Читать книгу - "Тени во времени - Джули МакЭлвен"

приехал на бой. Громко, напоказ сделал ставку. По словам Дэвиса, это его привычка, хотя наличных у него почти никогда не бывает. Обычно пишет расписки — обязуюсь уплатить, — пояснил Сэм специально для Кендры. — Дэвис сказал, что Мерсер проиграл. Потом долго его не видел. Даже подумал, что тот сбежал. Но около десяти вечера Мерсер подошёл к нему и выплатил долг наличными.

Кендра нахмурилась.

— Мерсер говорил, что приехал заранее, около двух. Бои начались в четыре. Сколько они длились?

— Кулачный бой редко продолжается больше часа. В тот день их было два. Значит, закончили примерно к шести, самое позднее — к семи.

— А Мерсеру понадобилось ещё почти три часа, чтобы найти Дэвиса и расплатиться.

— Мне тоже показалось странным. Дэвис решил, что тот ходил куда-то за деньгами.

— Значит, он нарушил обычную привычку рассчитываться расписками. — Кендра покачала головой. — Что-то не сходится. Дэвис видел его всё время?

— Под присягой бы не подтвердил. И никто из работников тоже. Они ведь не следили за каждым его шагом.

В двадцать первом веке можно было отследить сотовый телефон или навигацию автомобиля и узнать, куда ездил Мерсер.

— Иными словами, он мог уйти и вернуться, — сказала Кендра, взглянув на конюха, расчесывавшего лошадь у стойла, затем на герцогскую карету. — Как Мерсер туда приехал? Вы спрашивали у конюхов, не отлучался ли он и не возвращался ли позднее?

Сэм ухмыльнулся.

— Знаешь, кое-кому из моих парней на Боу-стрит и в голову не пришло бы спросить такое.

— Но вам пришло, — констатировала она.

— Ага. Я говорил с конюхами «Тип-энд-Шип». Мерсер приехал верхом. Беда в том, что ребята в конюшне любят кулачные бои не меньше остальных. Они не смогли сказать, когда Мерсер уехал, но оба боя уже закончились, когда он вернулся.

— Он случайно не объяснил, куда отлучался?

— Нет. Да и не станут они расспрашивать господина, что он делал.

— Похоже, жену можно вычеркнуть из списка подозреваемых, а мужа пока нет.

— Ты подтвердила, что миссис Мерсер ходила по магазинам?

— Да. И узнала кое-что ещё. Мне нужно поговорить с миссис Гейвенстон. — Она замялась. — Наедине.

Молли восприняла это спокойно и поспешила обратно в карету, а Сэм приподнял брови, ожидая объяснений.

Кендра вздохнула.

— Возможно, я что-то обнаружила… Но пока это только догадка. Нужно обсудить с миссис Гейвенстон. Дело деликатное. Больше ничего сказать не могу. Подождёте меня здесь?

— Конечно, девочка.

Она чувствовала на себе любопытный взгляд сыщика, пока пересекала двор.

В помещении она застала клерка пивоварни, мистера Уэста, за письменным столом. Он выглядел куда лучше, чем в прошлый раз, и, когда Кендра ему об этом сказала, смутился, но обрадовался.

— Мне нужно увидеть миссис Гейвенстон. Она здесь?

— Одну минуту. — Он поднялся и исчез в коридоре. Не прошло и минуты, как вернулся. — Миссис Гейвенстон вас примет. Прошу за мной.

Клерк проводил её до кабинета, деловито постучал и открыл дверь. Отступил, пропуская Кендру, затем вышел и тихо прикрыл дверь.

Миссис Гейвенстон стояла за столом, настороженно глядя на гостью. Сегодня она не улыбнулась. Кендра могла представить, как изменится отношение этой женщины к ней после разговора. На миг ей стало жаль. Как и Ребекка, она восхищалась Гейвенстон. Но позволить этому влиять на расследование было нельзя. В деле об убийстве важна только правда.

