Читать книгу - "Сделка - Лейла Фэй"

– Так чем метка Хорса отличалась от твоей? – спрашиваю я.

Висла сказала, что такую метку может снять только тот, кто ее поставил, так что интересно: та, которую дал мне Хорс, была такой же или другой?

Воланд фыркает, и его прикосновения становятся жестче. Я с восхищенным вздохом подаюсь к нему.

– Разница в том, что я могущественнее него и ты только моя, нравится тебе это или нет.

– Снова ты об этом, – выдыхаю я. Мой голос напряжен, когда я раздвигаю ноги шире, давая ему больше доступа. – Я твоя, но ты общий?

Воланд рычит, покусывая мое ухо, и входит внутрь меня пальцем.

– Чтоб тебя, какая ты узкая! И нет. Я тоже могу быть твоим, если хочешь. Только твоим.

– Погоди. Когти, – задыхаюсь я, очень хорошо понимая, что палец толкается слишком глубоко.

– Я никогда не причиню тебе боль так, чтобы тебе это не понравилось, – хрипло говорит Воланд, целуя мою щеку и висок. – Двигайся для меня. Покажи, что тебе нравится.

Я хочу поразмыслить над словами «так, чтобы тебе это не понравилось», но когда Воланд вводит палец глубже, прижимая ладонь к моему бугорку, я решаю отпустить это. Я двигаюсь – сначала неуверенно, потому что не совсем знаю, что́ мне нравится.

Но вскоре я нахожу ритм и трение, которые ощущаются действительно хорошо, и Воланд мычит, двигая рукой в такт моим бедрам. Он прижимает мою голову ближе своей к груди, не позволяя мне шевелиться, так что теперь могут двигаться только бедра. Его тени скользят по моей коже – успокаивают и соблазняют. Теперь Воланд двигается со мной, подстраиваясь под заданный мной ритм, его твердый член скользит по моим бедрам и ягодицам.

Я подаюсь к Воланду, прижимаясь как можно плотнее, и он издает низкий, прерывистый стон.

– Зачем тебе нужно заявлять на меня права? – выдыхаю я, не очень-то ожидая, что это сработает.

– Скажу, если позволишь мне трахнуть тебя в следующий раз, когда мы встретимся, – сразу отвечает он, его голос хриплый от удовольствия.

Воланд толкает палец глубже, его ладонь трется о мой бугорок. Я задыхаюсь, подаваясь бедрами, чтобы получить больше трения.

– Больше никаких сделок, – цежу я, находясь на грани оргазма. – Я не доверяю тебе после прошлого раза.

Он двигает бедрами с низким рыком.

– Вижу, ты учишься. Что, если я дам тебе залог?

– Например?

Но Воланд не отвечает. Его тени обвивают мое горло и заливаются в рот, перекрывая воздух, и он трахает меня пальцем, пока удушье не превращается в блаженство. Я разбиваюсь на куски – мое тело распадается точно так же, как когда Воланд возвращал меня к жизни. Только сейчас нет боли. Все – удовольствие.

Когда напряжение покидает конечности, тени расплетаются, и я снова могу дышать. Воланд убирает руку и подносит к лицу. Я поворачиваюсь как раз вовремя, чтобы увидеть, как он засовывает палец в рот.

Я пытаюсь возразить, но Воланд ухмыляется, высовывая язык, чтобы слизать последние следы алого.

– Кровь есть кровь, дорогая, а твоя – очень вкусная.

– Ты неисправим.

Он смеется и медленно взмахивает рукой. Что-то мерцает, и затем над раскрытой ладонью Воланда появляется крутящаяся красная форма. Мои глаза расширяются. Это тот самый хрустальный флакон, который он использовал, чтобы собрать свою кровь во время бдения у тела Яцека. Воланд выхватывает его из воздуха и протягивает мне.

– Твой залог.

Я не беру, просто смотрю. Флакон наполнен до краев алой жидкостью, к пробке прикреплена тонкая серебряная цепочка. Все, о чем я могу думать, – это то, о чем говорила мне Весна. Обладание чьей-то кровью дает возможность управлять ими.

– Зачем ты мне это даешь? – спрашиваю я, стараясь, чтобы голос не выдавал моего волнения.

Знает ли Воланд, что мне известно, насколько сильна и важна кровь? Я не понимаю его побуждений. Может, и вправду хочет, чтобы я доверяла ему достаточно, чтобы принять сделку. Или это очередной трюк.

– Это все равно твое, – говорит Воланд, пожимая плечами. – Ее пролила ты. Но я даю тебе флакон, чтобы ты была в безопасности. Я не смогу присматривать за тобой в ближайшие несколько дней. Этого должно быть достаточно, чтобы помочь продержаться. Если не хватит, позови меня по имени, и я пошлю кого-нибудь тебе на помощь.

Я облизываю губы, потому что сама мысль выпить кровь Воланда заставляет мое тело гудеть от жажды. Он усмехается, заметив это. Но когда я тянусь к хрустальному флакону, отдергивает его:

– Значит ли это, что ты согласна?

Я киваю. Конечно да. Это играет мне на руку.

– В следующий раз, когда мы встретимся, ты сможешь меня трахнуть, – говорю я, судорожно сглатывая. – И сразу после этого расскажешь, почему хочешь заявить на меня права.

Воланд мягко смеется.

– Так она учится. Очень хорошо, дорогая. Иди сюда.

Он закрепляет цепочку у меня на шее. Я сажусь, и хрустальный флакон опускается между моими грудями – тяжелый и холодный.

– Подожди. Сделай его менее заметным.

Воланд проводит рукой над флаконом, и тот уменьшается, становясь размером с подвеску. Я верчу его в пальцах, наблюдая, как свет играет на гладких гранях кристалла.

– Он красивый.

Воланд улыбается:

– Рад, что тебе нравится. Флакон откроется только для тебя. Станет своего обычного размера и снова уменьшится, когда ты вставишь пробку. Он заколдован исчезать, если его попытается взять кто-то другой.

Я медленно киваю, понимая почему. Кровь важна. Чего я не понимаю, так это почему Воланд доверяет мне флакон – если только он не сказал правду и это действительно просто способ обезопасить меня.

Но разве Воланд не думает, что я могу использовать ее против него? Я смотрю в его золотые глаза, пытаясь прочитать мысли, но вижу только нежность и что-то еще – ускользающее и тяжелое, в чем не могу разобраться.

Затем я вспоминаю, как он говорил, что моя магия слаба. Может, Воланд не верит, что у меня достаточно сил, чтобы использовать его кровь против него. И, по правде говоря, так и есть.

– Иди сюда.

Воланд откидывается на дерево, притягивая меня к себе на колени. Я прислоняюсь головой к его груди, слушая ровный стук сердца. Ритм напоминает мне о чем-то, и я пытаюсь разгадать, что это, пока Воланд перебирает пальцами мои волосы.

– Станешь ли ты моей, Яга? – мягко и легко спрашивает он, словно не требовал этого так много раз, словно я не говорила постоянно «нет».

– Нет, если это значит, что я должна подчиняться тебе во всем, – отвечаю я, вздыхая. – Но даже тогда… Нет. Не могу.

Воланд двигается, притягивая меня ближе, так что я оказываюсь сидящей на его возбуждении. Он покачивает меня на коленях, довольно мурлыча.

– Почему нет? Мы могли бы быть хорошей парой. Мы уже хорошая пара.

Я качаю головой, пытаясь распутать мысли и чувства – нить за кровавой нитью.

– Потому что я чувствую всех тех людей, которых ты убил, кого