Читать книгу - "Тени во времени - Джули МакЭлвен"

Берти, скажи ей, что нельзя надевать… надевать эти невыразимые предметы!

Кендра едва не покачала головой от досады. «Ничто не меняется». В каждую эпоху люди умудрялись на что-нибудь обидеться и вечно воевали со словами. Здесь дамам считалось неприличным произносить названия мужской одежды для нижней части тела — бриджи, брюки, панталоны, — поэтому придумали эвфемизм «невыразимые».

— Это довольно смелый выбор, дорогая, — мягко заметил герцог.

Пожалуй, он преуменьшал. Возмущение леди Этвуд было искренним. Пройдёт ещё тридцать пять лет, прежде чем первые защитницы прав женщин решатся оспорить запрет на брюки. И ещё много лет женщин будут высмеивать и арестовывать за дерзость носить штаны. Кендра понимала, что провоцирует окружающих, — Молли и миссис Браун предупреждали её, — но этот наряд был необходим для её плана.

И она не могла этого объяснить, не раскрывая самого плана, что вызвало бы новый шквал возражений.

Поэтому осталось лишь одно объяснение:

— Это же костюм!

— Мужской костюм, — отрезала леди Этвуд. Она слегка покачнулась, словно её вот-вот хватит дурнота. — На этот раз вы зашли слишком далеко, мисс Донован. Это переходит всякие границы.

Алек вынул пробку из графина и плеснул хереса в хрустальный бокал.

— Вы оригинал, дорогая, — сказал он с лёгкой улыбкой, подавая ей бокал.

— Это не оригинальность, Сатклифф, а несносное мальчишество, — отрезала тётка. — Сегодня в Воксхолле будет весь высший свет. Я не вынесу такого позора. Это возмутительно! И, Сатклифф, следите за нежностями. Репутация мисс Донован, скорее всего, будет сегодня разрушена её бесстыдным нарядом; не нужно ещё и вредить ей чрезмерной фамильярностью.

Алек коротко поклонился, и в зелёных глазах заплясали смешинки.

— Замечание принято, тётушка. Но подозреваю, что свет будет заинтригован необычным… э-э… выбором мисс Донован.

— Попомните мои слова, мы станем посмешищем, — предрекла графиня. — Ей ещё повезёт, если никто не оскорбит её демонстративным пренебрежением!

— Никто не посмеет, — сказал герцог; его аристократический выговор стал острым, словно коса. — Ты слишком много шума поднимаешь, Каро.

Она указала на него пальцем.

— А ты слишком мало. Придёт время, когда даже наша родословная не спасёт нас от её причуд. — Она бросила на Кендру уничтожающий взгляд. — Если бы вам было дорого доброе имя нашей семьи, вы немедленно переоделись бы.

Кендра почти пожалела, что не может так поступить. Она знала, что леди Этвуд не одобрит наряд, но не предполагала, насколько разозлится графиня. Карлотта тоже смотрела на Кендру с озадаченным выражением.

— Лорд и леди Блэкберн и леди Ребекка, — объявил Хардинг и отступил, пропуская Ребекку с родителями.

Лорд Блэкберн был одет примерно в том же стиле, что и герцог, а его жена изображала Елизавету Первую. Оба с удивлением и весельем рассматривали наряд Кендры.

— Теперь я понимаю, почему вы держали костюм в секрете, — сказала Ребекка, улыбаясь и немного отводя её в сторону. — Как отреагировала леди Этвуд? — шепнула она.

— А как вы думаете? — Алек приподнял бровь, подходя с напитком для неё.

— Я не знала, нужны мне нюхательные соли или щит, — сухо заметила Кендра. — Наверное, надо было дождаться вас. Мне бы пригодилась поддержка богини мудрости и войны. Вы, кстати, великолепно выглядите. — Она с восхищением посмотрела на воздушные, струящиеся золотые одежды Ребекки. Та оставила рыжеватые волосы распущенными, украсив их золотыми листьями.

