Читать книгу - "Вольный лекарь. Студент. Том 7 - Сергей Витальевич Карелин"

Не знаю сам ли Рачков был настолько хладнокровен и безжалостен, что шел на убийства, либо сущность так прочно засела в нем, что управляла его разумом и телом. Но как бы то ни было Рачков виноват в том, что происходило, ведь мог сопротивляться твари, а не поддаваться ее влиянию.

Уже в обед вся деревня гудела о том, что случилось, а смерть Рачкова объяснили сердечным приступом. Анатолий Ренатович полулежал в кресле в кабинете и принимал посетителей, которые нескончаемым потоком шли в дом. Первым приехал Яров, который был сильно перепуган и успокоился только тогда, когда увидел, что Анатолий Ренатович жив и даже весел.

Я не стал никому рассказывать о том, кто такой Рачков на самом деле, только назвал его фамилию, которую якобы он сам мне сказал, чтобы смогли его опознать. Брать показания приехали уже знакомые городовые и удивились моей способности оказываться в нужном месте в нужное время. Вера — святая простота, прибрала в дом, сложив в старый таз револьвер и пули, что после столкновения с магическим щитом лежали на полу, а также ту, что пролетев сквозь плечо лекаря, застряла в стене. Городовые, конечно, не были довольны таким положением дел, но особо возмущаться не стали, понимая, что женщина просто не знала, что место преступления трогать нельзя.

После того, как все улеглось, я попросил Сергея отвезти меня в Москву. Хотел проведать уборщика, а заодно написать телеграмму Илье, чтобы еще раз сходил к Базаровым. Меня беспокоило то, что так много времени прошло, а от них нет ни слуху ни духу. Куда все подевались?

Красное крыльцо дома, где жил Кирилл, было видно издалека. Когда карета остановилась, я попросил Сергея подождать и поднялся по скрипучим ступеням. На стук вышла сгорбленная старуха и, недоверчиво оглядев меня, сказала, что Кирилл дома, но гостей ему запрещено приводить, поэтому сам выйдет.

— Здравствуй, Степа, — ко мне вышел сонный Кирилл.

— Здорово! — я пожал ему руку. — Как самочувствие? Рана болит?

— Ноет, но терпимо, — отмахнулся он. — Я хотел поговорить с тобой. Может в трактир пойдем? — предложил Кирилл и как-то странно посмотрел на меня. То ли вина, то ли стыд. Но за что?

— Не могу. Извозчик ждет, — указал я на Сергея, который отгонял надоедливых мух от коней.

— Ну тогда здесь все скажу, — он опустил голову. — В общем, ты прости меня. Я про тебя плохое думал… и делал.

— Что делал? — напрягся я.

— Ты забыл меня, но мы уже встречались.

— Ничего я не забыл. Часто видел тебя в академии, — я не понимал, к чему он клонит.

— Мы виделись намного раньше. Еще в Красноярске. Я приходил у тебя интервью брать.

— А-а-а, точно! — воскликнул я. — А ведь мне твое лицо знакомым показалось, но я даже предположить не мог, что уборщик и корреспондент — одно и то же лицо.

— Да, это я, — смущенно улыбнулся Кирилл.

— Только я не совсем понимаю, как ты здесь оказался?

— Приехал следом за тобой. Редактор дал поручение писать о тебе все, что смогу выяснить. Только в дороге со мной всякое плохое случалось, поэтому тебя начал во всем винить, — он снова опустил голову. — Написал две не очень хорошие статьи, высмеял тебя. За это мне стыдно.

— То есть ты приехал вслед за мной в такую даль и нарочно устроился уборщиком, чтобы писать обо мне статьи? — я не мог поверить в услышанное.

— Да, так и есть. Редактор очень загорелся идеей писать о знахаре, обладающем магическими способностями.

— И что же ты успел выяснить обо мне и написать? — насторожился я.

— Ничего особенного, — пожал он плечами. — Ты прости меня. Я больше не буду о тебе плохого писать.

— Я бы попросил обо мне вообще не писать, — строго проговорил я. — Сам знаешь, как в империи относятся к магам.

— Но ведь у меня работа такая, — принялся оправдываться он. — Редактор не поймет, если я откажусь писать о тебе. Он много денег потратил на то, чтобы я добрался сюда.

— Хорошо. В таком случае я сам буду говорить тебе, о чем писать в статье. Договорились?

— О, это было бы превосходно! — оживился корреспондент. — Так даже лучше. Мне больше не придется следить за тобой и заниматься прочими неприятными делами.

— Погоди-ка, не ты ли поменял список, убрав мое имя? — нахмурил я брови.

— Я, — виновато выдохнул он. — Но обещаю, что больше с моей стороны не будет ни одной каверзы против тебя.

— Надеюсь, — сухо сказал я, спустился с крыльца и сел в карету.

Меня обуревали разные эмоции. Получается, что рядом со мной одновременно находились наемный убийца и соглядатай, а я этого даже не замечал. Хм, пора бы заняться собой всерьез и прокачать навыки, чтобы больше не допускать подобного.

Глава 24

После встречи с Кириллом я решил, что пришло время заняться собой. Во-первых, следует не только с помощью магии, но и упражнениями улучшить физические возможности тела. Во-вторых, позаботиться о безопасности. Как оказалось, даже в теле худощавого парнишки я привлекаю к себе разного рода недоброжелателей. В-третьих, необходимо разобраться с заказчиком, который подослал ко мне наемного убийцу.

Из газет и журналов, которые попадались мне на глаза, я знал, что архимонах Прокопий Рязанов является главой «Лика Истинного», а значит, в его руках не только власть, но и большие деньги. Вряд ли смерть Рачкова остановит его. Узнав о том, что наемник мертв, он наверняка найдет того, кто возьмется за заказ и попытается убить меня. Именно поэтому мне следует первому нанести удар. А может, заявиться прямо к этому Рязанову и выложить перед ним все карты, сказав, что Рачков во всем признался? Интересно, как отреагирует архимонах: позовет своих головорезов или попытается договориться? Над этим надо хорошенько подумать, чтобы не наделать ошибок. Одно дело — противостоять конкретному человеку, и совсем другое — выступить против целой секты.

Мне было ясно — даже если умрет архимонах Рязанов, на его место придет точно такой же ненавистник магов. Нужно менять всю систему и мировоззрение людей, и только после этого маги смогут выйти из подполья и открыто заявлять о себе, не боясь преследований.

Однако сейчас я еще очень слаб, чтобы менять такие глобальные вещи. В первую очередь нужно позаботиться о себе и быть очень внимательным к тому, что происходит вокруг. Больше я не допущу, чтобы рядом со мной были