Читать книгу - "Тени во времени - Джули МакЭлвен"

одного человека в Испанию с запиской о проверке театров.

— Хорошо. Возможно, ничего не выйдет… — Она чуть не употребила сленговое выражение, которое появится лишь во времена американской золотой лихорадки. — Не знаю, пригодится ли эта зацепка, но проверить надо.

— И ещё хотел сказать: сегодня утром один из моих людей вернулся из замка Элридж и деревни.

Эта новость взбодрила Кендру сильнее кофе.

— Что выяснил?

— Никто не помнит незнакомцев, которые приезжали и расспрашивали о семье герцога.

— Это может означать только то, что никто не хочет признавать, будто сплетничал о герцоге и его родных.

— Кто сплетничал о моей семье?

Кендра посмотрела на герцога, входившего в комнату. Неловкость прошлого вечера отчасти вернулась. Она быстро переглянулась с Сэмом.

— Мой человек вернулся из деревни Элридж, — объяснил сыщик. — Говорит, никто не ходил и не расспрашивал жителей о вашей дочери или семье.

— Никто не признался, что сплетничал о вашей семье, — подчеркнула Кендра. — Они могут скрывать это.

— Верно. Однако рассказать, что в деревне появлялся посторонний и задавал вопросы, можно и не признаваясь в любви к сплетням, — возразил герцог.

— Да, но людям свойственно лгать, — сказала Кендра.

Герцог внимательно посмотрел на неё.

— Ты очень мрачно смотришь на человечество, дорогая.

Она не поняла, было это наблюдение или упрёк.

— Меня редко разочаровывают.

— Напомню, что никто из жителей деревни не знал о привычке моей дочери стучать три раза.

— Насколько вам известно.

— Насколько мне известно, — согласился он.

Дверь открылась, и две горничные внесли подносы с множеством серебряных крышек, чайниками и кофейниками, а также кувшином эля. Все замолчали, пока служанки расставляли блюда, приседали в реверансе и уходили.

— Правда, кто-то из домочадцев мог поделиться сведениями, — тихо продолжил герцог, подходя к буфету и приподнимая крышку над яичницей-болтуньей. — Многие слуги замка родом из деревни. Возможно, тогда они рассказывали семьям. Няня Мактавиш беспокоилась из-за ночных кошмаров. Может, кому-то доверилась.

— Где сейчас няня? — спросила Кендра.

— Это была хорошая женщина, совершенно преданная Шарлотте, — ответил герцог. Он положил себе на тарелку яйца, печёную фасоль, тушёные помидоры и толстые сосиски. — Когда девочка погибла в море, няня была так же убита горем, как и я. Я дал ей рекомендацию и достаточно денег, чтобы вернуться в родную Шотландию. Кажется, она была из деревни Шандвик в Хайленде.

По его лицу скользнула и исчезла улыбка.

— Но ей нравился более тёплый южный климат. Она устроилась в Суссексе, няней троих детей лорда и леди Торп. — Герцог строго посмотрел на Кендру и Сэма. — Уверяю вас, няня Мактавиш была не из тех женщин, что распускают слухи, особенно о странностях ребёнка, которого когда-то обожали. В этом я уверен.

Он сел, взял нож и вилку и заключил:

— Няня Мактавиш давно умерла. Не меньше пятнадцати лет назад. Кажется, от чахотки. Леди Торп сказала мне об этом на балу несколько лет назад.

Кендра нахмурилась, подливая себе кофе.

— Ты гоняешься за тенями прошлого, дорогая, — заметил герцог, разрезая сосиску. — Зачем теперь кому-то в деревне сплетничать о Шарлотте?

— Они бы и не стали. Если бы их не расспрашивали.

— Ага, но постороннего, который приехал вынюхивать о ребёнке, погибшем в море двадцать лет назад, заметили бы, — сказал Сэм, накладывая себе еду.

