Читать книгу - "Вольный лекарь. Студент. Том 7 - Сергей Витальевич Карелин"

успею и убийца прикончит эту замечательную пару, я себе этого никогда не прощу. Надо было не ждать утра, а найти способ забраться в дом Рачкова и схватить его еще вчера.

Когда впереди показались Выселки, тревожность только возросла, ведь яркая нить все вела меня вперед. Выехав на свою улицу, я увидел, что след сворачивает к калитке нашего дома. Убийца знает, где я живу, и пришел за мной. Калинины в это время наверняка дома, поэтому с ними могло случиться плохое. Остановив лошадей, я быстрыми движениями руки нарисовал в воздухе несколько рун и только после этого зашел во двор и поднялся на крыльцо. Сердце билось как бешеное, пульс стучал в висках, но руна «Гармонии» вмиг нормализовала мое состояние, после чего я взялся за ручку и резким движением открыл дверь.

— Я дома!

Глава 23

Я открыл дверь и сразу же увидел Калининых. Они сидели за столом, как будто ничего не случилось, но их лица говорили без слов — до смерти напуганы.

— Беги, Степа! Беги! — истошно закричала Вера.

Далее все происходило одновременно быстро и медленно. Я увидел, как на ноги вскочил Анатолий Ренатович и закрыл собой жену от того, кто находился слева в столовой. Прозвучал выстрел. Лекарь дернулся будто от удара. Послышались быстрые шаги, и в дверном проеме показался какой-то бородатый мужик. Я нисколько не удивился, ведь уже знал, что бандит с легкостью может поменять свою личину.

Сначала я увидел вспышку из дула револьвера, почти одновременно с этим прозвучал грохот выстрела, и в нескольких сантиметрах от моего лица застыла пуля. Хм, а бандит неплохо стреляет. Если бы не «Щит», я бы уже лежал с простреленной головой.

Все застыли. В глазах Калининых был ужас, а лицо незнакомца выражало крайнюю степень удивления. Ха, не так-то легко прикончить руномага!

— Ты просчитался, Рачков, — улыбнулся я и ринулся к нему навстречу.

Прозвучало еще два выстрела, но пули неизменно застревали в магическом коконе, который искрился вокруг меня. Одним ударом по запястью я выбил оружие из руки убийцы, второй рукой ударил снизу вверх по носу.

— А-А-А! — закричал от резкой боли Рачков и схватился за сломанный нос, из которого хлынула кровь.

Сделав подсечку, уронил его на пол и, резким движением распахнув ворот, нарисовал на шее мужчины руну «Паралича». Рачков застыл, вытаращив глаза.

Я поднял голову и посмотрел на Калининых. Анатолий Ренатович полулежал на кресле, куда его перетащила Вера. Он был бледен, часто дышал и прижимал руку к ране, из которой вытекала кровь, пропитывая домашний халат.

Вера куда-то поспешно убежала. Я оставил Рачкова лежать на полу, а сам ринулся к лекарю и принялся друг за другом рисовать руны. Я сразу увидел, что рана сквозная. Хорошо, что Веру не задело, а то пришлось бы двоих лечить.

— Прости, Степа, — слабым голосом сказал Анатолий Ренатович. — Не смог тебя предупредить.

— Вы ни в чем не виноваты. Не надо переживать и нервничать — берегите силы.

В это время в столовую забежала Вера с лекарским чемоданом в руках. Она грохнула чемодан на стол, раскрыла его и начала рыться в бутыльках.

— Подожди, родной. Я тебе сейчас помогу, — прерывисто проговорила она.

Женщину трясло, она всхлипывала, но продолжала что-то выискивать среди многочисленных бутыльков.

— Вот, нашла, — трясущимися руками она откупорила пробку, подошла к мужу и уже хотела полить рану травяной спиртовой настойкой, когда увидела, что та затянулась тонкой розовой кожей.

— Степа, — она перевела на меня изумленный взгляд.

— Да, это я. Все будет хорошо, — слабо улыбнулся я, чувствуя, что почти опустошил источник, который со вчерашнего дня еще не успел полностью наполниться энергией. — Помогите Анатолию Ренатовичу подняться в спальню, а я пока разберусь с бандитом.

Я обернулся на Рачкова, который не мог вдохнуть, а глаза налились кровью. Нет, сейчас ему нельзя умирать. У меня к нему есть несколько вопросов. Сняв с себя пояс, я связал бандиту руки и только после этого снял паралич.

Рачков жадно задышал, втягивая живительный воздух, и закашлялся. Пока он приходил в себя, я помог довести Анатолия Ренатовича до лестницы.

— Не надо мне помогать. Я сам справлюсь, — сказал лекарь, крепко схватившись за перила. — Верочка, беги за помощью. Иди к старосте.

— Я не хочу тебя оставлять, — женщина вытерла тыльной стороной ладони слезы.

— Со мной все будет хорошо. Степа меня спас, — лекарь с благодарностью посмотрел на меня.

— Ну ладно, послушаюсь тебя, — Вера вытерла окровавленные руки о передник, сняла его и, повесив на перила, поспешила к выходу.

Когда дверь за ней закрылась, мы с лекарем повернулись к Рачкову, который барахтался на полу, пытаясь освободиться от пут и подняться на ноги.

— Что будешь с ним делать? — понизив голос, спросил лекарь.

— Сначала поговорю. А потом решу, как быть дальше.

— Ты хочешь, чтобы я при этом присутствовал?

— Нет, идите наверх и ложитесь. Я снял боль и заживил рану, но вы слабы, ведь потеряли много крови.

— Ты прав. Ноги еле держат. Слабость такая, — он пошатнулся, но тут же схватился за перила.

— Идемте, — я взял его под руку и потянул наверх. — Не хватало еще, чтобы вы с лестницы свалились и шею сломали. Мертвых я оживлять не умею.

Лекарь улыбнулся мне и не стал сопротивляться. Я помог ему подняться по ступеням и довел до двери спальни. Затем забрал из своей комнаты магический камень и побежал обратно вниз, к Рачкову. Тот уже смог подняться на ноги и бежал к выходу с завязанными назад руками, когда я с силой толкнул его в спину. Бандит ударился головой о косяк и свалился на пол.

— Теперь ты мне все расскажешь, — проговорил я, прижав мужчину коленом к полу.

— Отпусти, сволочь, — выдавил Рачков. — Не я — так другой тебя прищучит. Тебе все равно не жить.

— Вот сейчас ты мне все подробно и объяснишь, — я нарисовал на камне руну «Переноса», чтобы наполниться его природной магической энергией.

— Ошибаешься, щенок. Ничего ты от меня не услышишь.

— Ты сам удивишься, когда начнешь говорить, — усмехнулся я и изобразил на его шее руну «Правды».

Когда руна активизировалась и пропала, я рывком поднял бандита на ноги и усадил на скамью у двери, подвинув пустые ведра для воды.

— Ну давай, рассказывай, кто ты такой? — я сложил руки на груди и смело посмотрел в его глаза.

Они показались мне очень знакомыми, будто я много раз их видел, но этого не могло быть.

— Хрен ты из меня что-то вытянешь, — оскалился он,