Читать книгу - "Шепот кружевных берез - Людмила Мартова"

Крайнев. У него это весьма неплохо получается. Вот он живет здесь постоянно. У него дом в деревне Рощино. Разумеется, я в курсе финансового состояния и периодически возникающих проблем. Но оперативная текучка целиком лежит на Димкиных плечах, и я ему за это весьма признателен.

– Вы были знакомы с убитым Игорем Маклаковым?

– Только заочно. Месяц назад я совершенно случайно узнал, что ведутся переговоры о том, чтобы выкупить березовую рощу под строительство коттеджного поселка. Это казалось совершенно невозможным. Я, разумеется, сразу приехал, начал разбираться. Выяснил, что переговоры ведет строительная фирма «Орион» из Вологды. Я нашел их координаты, позвонил Маклакову. Он заверил меня, что ему предлагали подобный проект, но он от него отказался.

– Вы ему поверили?

Мещерский коротко усмехнулся.

– Доверяй, но проверяй. Он предоставил мне доказательства, что строить тут коттеджи не намерен. Я поверил не ему, а им.

– Почему вы не выкупили березовую рощу, когда приобретали здесь землю? Насколько я понимаю, земельный участок, на котором расположен санаторий, принадлежит вам, как и земля под этим домом. Роща между ними. Было бы логично купить и ее тоже.

– Да, но на тот момент она не продавалась. Роща принадлежит государству, и до последнего времени я понятия не имел, что на нее вообще может кто-то претендовать. Как оказалось, правила изменились, и раз муниципалитет готов попрощаться с этим земельным участком, я могу его купить.

– Другими словами, между вами и фирмой «Орион» возможен конфликт интересов из-за спорного земельного участка?

– Если бы Маклаков собирался его покупать, да, конфликт бы был. Но он не собирался, вот в чем дело.

– Это с ваших слов, – задумчиво проговорил Зимин. – Хотя мне потерпевший тоже говорил, что никаких крупных проектов, кроме строительства жилого микрорайона в Вологде, у его фирмы нет. Хорошо, я попрошу своих коллег уточнить этот вопрос. Вы знаете, зачем он приехал?

– Понятия не имею. Точнее, не так. Маклаков позвонил мне пару дней назад, сказал, что нам надо встретиться и поговорить. Я уточнил, изменил ли он свое решение по поводу покупки рощи, он ответил, что нет, но у него есть сведения о том, что на рощу претендует кто-то другой.

– Кто другой?

– Он не сказал. Мы договорились, что он приедет сюда, в санаторий, чтобы мы могли все обсудить.

– Когда вы должны были встретиться?

– Сегодня днем. Он приехал накануне.

– А когда он позвонил вам?

– Вечером четверга, второго апреля.

Теперь надолго замолчал Зимин. Снежана не сводила с мужа встревоженных глаз, потому что в его молчании крылось что-то важное. Она достала телефон, открыла календарь и сразу поняла, о чем думает муж. Вечером второго апреля Игорь Маклаков позвонил Владимиру Мещерскому, чтобы договориться о встрече, а следующей ночью в офисе фирмы «Орион» произошло первое убийство, жертвой которого стал его заместитель Никонов.

Если бы Маклаков считал, что убийство связано с той информацией, которую он собирался передать Мещерскому, то он, скорее всего, рассказал бы про это следователю. Но он ни о чем не рассказал, так как был уверен, что Никонова по личным мотивам зарезал юрист Дроздов. Но появившегося в усадьбе Маклакова тоже зарезали, причем накануне назначенной встречи с Мещерским. Нет, между этими двумя убийствами явно есть связь. Тут, как говорится, и к бабке не ходи.

– Где вы были во время звонка Маклакова? И что делали после?

– Я был здесь, в усадьбе. Я как приехал месяц назад, так и остался здесь, благо дела в Москве позволяли. Я люблю это место. – Он запнулся, когда произносил последнюю фразу. Совсем чуть-чуть, но Снежана заметила, и муж ее тоже. – Мы договорились, что Маклаков приедет в понедельник с утра, но позже он написал мне, что вынужден задержаться.

– Это из-за убийства его зама.

– Он не уточнял. Затем он позвонил в понедельник и сказал, что выезжает. У меня, как на грех, возникли срочные дела в Москве. Когда он позвонил, я как раз ехал туда, но заверил, что во вторник к вечеру вернусь и мы обязательно поговорим.

– То есть минувшей ночью вас здесь не было?

– Нет. Я приехал сегодня вечером.

– Владимир, простите, но если вы были в отъезде, то с чего вам пришла в голову мысль, что это вы могли убить Маклакова?

Лицо Мещерского снова стало совершенно белым, словно от него опять отлила вся кровь.

– От Москвы досюда всего два с лишним часа езды, – тихо сказал он. – И я просто боюсь, что не помню, как проехал это расстояние туда и обратно.

– Вы что, страдаете лунатизмом? – осторожно уточнил Зимин.

– Нет, лунатизмом я не страдаю. Но в моей жизни были кратковременные эпизоды потери памяти, после которых выяснялось, что я совершил что-то страшное. Мне просто надо знать, что в этот раз я действительно не виноват.

Его голос опять упал до шепота.

«В этот раз»? Значит, быть еще какой-то раз, когда Мещерского признали в чем-то невиновным? Или, наоборот, виновным? Снежана чувствовала, что совершенно запуталась. Какая все-таки тяжелая работа у следователей.

Часы с кукушкой на стене пробили полночь. Надо же, как поздно, а она и на заметила, как прошло время. Зимин тоже правильно расшифровал поданный вселенной сигнал, встал со своего стула.

– Владимир, я вам обещаю, что следствие во всем разберется. И я тоже. Это моя работа. Вы местному следователю Уварову перечислите все факты, но без надумываний. Когда уехали, когда вернулись, где были. При каких обстоятельствах познакомились с Маклаковым. Вот вам мой телефон, звоните, если что. Снежинка, пошли спать. Утро скоро.

Владимир Мещерский проводил их до дверей. Лицо его уже не было таким бледным и «опрокинутым». В глазах, оказавшихся не черными, а просто темно-серыми, теперь читалась надежда. Чета Зиминых дошла до санатория молча. Муж о чем-то напряженно думал, и Снежане не хотелось ему мешать. По дороге она сама размышляла о том, какое впечатление произвел на нее Владимир Мещерский. Вердикт был такой: несмотря на все свои явные странности, дом и его владелец ей понравились.

– Ты ложись, – сказал Зимин, когда они очутились в номере.

– А ты? – спросила она, вдруг вспомнив, что