Ребекка улыбнулась, отпивая херес.

— Спасибо. Признаюсь, обычно я не слишком люблю лондонские вечера, но этого жду с нетерпением. А вы, мисс Донован?

Взгляд Кендры переместился к группе у противоположной стены. Карлотта посмотрела в ответ, и их глаза встретились. Кендре показалось, что лицо другой женщины немного напряглось, хотя тёмные глаза остались непроницаемыми. Сердце Кендры забилось быстрее от предвкушения.

— О, я тоже с нетерпением жду сегодняшнего вечера. Думаю, будет очень интересно.

Алек чуть улыбнулся, поднял бокал и чокнулся с её бокалом.

— За интересный вечер.

Глава 38

Сады Воксхолла напомнили Кендре карнавал в Рио-де-Жанейро: толпы людей, почти цирковая атмосфера. Бал сэра Хоу проходил в одном из павильонов, но остальным развлечениям в садах могли предаваться и простые посетители — не самые бедные, которым вход был не по карману, но уж представители торгового сословия точно. В одной части садов музыкальная труппа выступала под оглушительные крики празднующих, расположившихся и на земле, и в открытых ложах для ужина. В другой Кендра с удивлением обнаружила сооружённый канат для акробатов: канатоходцы высоко над толпой приводили зрителей в восторг, а внизу жонглёры и шуты собирали аплодисменты. Главные аллеи освещали тысячи фонарей, подвешенных к деревьям, но в стороне вились неосвещённые дорожки — те самые укромные «тёмные аллеи», о которых говорила Ребекка. Они уходили в искусно устроенные дикие заросли, ещё мокрые после недавнего дождя.

Возможно, это был вовсе не карнавал. Возможно, Диснейленд.

К вечеру температура упала градусов на десять — ещё одно преимущество мужского сюртука, подумала Кендра. Но небо было ясным, кое-где сверкали острые, как алмазы, звёзды, а луна плыла в океане черноты. Воздух наполняли смех и разговоры; он пах дымом, зеленью, цветами, жареным мясом и солоноватой водой — последним запахом сады были обязаны Темзе, протекавшей у их границы.

Кендра сохраняла выражение рассеянного веселья, ничем не выдавая нервного возбуждения, бежавшего по венам, пока вместе со своими спутниками проходила ряд приветствий. Сэр Хоу, стареющий упитанный Робин Гуд, встречал гостей. Павильон ничем не отличался от обычного бального зала: оркестр играл у края танцпола, в отдельной комнате подавали угощения. Двери выходили на большую открытую площадку, уже переполненную людьми. Взгляд Кендры проскользнул дальше террасы — к тёмным аллеям, где влюблённым парочкам было удобно исчезать из виду.

«Прекрасно», — подумала Кендра.

Герцог повёл Карлотту танцевать, за ними последовали лорд и леди Блэкберн. Алек удивил тётушку, пригласив её на танец. Кендра взяла два бокала шампанского с подноса проходившего лакея, протянула один Ребекке, и они отправились прогуливаться. Она нарочно выбрала место ближе к двери. «Хочу, чтобы тебе было легко».

— Как вы думаете, мистер Малдун придёт? — неожиданно спросила Ребекка, пригубив шампанское и оглядывая толпу.

Гости нарядились римскими и греческими богами и богинями, цыганами, пастушками, трубочистами, молочницами, турками, индейцами, императрицами, персиянами; попадалась и парочка арлекинов.

Кендра взглянула на неё:

— А вы хотите, чтобы он пришёл?

Ребекка пожала плечами:

— Мне всё равно. Просто любопытно, хватит ли у него дерзости.

— Не думаю, что Малдуна сильно беспокоит, сочтут ли его дерзким. — Кендра внимательно присмотрелась к подруге. На Ребекке была золотая полумаска, но видно было, что щёки раскраснелись. — Он вам нравится, правда?

— Нравится? Я почти его не знаю.

— Влечение не всегда зависит от того, как долго знаком с человеком. Обычно