Читать книгу - "После моей смерти началась месть - Марина Исайр"

— Я подготовлю текст, — сразу ответил Грейвс.

Адриан посмотрел на него с искренним недоверием.

— Вы провели здесь столько времени, едва удержали короля на троне и всё ещё хотите писать?

— Именно поэтому текст должен готовить я. После сегодняшнего я не доверяю никому формулировку даже приглашения на завтрак.

— Тогда хотя бы сначала поешьте.

Грейвс замер, будто предложение застало его врасплох, после чего нахмурился.

— Это разумно.

— Запишите в протокол, — посоветовал Адриан. — Иначе завтра откажетесь.

Старший судья наконец ударил молотком. Звук прокатился по залу, но на этот раз я не вздрогнула. В первой жизни каждый удар колокола приближал палача, а голос судьи лишал меня имени, титула и права вернуться в родную землю. Теперь тот же зал официально признал меня хранительницей, вернул дому Вейров право свидетельствовать и подтвердил, что моя кровь не была доказательством преступления только потому, что враги сумели оставить на серебре белого ворона.

Люди начали расходиться медленно, всё ещё оглядываясь на договор и пустое место, где недавно сидела Исолда. Некоторые подходили к королю, другие спешили покинуть зал до того, как Грейвс вспомнит ещё один вопрос для протокола. Стража открыла главные двери, и внутрь ворвался холодный предрассветный воздух вместе с шумом площади. Толпа пока не знала решения, но скоро услышит его, и впервые правда должна была добраться до людей раньше новой лжи.

Каэль сделал шаг и слегка качнулся. Я успела взять его за здоровую руку прежде, чем он восстановил равновесие.

— Не говорите, что просто устали стоять, — предупредила я.

— Я собирался сказать, что пол неровный.

— В коронном суде?

— Особенно здесь. Закон вообще редко стоит на ровной поверхности.

— Каэль.

Он посмотрел на меня, и привычная насмешка в его глазах стала тише.

— Я в порядке.

— Нет, — ответила я, не отпуская его руки. — Но будете. На этот раз у нас есть время.

На несколько мгновений он замолчал. Возможно, тоже вспомнил площадь, к которой когда-то не успел, раны, настоящие письма и мою улыбку перед смертью. Затем Каэль осторожно сжал мои пальцы.

— Да, — произнёс он. — Теперь есть.

Мы направились к выходу вместе. Адриан шёл рядом и уже спорил с Мирой о том, кто из них проследит, чтобы Каэль действительно дошёл до лекаря, Грейвс собирал бумаги, Ренан отдавал первые распоряжения, а король Эдмар снова надел перстень с большой печатью. Маленький белый ворон сидел на моём запястье, серебряный терновник мягко светился под кожей, и ключ больше не казался тяжёлым, хотя теперь я понимала, какую ответственность держу в руке.

В прошлой жизни коронный суд закончился словами о том, что Элиана Вейр лишается имени, дома и права распоряжаться собственной судьбой. Сегодня я покидала тот же зал, сохранив всё, что у меня однажды отняли, и только теперь поняла: настоящая расплата заключалась не в том, что Исолду увели в цепях, лишили титула и заставили отвечать за совершённое. Она заключалась в том, что на этот раз меня не удалось стереть.

Эпилог. После восьмого удара

Каэль сделал мне предложение через две недели после коронного суда, когда я в очередной раз меняла повязку на его плече. Рана заживала плохо не из-за серебра, как утверждал он, а потому, что командующий теневой гвардией считал рекомендации лекарей приблизительными и уже трижды пытался вернуться к тренировкам.

— Сядьте ровнее и перестаньте напрягать руку, — потребовала я, осторожно снимая пропитавшийся кровью бинт. — Если рана снова откроется, лекарь запретит Вам даже смотреть в сторону меча.

— Вы не должны менять мне повязку, — неожиданно произнёс Каэль.

Я подняла на него глаза, не выпуская чистого бинта.

— Это ещё почему?

— Лекарь сказал, что подобные обязанности следует доверять жене или человеку, имеющему официальное право вмешиваться в лечение.

— У Вас нет жены, а право вмешиваться я получила в тот момент, когда Вы явились в суд с незажившей раной и попытались убедить всех, что прекрасно себя чувствуете.

— Первую проблему решить проще.

Каэль достал из кармана небольшое серебряное кольцо с белым вороном и положил его на стол между нами. Несколько мгновений я смотрела сначала на кольцо, затем на него, пытаясь понять, действительно ли командующий теневой гвардией решил сделать предложение, пока я держала возле его плеча окровавленную иглу.

— Вы пытаетесь вынудить меня согласиться с помощью перевязок? — спросила я, едва удерживая серьёзное выражение лица.

— Я оставляю Вам выбор: стать моей женой или больше не прикасаться к моим бинтам.

— Это не выбор, Каэль.

— Я командующий, а не поверенный. За безупречными формулировками следует обращаться к Грейвсу.

— И если я откажусь, Вы действительно станете перевязывать рану самостоятельно?

— Разумеется, — ответил он настолько спокойно, что я поняла: действительно станет и скорее позволит себе истечь кровью, чем нарушит собственное слово.

Я положила бинт на стол и взяла кольцо.

— Хорошо. Я согласна, хотя бы потому, что иначе Вы умрёте от упрямства раньше, чем заживёт плечо.

Каэль забрал кольцо из моих пальцев, надел его на мою руку и впервые за весь разговор улыбнулся.

— Тогда теперь ты имеешь официальное право распоряжаться моими повязками.

Я замерла, услышав непривычное, но удивительно правильное «ты».

— Только повязками?

Он не отпустил мою руку и осторожно притянул меня ближе.

— Начнём с них.

— В таком случае сиди спокойно, — ответила я, возвращаясь к ране. — Иначе до свадьбы ты