Читать книгу - "Неживой свидетель - Валерий Георгиевич Шарапов"

видать, придется мотать от звонка до звонка. Значит, жизнь менять надо, отказаться от прежнего промысла и найти нормальную работу.

— Почему в Туле не остались? — спросил Бурцев.

— Побоялся, что старые дружки опять втянут куда-нибудь. Пытался в Коломне пристроиться, да не сложилось. Так в Москву работать приехал.

— Поэтому на стройку пришли?

— Поэтому. На нескольких покрутился, с людьми потолковал. Фили растут, рабочие руки в цене. Шепнули мне, на Барклая наведаться. Мол, прораб там не сволочной, людям вроде меня второй шанс дает. Вот я и выжидал, когда он освободится. Хотелось с ним потолковать, чтобы за меня похлопотал и местечко мне выбил.

— Почему от нас побежали?

— С моим-то прошлым? Думал, пришить мне чего хотите. И не ошибся. Вон ведь как вывернули! Говорите, грузовик я угнать намеревался. На черта мне ваш грузовик сдался, спрашивается? Полуторка, знаете ли, не ложка серебряная, на базаре за червончик не возьмут.

Майор не торопился объяснять подлинную причину задержания, пока ограничившись подозрением в причастности к угонам грузовиков со строек. В отношении ограблений и тем более убийства Нефедова весомые доказательства отсутствовали.

— С ножом на младшего лейтенанта почему пошли? — вел свою линию Бурцев.

— Виноват. Тут кругом виноват, не отрицаю, — с чувством сказал Чарыгин, мотая головой, словно поражаясь собственной глупости. Притворная горечь в его словах напомнила о показушном покаянии Пятиалтынного. — Вот что значит уголовные привычки, — продолжал меж тем поскуливать Чарыгин. — Не отпускают. Сломал себе жизнь, никак дорогу назад не найду.

Послушаешь — поверишь, настолько убедителен и логичен. Страх постепенно отпускал Анатолия Чарыгина, оттого у бандита получалось врать складно. Бурцеву нужно было поторопиться, пока задержанный испытывает некоторую неуверенность, пока не вернулись к нему привычные хамство и наглость. Да только «прижать» Чарыгина нечем. Лаборатория ОТО так быстро с обработкой вещдоков не справится.

Что имеет МУР на Чарыгина?

Во-первых, обувь. Его сапоги могли оставить следы на складах областного мясокомбината и завода «Кристалл». Очень похожи по размерам и форме подошвы. Но факт тождества должны подтвердить эксперты. Кроме того, в таких сапогах ходят многие.

Во-вторых, верхняя одежда. Видимых частиц или капель осмотр не показал. Быть может, под микроскопом удастся найти крупицы табака из сигарет «Тройка» или папирос «Беломорканал», а также мельчайшие брызги белил. Хотя вряд ли авторитет станет лично переправлять табличку номерного знака. Курево — и подавно улика косвенная.

В-третьих, отпечатки пальцев. Казалось бы, самая сильная улика, которая может надежно связать бандита с угнанными грузовиками. Опять-таки необходимо ждать результаты из лаборатории. Но даже если оперативно-технический отдел ответит положительно, Бурцев не питал надежды, что это доказательство поможет. Авторитеты не шоферят, для этого есть те, кто рангом пониже. На стройку Чарыгин пришел как простой наблюдатель, чтобы разведать обстановку и вызнать график приезда-отъезда машин. Угонял ли он их? Возможно, но маловероятно. Водил ли он их? Сомнительно. Скорее всего, водитель — другой участник банды, и на баранке «пальчики» Чарыгина вряд ли отыщутся. Раз не сидел за рулем — значит, не угонял. И неважно, что отпечатки могут найтись в кабине. Выкрутится, скажет, что какой-то добрый малый его до стройки подкинул в этом самом грузовике, отсюда, дескать, и «пальчики». А что? Поиски работы легко объясняют, почему Чарыгин побывал на многих стройках в Филях. Хуже того, отпечатки в кабине могут оказаться частичными или смазанными, а на таких дело не построишь.

Словом, и сейчас ничего нет, и завтра вряд ли что весомое появится. Кроме улики номер четыре — маленькой хромированной зажигалки производства американской корпорации «Ронсон». Для нашей страны эта вещичка в диковинку. Европейские зажигалки в СССР встречаются в основном германские, зато американских — кот наплакал. И если Щепочкина опознает «Ронсон» (а девушка опознает, Бурцев не сомневался), тогда удастся железно установить связь Чарыгина с одним из мест преступлений.

«Что ж, попробуем надавить на него, используя зажигалку», — решил майор, готовясь к допросу. Но предварительно побежал в лабораторию, чтобы поторопить Иванову и расставить приоритеты: сначала дать заключение по отпечаткам пальцев, потом сопоставить отпечатки обуви с подошвами сапог задержанного и только третьим этапом браться за поиски частиц табака и пятен краски на одежде.

Иванова, нетерпимая к давлению и спешке, ответила, как обычно, в резкой форме:

— Оттого, что вы здесь суетитесь и мешаете нам работать, приборы быстрее анализ не выполнят.

— Я не тороплю, — едва сдержался, чтобы не вспылить, Бурцев. — Просто прошу соблюдать очередность, потому что это важно для раскрытия дела. Сначала «пальчики», потом сапоги и только потом белила.

— Ох, надоели мне ваши белила! — возмущенно растопырила пальцы Лариса Петровна. — Вы мне одни и те же белила четыре раза уже приносили. Неужели надеетесь на новый результат?

— Не четыре, а три, — поправил Олег Васильевич, радуясь возможности поддеть ворчливого эксперта. — Были три таблички с номерными знаками.

— Четыре! — взвилась Иванова, разгневанная тем, что ее слова поставлены под сомнение. — Перед табличками вы приносили одежду, заляпанную белилами.

Бурцеву хотелось рассмеяться, чтобы превратить их легкую перепалку в шутку, но внезапно он посерьезнел. Лариса Петровна, сама того не подозревая, подсказала, возможно, новое направление в расследовании.

— Простите, вы хотите сказать, что по составу белила с той одежды схожи с белилами с номерных знаков?

Иванова удивленно воздела брови. Она не часто видела, как результаты ее трудов приносят кому-то озарение. Как правило, муровцы появлялись в ОТО, чтобы принести вещдоки на исследование и забрать готовые отчеты. При этом они либо торопили Иванову и ее людей (чем грешил, например, Бурцев), либо выражали свое недовольство тем, что наука не творит чудеса и не может по единственной пылинке, подобранной на месте преступления, моментально изобличить злоумышленника.

— Совершенно верно, — медленно и с некоторой нерешительностью в голосе ответила Лариса Петровна. — Та же самая марка.

— Вы мне невероятно помогли! — Бурцев обеими руками пожал узкую кисть ошарашенной Ивановой, после чего с горящими глазами задал следующий вопрос: — Могут ли эти белила быть из одной партии?

Она пожала плечами и в растерянности глупо улыбнулась:

— Я бы сказала, что да. Но у лаборатории нет технических средств доказать это.

— И не нужно ничего доказывать, дорогая моя Лариса Петровна! Вы подарили мне зацепку, на которую я и надеяться не