Он был прав, решила Кендра. В такой маленькой деревне, как Элридж, трудно что-либо скрыть. Люди дружелюбны, но чужаки всегда на виду. Даже без телефонов и интернета к вечеру все уже знали бы о странном посетителе.

— Карлотта могла получить сведения лишь четырьмя способами, — сказал герцог. — Во-первых, от моих слуг. Во-вторых, от жителей деревни. Мистер Келли только что исключил оба варианта. Затем — родственники. Каро заверила меня, что никому ничего не рассказывала — ни тогда, ни сейчас. Я написал двум другим сёстрам, но ответа ещё не получил.

Он замолчал и сделал большой глоток чая.

Сэм нахмурился.

— А четвёртый вариант?

Кендра и без того знала, что скрывается за четвёртой дверью, но позволила герцогу произнести это вслух.

— Карлотта действительно Шарлотта, — тихо ответил он.

Кендра по-прежнему считала, что несколько умелых расспросов — столь осторожных, что человек даже не понял бы, что его выведывают, — могли дать всю нужную информацию. Например, имя куклы Шарлотты. Достаточно вопроса или удачной догадки. Это была кукла королевы Анны, чёрт побери! Не надо быть ракетным инженером, чтобы предположить, что девочка могла назвать её Энни. И запах духов Арабеллы тоже несложно выяснить или угадать. Лаванда — популярный аромат. Если бы Карлотта ошиблась, она могла сослаться на то, что была тогда маленькой: воспоминания смутные, ненадёжные.

Но что до детского ритуала троекратного постукивания… Кендра понимала, что сведения могли как-то попасть к посторонним, но кто бы вспоминал об этом сейчас? Как Карлотта узнала?

Она заметила, что герцог смотрит на неё, ожидая ответа. Очнувшись от мыслей, пробормотала:

— Возможно, существует ещё один способ, до которого мы пока не додумались.

Герцог вопросительно приподнял брови.

— Какой же?

— Когда пойму, скажу.

К тому времени, как вошли раскрасневшиеся от холода и смеющиеся Ребекка с Малдуном, герцог уже закончил завтрак и ушёл. Кендру несколько удивило, с какой неприязнью Сэм смотрел на репортёра.

— Я сама пригласила мистера Малдуна, — напомнила она.

Сэм хмыкнул и продолжил хмуро смотреть на молодого человека.

— Лишь бы не забывал своего места.

Малдун услышал. Челюсти его напряглись, глаза вспыхнули гневом.

— Ничего я не забываю.

Кендра решила не обращать внимания на враждебность. Конфликты между полицией и четвёртой властью были знакомы ей и раньше. Она дождалась, пока все наполнят тарелки и рассядутся, прежде чем рассказать о вчерашней стрельбе.

— Боже милостивый! — выдохнула Ребекка, широко раскрыв глаза. — Ты не пострадала?

— Всё хорошо. Стрелявший не хотел меня убивать. Это предупреждение.

— Откуда такая уверенность?

— Вот и я хотел бы знать, — протянул Алек с порога. Очевидно, он только что вернулся с верховой прогулки. Поверх тёмно-коричневого жилета на нём был тёмно-зелёный редингот, штаны из оленьей кожи заправлены в блестящие чёрные гессенские сапоги. Входя, он стянул перчатки, не отрывая взгляда от Кендры.

— Траектория пули была слишком высока, — пояснила она. — Либо стрелявший совершенно слеп, либо нарочно промахнулся.

— Миссис Гарсия Десото смогла описать стрелка? — спросил Малдун.

— Говорит, ничего не разглядела. Было слишком темно. Увидела только движение, когда он поднял ружьё, и толкнула герцога на пол.

— Хвала небесам за её быструю реакцию, — сказала Ребекка. — Но какое ужасное происшествие!

Малдун задумчиво пережёвывал еду.

— Вы не исключаете женщину из подозреваемых в убийстве Паско, но мне трудно вообразить, чтобы представительница прекрасного пола сделала такое. Не потому, что