Но еще же есть дом.

– Эта старая развалина? Да она годится только для костра, чтобы нагреть воду для ванны.

– Не говорите так. Дом, конечно, не очень, но ведь есть земля. В Дзюдзё. Она чего-то да стоит. Не так много, как в лучшие времена, но все-таки…

– Ну, может, вы и правы. А вы что же, всю жизнь экономили, чтобы столько накопить?

– Да просто повезло. Время было такое.

Котоко покачала головой. Ей не очень хотелось говорить о своих деньгах. Но Ясуо словно не заметил этого и продолжал:

– То есть период экономического роста?

– Ну, отчасти. Когда я только пошла работать, мне платили десять тысяч. А когда уходила со службы, получала в пятьдесят раз больше. И все благодаря этому самому росту.

Котоко хотела прекратить разговор, но слишком любила эту тему. Читала ли она газету, смотрела ли телевизор, связанные с прибылью и убытками мысли так и лезли в голову.

– А вот нынешней молодежи не повезло. Вам можно только посочувствовать, – пробурчала она себе под нос.

– Мама научила меня записывать расходы. Веду бухгалтерию. Что еще я могу?

– У вас есть книга расходов?!

– Ох уж эти гроссбухи! Последнее, что меня интересует в жизни! – не выдержал Ясуо, срываясь на крик.

– А моя мама родилась в 13-м году Тайсё, то есть в 1924-м. О книге расходов впервые написали в женском журнале в 1904 году, когда началась война с Россией.

Наверное, ему совсем не интересны разговоры о таких вещах, подумала Котоко. Но Ясуо делал вид, что слушает, и не забывал поддакивать.

А может, у него это врожденная черта – втираться в доверие, преследуя свои цели? – гадала Котоко.

Даже после разговора с Ясуо Комори Котоко никак не могла решить, стоит ли ей класть деньги в «Манго банк».

Если подавать заявку, то чем раньше, тем лучше. Сначала нужно позвонить в банк и попросить, чтобы прислали документы. А потом все оперативно провернуть в другом банке – том, где пока лежали на депозите ее деньги. Надо, надо… Но Котоко только думала об этом и ничего не предпринимала.

Прежде она бы быстро разобралась с этим делом. Но сейчас, лежа в массажном кресле, никак не могла сосредоточиться.

Конечно, как говорил Ясуо, проценты будет на что потратить. Но пенсии на нормальную жизнь не хватало, и сейчас у нее на руках просто нет денег.

Она тяжело вздохнула. Вздох получился таким глубоким, что в голове промелькнуло: «Остается только вздыхать».

Что ж, в такой ситуации важно следить за расходами, все записывать, подумала Котоко и решительно встала с кресла.

Когда ее муж уволился из торговой компании, ему было за шестьдесят, потом он еще пять лет проработал в дочерней фирме.

Когда муж ушел на пенсию, им с Котоко, как супругам, раз в два месяца перечисляли чуть меньше двухсот шестидесяти тысяч.

Не бог весть какие деньги, конечно, но тогда у них еще были сбережения на почтовом счете. Они много путешествовали и не испытывали недостатка в деньгах.

Но вот Котоко осталась одна с пенсией около восьмидесяти тысяч в месяц.

Сначала она подумала: «На что мне деньги тратить? Роскошь мне не нужна, буду следить за домом, жить тихо».

Но все пошло не так, как предполагала Котоко.

Хотя она готовила только себе, денег на еду уходило почти столько же, сколько при муже. Зато теперь, когда Котоко осталась одна, подруги стали чаще, почти каждый месяц, приглашать ее куда-нибудь: то в Акабанэ открылся новый