Читать книгу - "О крови и проклятиях - Кортни Уимс"

как мы выбираемся из Запретного леса, зубчатые шпили и крыши Пайнпойнта уже вонзаются в пламенеющий закат. Другие наездники летят впереди нас; оглушительный рокот взмахов их крыльев становится первым звуком, пробивающимся сквозь глухоту, заложившую мне уши. Мелайна передаёт, что они свяжутся с городским советом, а затем сделают круг над Пайнпойнтом, чтобы убедиться, безопасно ли нам оставаться на ночлег. И подыскать достойное место для погребения Корвина.

Из предосторожности мы останавливаемся в паре миль от Пайнпойнта: мятеж против Сетана набирает силу, хотя точной численности никто не знает. Мы сидим на травянистых холмах и наблюдаем, как облака несутся по небу яркими сполохами розового и жёлтого. Я плюхаюсь на землю, и Дэйша опускается рядом, прижимаясь боком к моему бедру.

Ты не виновата, — шепчет она, переводя на меня взгляд.

Покачав головой, я обхватываю колени руками и смотрю на траву, колышущуюся на ветру:

— Я должна была спасти его. Единственное, что я о нём знала, — это его имя, и я всё равно должна была его спасти.

Арчи плюхается рядом со мной, обхватывает ноги руками и шепчет:

— Спасибо, что попыталась.

Я поворачиваюсь к нему и вижу, что его глаза блестят от слёз.

— Это должен был быть я. Это я сглупил, — хрипит он. — Боги, каким же идиотом я себя порой чувствую.

— Эй… — Я хватаю его за плечо и встряхиваю, когда он упрямо отводит глаза. — Эй, это была случайность. Ты не знал, что это драконьи яйца.

Он сбрасывает мою руку, его лицо мрачнеет:

— Какая разница. Сетан и без того меня ненавидит и считает, что я недостоин Мелайны. Вряд ли это добавит мне очков в его глазах. И, похоже, я начинаю с ним соглашаться.

— Сетан много кого считает недостойным. Порой даже меня.

Он моргает, затем косится на меня.

Я продолжаю:

— Ты самый завидный жених из всех, кого я знаю. Ты добрый, смелый, сильный — в тебе есть всё, о чём я и любая другая женщина могли бы только мечтать. И я бы сама встала первой в очередь за твоим сердцем, если бы не знала, что ты создан для Мелайны.

— Ну ты и скажешь. — Но тень улыбки всё же трогает уголки его губ.

— Скажу или нет, тебе должно быть плевать, что он о тебе думает.

— Но мне не плевать… — Голос его срывается. — Потому что я люблю её, Кэт.

Я прикусываю губу, сдерживая рвущуюся улыбку, и киваю:

— Тогда только это и важно. Не зацикливайся на его мнении. Ты ведь любишь не его… если только ты не влюблён в обоих сразу, а это сделало бы ситуацию совсем неловкой…

Он усмехается и толкает меня плечом. Достаточно ощутимо, чтобы я потеряла равновесие и завалилась на бок Дэйши, пока та мордой не водворяет меня на место. Тепло возвращается на его лицо, и это хоть немного отвлекает меня от давящего чувства вины в груди.

— Ты уже сказал ей? — шепчу я.

Он качает головой:

— Я всё никак не могу выбрать подходящий момент. И часть меня до смерти боится, что это невзаимно.

— Мы все этого боимся. Сказать это в первый раз всегда страшнее всего. Потом становится чуточку легче.

— Каким он был?

Я резко вскидываю на него голову:

— Что?

— И-или она? — тут же поправляется он.

— Нет… он, эм… — Я отвожу взгляд, пробираясь сквозь клубок чувств, в которых сама толком не могу разобраться. Дэйша мягко приваливается ко мне, безмолвно напоминая о своём присутствии.

Мой взгляд скользит к Коулу, говорящему с Мардж достаточно далеко, чтобы я не слышала их слов. Они стоят в лучах заката, и мягкое золотистое сияние очерчивает их силуэты. Коул отбрасывает со лба прядь каштаново-рыжих волос, глядя сверху вниз на Мардж. Когда он кивает и опускает руку вдоль тела, на его лице появляется тёплая улыбка. Та самая, похожая на дневной свет.

И это просто выворачивает моё сердце наизнанку.

— Он был всем, чего я хотела. Всем, о чём я мечтала. Он был словно дневной свет… — Горло перехватывает, и я сглатываю, прежде чем продолжить: — Как когда просыпаешься после долгой ночи. Сначала всё немного расплывается, и ты не можешь толком… понять, что вокруг тебя. Морргаешь, пока зрение не прояснится. И тогда кажется, будто ты видишь всё впервые. А со временем это становится единственным миром, который ты знаешь…

Коул посреди разговора с Мардж бросает взгляд в мою сторону. Меня захлёстывает сокрушительная волна тоски, и я чувствую, что он тонет в ней точно так же. Время растворяется. И я не понимаю, смотрим ли мы друг на друга считаные секунды или целые часы.

Мардж тычет его своим посохом в руку, и он стряхивает с себя оцепенение далёкой тоски. И наконец возвращает внимание к ней.

Я перевожу взгляд на Арчи. А он переводит глаза с меня на Коула и обратно — раз за разом.

— П-погоди. Погоди. Это же не… что я только что видел? Что это было? — Он нервно указывает пальцем то на меня, то на Коула.

— Коул мне не брат, Арч, — шепчу я.

У него отвисает челюсть, и он вскакивает на ноги. Я поднимаюсь следом и хватаю его за плечи, пока он запускает пальцы в свои песочно-русые волосы.

Я говорю вполголоса:

— Давай поговорим об этом. Подальше от остальных…

— Какого чёрта?.. — бормочет он.

— Арчи, пожалуйста. Никто больше не должен знать.

Его руки бессильно падают вдоль тела, волосы растрёпаны после того, как он запустил в них пальцы. Не дожидаясь разрешения, я хватаю его под локоть и тащу за собой — так далеко, чтобы наш разговор нельзя было услышать, даже если мы начнём кричать.

Дэйша неотступно следует за нами и встаёт живым щитом между нами и остальным отрядом. Она расправляет крылья и вытягивает их в стороны, закрывая нас от чужих глаз.

— Спасибо, — бросаю я благодарный взгляд на Дэйшу.

Она с кивком устраивается поудобнее. Вынужденные места в первом ряду на представление, которое вряд ли кого-то развлечёт.

Арчи выдёргивает руку из моей хватки:

— Да какого чёрта вообще происходит, Кэт?!

Слышать от него подобные грубые ругательства — всё равно что получить кинжалом под дых. И хоть мы отошли на приличное расстояние, я невольно перехожу на шёпот:

— Послушай…

— Нет, это ты послушай! Я был с тобой честен во всём. Я доверял тебе все свои тайны, даже когда признаваться было невыносимо тяжело. А когда узнал о… — он резко вскидывает руку в сторону Дэйши, — о ней, я хранил это в тайне ото всех! Даже когда