Читать книгу - "Идеальная дочь - Федерико Аксат"

только не в нем. Коллеги, начальники, весь мир – все сговорились против него. Моя мама. Я. Никто ему не ровня.

Когда я стал подростком, он начал видеть во мне более молодую версию самого себя, и это стало для меня чудовищной ношей. Наверное, таким образом он пытался компенсировать собственные неудачи, возложил на меня надежды, которых не оправдал сам, и не мог этого признать. Говорю же, странно устроен наш мозг.

В спорте я звезд с неба не хватал, но в баскетбол играл неплохо. Отец водил меня на тренировки, всегда оставался и всю игру давал мне указания, почти всегда противоположные тому, что говорил тренер. Просто кошмар. А по пути домой выговаривал мне за ошибки. Ни остальная команда, ни даже счет его не волновали – только моя игра, моя техника. Иногда, уже дома, он заставлял меня часами отрабатывать броски, которые я запорол на тренировке. Это, мол, для твоего же блага, настоящих высот достигают либо таланты, либо работяги. Я, разумеется, принадлежал ко вторым.

Майк взял со стола фотографию матери и взглянул на нее, словно прося разрешения продолжать.

– Хуже всего, что я верил, будто он прав и делает это для моего будущего. Он настолько ужасно с нами обращался, что такое поведение я воспринимал как участие. Не буду пока говорить, чем закончилась его навязчивая идея превратить меня во второго Ларри Бёрда, но, возможно, именно из-за этого мы с тобой сейчас тут сидим.

Я разочаровывался в отце постепенно. Годы мучений и ругани. Правда в том, что выдающегося таланта к баскетболу у меня не было, и сейчас я понимаю, что ничего плохого в этом нет. Но отец сдаваться не собирался. Тренировки становились все жестче, выговоры – все резче. Не знаю, как было бы без отца, потому что в глубине души мне нравилось играть, но напряжение от его присутствия убивало всякое удовольствие. И чем хуже шла его собственная жизнь, чем глубже он залезал в долги, тем больше сосредотачивался на мне. Я был его отдушиной.

– Его спасением, – тихо проговорила София.

– Возможно. Благодаря баскетболу я получил стипендию и стал играть за университетскую команду. Отец приходил на все матчи, так что мне не удалось полностью от него избавиться. Но, по крайней мере, не надо было мучиться каждый день. Теперь это полностью свалилось на маму. – Майк снова взял фотографию и прижал ее к груди. – Она говорила, что становится полегче. Всякий раз, когда я звонил или приезжал, она повторяла это снова и снова, как будто слова могли стать реальностью. Но я знал, что это неправда.

Однажды, уже на втором курсе, у нас был решающий матч. Отец пришел на игру, но мне не сказал. Он иногда так делал – прятался в толпе, чтобы не влиять на мою игру. Сначала это работало, но потом я стал невольно высматривать его среди болельщиков. Не помню ни одного матча, когда бы я не думал о нем каждую секунду.

– Как думаешь, если бы не он, ты мог бы стать профессиональным баскетболистом?

– А кто сказал, что я не стал? – Майк подмигнул. – Ладно, шучу. Нет, я бы никогда не достиг настоящих высот, будь то с отцом или без него. В университете я почти всегда сидел в запасных, а потом и вовсе бросил.

– А что случилось в тот день?

Майк печально опустил голову.

– Тот день я не забуду никогда. Ты еще очень молода, но в определенном возрасте можно оглянуться назад и увидеть как бы ключевые вехи своей жизни, поворотные моменты. Когда они происходят, ты этого не осознаёшь, но на расстоянии их видно лучше.

– Тот день, когда ты выстрелил в меня из тазера и притащил сюда, был поворотным моментом в моей жизни.

Майк уставился на нее.

– Прости. Иногда я забываю, какая ты умная.

– Так что же произошло в день решающего матча?

– Мы проиграли. Настроение у всех было хуже некуда. Это была последняя возможность выйти в финал. Но, если честно, я не слишком расстроился. К тому времени я уже потерял интерес к баскетболу и играл просто по инерции. Боялся даже подумать о том, чтобы признаться отцу, что хочу бросить. Я прекрасно знал все, что он скажет: сколько времени и сил он на меня потратил, и далее по списку.

Но была еще одна причина, почему я не хотел уходить из сборной. В тот день в раздевалке тренер напоследок сказал нам пару подбадривающих слов, все молча переоделись и быстро разошлись. Но я решил остаться. Я долго стоял под душем, пока раздевалка постепенно пустела. Наконец все стихло. Шум воды, падающей на кафель, успокаивал. Душевые закрывались стеклянными дверьми, которые сдерживали пар. Догадываешься, что произошло потом?

– Зашел твой отец.

Майк помотал головой и слегка улыбнулся.

– По другую сторону двери появилась фигура, но это был не отец. Я сразу узнал Дастина, звезду нашей команды. Он был полностью голый, и я подумал, что у него закончился шампунь или что-то такое.

София улыбнулась.

– И тут да, – добавил Майк, – зашел мой отец.

Улыбка на лице Софии сменилась ужасом.

– О нет.

– О да. С тех пор прошло много лет, но мне до сих пор трудно об этом говорить.

Я не знаю, видел ли отец, как Дастин заходит в душевую, или он просто меня искал. Так или иначе, он открыл дверь и увидел нас. Я стоял спиной и не сразу заметил. Когда я наконец обернулся и увидел его лицо, мир остановился. Я никогда не видел такой гремучей смеси шока и гнева. Ни у отца, ни у кого-либо другого. Будь у него тогда пистолет, он бы им воспользовался, я не сомневаюсь. Он ворвался в кабинку, как разъяренный зверь, и ударил меня с такой силой, что я разбил голову о кафель и потерял сознание.

– Боже мой!

– Дастин потом рассказал мне, что отец развернулся и вышел, вне себя от ярости.