— Добрый день, мисс Донован, — произнесла миссис Гейвенстон. — Чем помочь? Вы что-то выяснили?

— Да. Думаю, выяснила, — медленно сказала Кендра. — И вы поможете, если будете совершенно откровенны.

Миссис Гейвенстон выпрямилась.

— Вы хотите сказать, что я говорила вам неправду?

— Почти уверена, вы многое скрыли. — Кендра не отводила взгляда. — Вы не сказали правду о ссоре с мистером Паско в субботу. Дело не в новом оборудовании. Думаю, вы спорили о чём-то куда более личном.

— Не понимаю, что вы…

— У Паско недавно был день рождения, — перебила Кендра. — Возможно, это и стало причиной. Вы сказали ему, что двадцать девять лет назад отдали его чужим людям?

Миссис Гейвенстон раскрыла рот и побледнела. Она смотрела на Кендру в полном потрясении. В наступившей тишине оглушительно громкими показались тиканье часов на полке и потрескивание угля в камине.

— Не понимаю, о чём вы говорите, мисс Донован, — наконец произнесла миссис Гейвенстон низким, хриплым голосом. — Вы, должно быть, сошли с ума. Иначе я не могу объяснить такие клеветнические обвинения. Я требую, чтобы вы ушли. И больше не возвращались. Боже мой, зачем я только попросила вас помочь! — Последние слова она прокричала. — Вон!

— Простите, — сказала Кендра, искренне сожалея. — Я не хотела вас расстраивать…

Миссис Гейвенстон презрительно фыркнула.

— Нам больше не о чем говорить, мисс Донован.

— Не совсем. — Кендра приблизилась и без приглашения села в кресло для посетителей. Хозяйка пивоварни возмущённо ахнула. — Так это не работает. Паско убили, и я намерена узнать, кто. Для этого мне нужна правда. Вся правда, миссис Гейвенстон. — Она дала женщине мгновение осмыслить слова. — Разве вам не хочется знать, что случилось с вашим… с Джереми?

Миссис Гейвенстон сглотнула.

— Я хочу, чтобы вы ушли.

Но она опустилась в своё кресло и не сводила с Кендры глаз.

— Давайте иначе. Расскажу вам историю. Очень старую историю. Девочка и мальчик встретились… а может, знали друг друга с детства. Но однажды стали смотреть друг на друга по-новому. Так бывает. Возможно, дело было весной. — Кендра слегка улыбнулась, украшая рассказ. — Они начали проводить больше времени вместе. Полюбили друг друга. И любовь была настоящей. Они собирались пожениться. Не сразу, конечно, были ещё совсем молоды. Но когда-нибудь.

Она подождала. Миссис Гейвенстон молчала, глядя в камин с непроницаемым лицом.

— Мальчик хотел стать достойным девушки, прежде чем просить её руки, — мягко продолжила Кендра. — Поэтому отправился в Лондон учиться серебряному ремеслу. К сожалению, там тяжело заболел и умер. Девушка, разумеется, была убита горем. Оплакивала потерянного возлюбленного. А потом поняла ещё кое-что: она ждала от него ребёнка.

Губы миссис Гейвенстон задрожали, и она крепко сжала их.

— Какое ужасное время для такой юной девушки. Сколько ей было? Пятнадцать? Шестнадцать? — Она остановилась, но ответа не последовало. — Когда мать узнала тайну, придумала выход: объявила, что отправляет дочь в пансион для благородных девиц. Разумеется, от ребёнка пришлось отказаться.

«Посмотрим, будет ли ей весело, когда её доброе имя втопчут в грязь», — говорил Альбион Миллер. В эту эпоху известие о добрачной связи могло навсегда погубить репутацию незамужней девушки.

— Для неё это было мучительно, — сказала Кендра. — Сначала она потеряла любимого, затем её