Читать книгу - "Тихий дом в Кедровом тупике - Анна-Лу Уэзерли"

– Пообещай мне, – крикнула она ему. – Пообещай, что приедешь за мной.

– Что, ради всего святого, тут происходит? – спрашивает девушка позади него и подходит к окну. – Проблемы с кем-то из прислуги?

– Ничего, – отвечает он, игриво толкая ее обратно в кровать. – Моей мамы некоторое время не будет дома, – говорит он, многозначительно изгибая бровь; в ответ она многозначительно кивает. – Она везет мою сестру в новую школу… так что вся вторая половина дня в нашем распоряжении.

– Гм, и чем же мы займемся? – кокетливо спрашивает собеседница. Родители ждут ее дома только через несколько часов. Она сказала им, что идет с подружками на пляж. У них случился бы припадок, если бы они узнали, что она здесь наедине с парнем.

Он хмыкает.

– Уверен, мы что-нибудь придумаем.

– Кажется, она ужасно расстроена, твоя сестра…

Он улыбается.

– Не переживай за нее…

Кики опять зовет его, выкрикивая имя, а мать тем временем запихивает ее в машину.

– Прошу тебя, Берти! Пожалуйста!

Он выглядывает в окно, наблюдает за тем, как Кики скручивают и заталкивают в машину, как она сопротивляется, будто тигрица. Девочка, Джастин, тоже смотрит в окно, ей интересно.

– Нельзя, чтобы тебя увидели! – шипит он, и она отскакивает.

– Ладно тебе, не дергайся!

Он смотрит на Кики из окна, посылает ей воздушный поцелуй и одними губами произносит:

– Кики, я люблю тебя.

– Я тоже тебя люблю, – тоже безмолвно говорит она, и машина уносится прочь.

Глава 33

Я влетаю в «Белого оленя» примерно так же, как Клинт Иствуд в каком-нибудь вестерне, – толкая дверь так, что она с грохотом бьется о стену, – и, оглядываясь вокруг, ищу Фиону. Уже без четверти два. Я облегченно вздыхаю, когда вижу ее в дальней части зала. Она стоит, собирая свои вещи, и складывает их в сумку, собираясь уходить.

– Фи! – кричу я, устремляясь к ней. На моем лице мольба о прощении. – Фи, прости меня. – Я качаю головой. – Вудс перехватил меня, когда я уже уходил.

Она хочет казаться сердитой, но у нее это плохо получается.

– Прости меня, пожалуйста! Позволь мне угостить тебя чем-нибудь. Бокалом красного, а? Мерло.

Она молча стоит несколько секунд, которые я ощущаю вечностью, потом снимает с плеча ремешок сумки.

– Эх, давай, – соглашается она. – Только теперь у меня мало времени.

Я заказываю в баре два больших бокала красного и приношу их на стол. Снова вблизи глядя на Фи, я гадаю, о чем я только думал. Надо бы проверить свою голову. Фи выглядит очаровательно. Вероятно, она что-то сделала со своими волосами, только я не дурак, чтобы спрашивать. Я рад снова видеть ее.

– Я уж думала, Дэн, что ты бортанул меня, – говорит она, когда я чокаюсь с ней.

– Бортанул? Это что, новый уличный сленг, который мне так не нравится?

Она склоняет голову набок.

– Я думала, ты игнорируешь меня. Мне казалось, ты не из тех, кто поматросил и бросил.

У меня хватает такта устыдиться, и я делаю большой глоток вина.

– Послушай, Фи, дело не в…

– О господи! Умоляю, не говори «дело не в тебе»! Избавь меня от этого. – Она все еще улыбается.

– Нет-нет! Я хотел сказать… – На самом деле я плохо представляю, что я хотел сказать. У меня не было времени подумать над этим. Я решаю придерживаться правды, но и в этом случае, сидя напротив нее, я не очень хорошо представляю, в чем сейчас заключается правда. – Послушай, извини, что не выходил на связь. После нашего… после той нашей ночи – которая, кстати, была потрясающей – я был немного не в себе. Понимаешь, прошло время с тех пор, как мы с Рэйчел… в общем, я не хотел, чтобы ты думала… я не… – Я слышу, как запинаюсь и спотыкаюсь о свои же слова, будто школьник, и мне хочется самому себе наступить на ногу. – В общем, я не отворачивался от тебя. Прости. Надо было контактировать с тобой. Я уже собирался позвонить, но тут навалилось дело Миллса.

Фи верна своей натуре – она тут же навостряет ушки. Я предполагал, что упоминание о деле вызовет у нее интерес, так что с моей стороны это тщательно просчитанный шаг. Знаю-знаю, не судите меня. У меня вызывает удивление, когда она берет меня за руку. Когда она это делает, меня обдает ароматом ее духов; запах пряный, мускусный, очень характерный для нее.

– Вообще-то надобности извиняться нет, – говорит она без доли шутки. Сейчас ее лицо очень близко к моему. – Ночь была замечательной, честное слово. Я никогда не забуду ее. И это была для меня честь – ну, ты понимаешь, первая женщина после Рэйчел. Я все понимаю, Дэн, поверь мне. Мы оба знали, что это такое: два друга, нуждавшиеся друг в друге всего на ночь. Я знала, что ты не ищешь ничего большего, и я тоже не искала. Я не ждала предложения руки и сердца, но вот телефонный звонок или текстовое сообщение были бы приятны. Все хорошо, честное слово. Я очень надеюсь, что та ночь не испортила нашу дружбу.

Хотя у нее практически те же соображения, что и у меня, я вдруг немного расстраиваюсь из-за того, наверное, что Фи, судя по ее словам, не настроена продолжать или не заинтересована в повторении. Надо же, я, самоуверенный индюк, все это время обдумывал, что и как сказать, анализировал свои чувства, а она воспринимала нашу замечательную ночь как одноразовую акцию!

– Ясно… да… в общем, я чувствую то же самое.

Фи хлопает меня по руке и отпивает вина.

– Итак, теперь, когда мы со всем разобрались, – говорит она, быстро переходя к делу, – расскажи мне о деле Миллса.

Я в некоторой степени потрясен. После того как она заявила, что не желает большего, я неожиданно ощутил, что как раз я, возможно, большего желаю. А может, я просто хочу, чтобы она желала большего, и чувствую себя отвергнутым. Я мысленно чешу затылок. Я не привык к такому – домысливать, что имела в виду женщина. С Рэйчел все было просто, без двусмысленностей: она меня любит, она меня хочет; я ее люблю, я ее хочу. Наше первое соитие стало самым настоящим фейерверком: мы ринулись в него без оглядки, без обсуждений и были готовы к продолжению. Мысль о том, что с другой женщиной уже никогда так не будет, вгоняет меня в легкую депрессию. Но я понимаю: однажды достигнув совершенства, его трудно чем-то заменить. Фиона никогда не будет Рэйчел. И никто никогда не станет Рэйчел.

«Всего на одну ночь». У меня в голове все звучат слова Фи.

– А, так вот для чего я тебе нужен, да?

Она смотрит на меня с наигранным неодобрением.

– Ладно тебе, Дэн. Ты знаешь меня лучше, чем я я сама себя.

Ну, я так и думал. Но сейчас я