Читать книгу - "Подделки на аукционах. Дело Руффини. Самое громкое преступление в искусстве - Винсент Носе"

Корреджо». Это заявление было встречено «ледяным молчанием», рассказывает один из участников, Флавио Гирланда, по мнению которого «угрюмое лицо Христа в терновом венце хорошо отображало атмосферу, царившую на том коллоквиуме».

Тем не менее Марио ди Джанпаоло составил комментарий к этой картине для ретроспективы, где восхищался лицом, «проникнутым глубоким страданием», и по большему формату, равно как по «технической виртуозности», делал вывод, что это первая версия, выполненная художником. Владелец картины, галерея Уайтфилд, включила этот комментарий в свой каталог на двадцати страницах, также написанный Джанпаоло, который всегда любил подобную работу. Он находил лицо Христа «более одухотворенным, чем на картине в Гетти» – то казалось ему «более статичным и холодным». Зритель – конечно же, менее сведущий – увидел бы в нем, скорее, недовольство ребенка, которому не дали сладкого, а не страдания того, кому предстоит распятие на кресте.

В 2014 году Кловис Уайтфилд снова экспонировал картину на выставке в Монте-Карло, по приглашению галереиLa Maison d’Art. В лучших традициях почтенной профессии арт-дилера, он снабдил каталог восторженными комментариями. Среди библиографических ссылок Кловис Уайтфилд указал публикацию в The Burlington Magazine за апрель 2009 года. Читатель, казалось бы, должен сделать из этого вывод, что престижное издание подтвердило атрибуцию Корреджо. На самом деле, упомянутый материал являлся рецензией на выставку 2008 года, подписанной Ахимом Нанном. И если взять на себя труд почитать сноску мелким шрифтом внизу страницы, то утверждал этот автор как раз обратное: «Из-за отсутствия пространства и атмосферы, а также банального выражения бесплотного лица, эта картина не может, на мой взгляд, принадлежать кисти Корреджо». Понятно, почему галерея не стала цитировать публикацию! Однако в этом каталоге впервые появилась ссылка на провенанс, подытоживающая путаный текст ясным заключением: «Андре Бори, Франция, скончалась в 1973 году. По наследству. Продано Christie’s, Женева. Приобретено в ходе частной сделки нынешним владельцем».

В действительности отыскать эту сделку в реестре женевского отделенияChristie’s будет сложно, ведь аукционный дом утверждает, что никогда такой картины не продавал. Она действительно была доставлена в начале 2006 года в швейцарское бюро, но потом переправлена в Лондон и вернулась владельцу как отвергнутая экспертами. На выставке в Парме шесть лет спустя картина была представлена как – сюрприз! – экспонат из «швейцарской коллекции». Далее она находилась во Франции. Таким образом, этот Христос являлся частью «списка Бори, дочери и отца», который, как мы теперь знаем, указывает на Джулиано Руффини.

Галерея Уайтфилд уточняла, что картину изучил британский эксперт Николас Тернер. 2 февраля 2006 года он подтвердил: «На мой взгляд, это действительно работа Корреджо», – и добавил, что не понимает «настороженности одного-двух других экспертов относительно этой атрибуции». Николас Тернер поведал мне, что очень сожалеет о своем невольном «пособничестве» в этой операции, поскольку теперь ни в коем случае не верит в подлинность картины. Тем не менее его письмо хотя бы подтверждало провенанс произведения, ведь его отправили по адресу виа ди Сант’Элиджо в Риме, близ площади Фарнезе, 2 февраля 2006 года кому?.. Джулиано Руффини, который двумя неделями ранее пригласил Тернера посмотреть его картину в офисеChristie’s в Лондоне.

Руффини не только охотно подтвердил этот факт, но еще и добавил, что был «первооткрывателем» другой версии, приобретенной Фондом Корреджо. Он уточнил, что «купил ее за 70 000 евро, как произведение «школы Карраччи», на аукционе у мсье Франсиса Бриеста в Париже». Эксперт, присутствовавший при торгах в тот день, даже вспомнил, что видел «как Руффини увез картину кHôtel Drouotна улицу Монтеня». «Вместе с сыном Матье, – рассказывает он, – они постоянно торчали на аукционах, рассчитывая на ценные находки. Знаете ли, у Руффини острый взгляд, и он большой хитрец».

Далее Джулиано предложил свою картину с Христом Эрику Турквину – но безрезультатно. «Мы с ним не сошлись, потому что не могли договориться о стоимости. Вроде, он ее хотел, а потом вдруг заявлял, что не верит в атрибуцию. Вообще, так часто поступают, чтобы сбить цену», – возмущался Руффини, называвший «чудовищной» такую игру, когда «ты и эксперт, и арт-дилер одновременно». Хотя, добавлял он, существуют еще эксперты, которым «можно доверять, тот же Рене Милле или Жан-Мари Ле Фелл». Рене Милле подтверждает, что продал для Руффини около полудюжины картин, которые тот находил на небольших аукционах. Что касается Жана-Мари Ле Фелла, сегодня он говорит, что был «в ужасе от баталий между экспертами и всей путаницы, что окружала эти произведения».

В конце концов, теперь уже как работа Корреджо, этот страдающий Христос был перепродан, по утверждению Руффини, за 350 000 000 лир – 180 000 евро на нынешние деньги – Фонду художника. Президент Фонда, Нерео Шутто, тогда еще не занимавший эту должность, уточняет: Руффини хотел вдвое дороже, но цену удалось «сбить наполовину по причине неудовлетворительного состояния работы, поврежденной в ходе плохой реставрации». Фонд Корреджо сильно сожалеет о том, что по вине прессы оказался втянут в эту неприятную ситуацию, и считает себя жертвой печального недоразумения, а именно путаницы между двумя версиями картины с головой Христа. Президент Фонда подчеркивает: «Профессор Сгарби никогда не ставил под вопрос наше произведение. Наоборот, он подтвердил ее подлинность, и, хотя картина была сильно повреждена, он разделял наше мнение, что это работа Корреджо. И совсем по-другому он высказался насчет версии, которая выставлялась в Парме, категорически отвергнув ее атрибуцию этому художнику».

Случай с двумя картинами так и остался загадкой. Сложно поверить, что удачливому коллекционеру повезло открыть сразу два варианта одной и той же композиции, приписываемой великому мастеру Ренессанса, в двух разных форматах. Шанс крайне призрачен – тем более что и та, и другая версия так долго пребывали в безвестности.

Часть VI

Круг сжимается

Глава 26

«Величайший из ныне живущих старых мастеров»

Витторио Згарби не пожелал обнародовать имя своего «фальсификатора», но местные СМИ с легкостью отыскали среди его знакомых художника по имени Лино Фронджа, прославившегося своим талантом копииста.

Лино Фронджа родился в 1958 году в Монтеккьо, в Эмилии, где живет по сей день. Застенчивый с виду, он еще со времен учебы в Академии Болоньи увлекался старинной живописью. Фронджа безгранично восхищается Тицианом, Рубенсом и ван Дейком, спонтанность которых, между прочим, резко контрастирует с его собственным прикладным стилем. Он пишет достаточно простые композиции в стиле «магического реализма», вдохновленного де Кирико[42]. На его картинах в металлическом свете персонажи-фантомы, более или менее обнаженные, бродят по таким же голым пейзажам. Он обожает работать в своей мастерской, включив на полную громкость