Читать книгу - "О крови и проклятиях - Кортни Уимс"

Один шест протягивают Сетану. Второй отдают Коулу; тот впивается холодным взглядом в лицо Сетана, прежде чем принять оружие. Оба выходят в импровизированный круг и сходятся в поединке. Кружат, делают выпады, бьют и парируют с яростью двух потревоженных гадюк. Каждое столкновение шестов отзывается сухим, тяжёлым треском. Буквально через минуту Коул резким движением выбивает шест из рук Сетана — деревяшка отлетает на несколько футов в сторону. Коул разжимает пальцы, роняя своё оружие, и, повернувшись к Сетану спиной, молча возвращается на своё прежнее место.

На его лице нет ни капли пота.

Дэриан усмехается из толпы, всё так же закованный в кандалы и зажатый между двумя солдатами.

Сетан обращает на него смертоносно-медленный, тяжёлый взгляд: — Тебе смешно?

Губы Дэриана кривятся в ядовитой усмешке: — Обхохочешься. Ни в жизнь бы не подумал, что ты входил в Ближний круг короля. Хотя ты, сдаётся мне, отродясь не умел поднимать оружие выше собственных коленей. Это многое объясняет — потому ты вечно и плёлся вторым после Джаррока.

Сетан опасно щурится: — Ты имеешь в виду своего отца? — Он пинком подкатывает брошенный Коулом деревянный шест к ногам пленника. — Сдаётся мне, спесь и упрямство из тебя так до конца и не выбили.

Дэриан склоняет голову набок, наблюдая, как деревяшка катится и глухо стукается о носок его сапога, а затем вскидывает недобрый взгляд на Сетана: — Это ты так напрашиваешься? Потому что уверяю тебя: если кому здесь и начистят задницу, так это тебе.

Сетан презрительно хмыкает: — С превеликим удовольствием наконец поставлю тебя на место, щенок.

Двое стражников по бокам от Дэриана отступают назад, поймав короткий кивок Сетана. Не сводя с него глаз, Дэриан подхватывает шест с земли. Поднимаясь, он с резким хрустом переламывает его о колено — треск разносится по всей поляне, оставляя в его руках две деревянные дубинки с зазубренными краями: — Посмотрим, двигаются ли твои ноги так же шустро, как твой поганый язык.

Пульс испуганно подскакивает к самому горлу, когда Дэриан выходит в центр круга, а остальные молча расступаются.

Арчи наблюдает за ними круглыми глазами: — Это… как-то не очень честно, нет? Дэриан ведь всё ещё в кандалах…

Мелайна удерживает его за руку, словно боясь, что он сам ринется в круг: — Не лезь. Ты можешь удивиться. Отец вряд ли захочет это признать, но возраст берёт своё — он стал медленнее. Так что бой честнее некуда. Пусть сами разберутся.

Но меня это всё равно не успокаивает. Да, скрепив пакт крови, Сетан поклялся не убивать его, но мы ни словом не оговорили, что он не может его искалечить. Впрочем, пока Дэриан приближается к Сетану — с ледяной уверенностью в каждом шаге, в каждом развороте плеч, — мои опасения начинают таять. Будь цепь между наручами всего в фут, а не в добрых два, подобной скованности хватило бы для лёгкого поражения. Но цепь длинная.

И это Дэриан.

Глядя на то, как он сверлит Сетана взглядом, я не нахожу ни единой гарантии, что он сам не попытается его прикончить. В памяти невольно всплывает свист хлыста, которым Корвин полосовал спину Дэриана той ночью в темнице. Тогда мне казалось, что Сетан просто отчаянно выбивал ответы. Возможно, так оно и было. Но здесь кроется нечто большее. Нечто, пропитавшееся застарелой горечью. Ненависть, с годами пустившая глубокие корни с обеих сторон. Теперь этого просто невозможно не заметить.

Дэриан бьёт первым, пусть даже цепь между запястьями и скрадывает размах. Невзирая на помеху, он двигается уверенно, грациозно и смертоносно. Сетан перехватывает его удар шестом, отводит в сторону и делает колющий выпад в грудь Дэриана. Тот блокирует атаку второй рукой и круговым взмахом всаживает обломок дерева Сетану прямо в висок.

Сетан закипает; отшатнувшись на пару шагов, он кривит губы в беззвучном зверином оскале. Воздух взрывается вихрем вращений и резких выпадов — удары сыплются один за другим. Дэриан ныряет под удары, уворачивается, пружинит на ногах, уходя от каждой атаки противника. Проходит пара мгновений, и тяжёлая одышка Сетана звучит едва ли не громче, чем глухой треск сталкивающегося дерева. Дэриан попросту выматывает его. Играет с ним, как кошка с мышью.

Наконец Дэриан одним сбивающим движением отводит шест Сетана от своей груди, разворачивается, переносит вес на опорную ногу и с размаху бьёт Сетана ногой прямо в грудь, отправляя того в полёт. Сетан с грохотом валится на спину и проезжает по земле пару дюймов. Дэриан небрежно швыряет обломки палок к его ногам. Грудь Сетана тяжело вздымается и опадает: он отчаянно пытается перевести сбитое дыхание.

— Скажи спасибо, что я не прикончил тебя на месте, — сплёвывает Дэриан на землю и размашистым шагом покидает круг.

ГЛАВА 25. УРОК СДЕЛОК

Позже тем же вечером, после того как мы вместе со всем городом отужинали в общей ратуше, нас отводят в наши покои. Комнаты, некогда предназначавшиеся в этом городе для Сайруса, ничем не отличаются от прежних: затейливая, искусная каменная кладка снаружи и роскошное убранство внутри. А на дальней стене красуются всё те же причудливые кандалы.

У него определённо были проблемы с самообладанием.

Солдаты Сетана заводят Дэриана в комнату и пристёгивают его наручи к кольцам в стене, после чего оставляют нас двоих наедине в звенящей, неловкой тишине. Я сглатываю всплывающее перед глазами воспоминание: закованный в цепи Дэриан сходится в бою с Сетаном — и побеждает.

— Что? — бурчит Дэриан, и его взгляд цепко прищуривается на мне.

Я откашливаюсь, опуская глаза в пол, и носком сапога легонько постукиваю по стойке кровати: — То, как ты дрался с Сетаном…

— Продолжай.

Я вздыхаю, поднимаю на него взгляд и складываю руки на груди. Я не могу признаться, что это произвело на меня впечатление или что от подобного представления у меня едва не разорвалось сердце. Пусть пакт крови и защищал его от смерти, Сетан ведь вполне мог покалечить его так, что тот до сих пор лежал бы без сознания. И что тогда?

Глаза Дэриана темнеют, а губы кривятся в самодовольной усмешке: — А-а, впечатлил, значит? Или испугалась за меня? Впрочем, тронут в любом случае. — Он сцепляет пальцы за головой и, привалившись спиной к стене, не отрывает от меня взгляда.

— Вовсе нет. Просто… — Я опускаю голову, с трудом выдавливая слова и уже жалея, что затеяла этот разговор. Стиснув зубы, делаю глубокий вдох и всё-таки выпаливаю: — Ты не мог бы меня потренировать?

Он презрительно хмыкает: —