Читать книгу - "Таежная банда - Валерий Георгиевич Шарапов"

Она поднялась, быстро вышла из кабинета. Судя по скрипу двери, вошла в свою каморку, вернулась с тонкой папочкой в руке.

— Пошли.

Егор с готовностью поднялся. Путь был недолгий — ширина коридора составляла полтора метра. Аристархов сидел за столом в левом дальнем углу комнатки, что-то писал при свете настольной лампы. Дневной свет еще не иссяк — видно, зрение подводило. Он покосился на вошедшую Аллу, ничего не сказал. Показалось, что он как-то съежился. Алла взяла стул, села напротив старика, уставилась на него, не говоря ни слова. Егор плотно прикрыл дверь и устроился на свободном стуле в углу. После гибели оперативников этих стульев в отделе было хоть отбавляй. Алла пристально смотрела на Аристархова, ничего не говорила. Старик, похожий на Кощея, начал ерзать, чувствуя себя не в своей тарелке, опускал глаза. Мелькнула мысль: а ведь Алла попала в точку.

Аристархов побледнел.

— Алла, ты чего?

Алла положила перед ним папку, открыла. Внутри находились два фотоснимка Варана, предположительно сделанные лет семь-восемь назад. Те самые снимки, что она нашла в бумагах Алексея. Положила их в ряд, под нос Аристархову.

— Алла, ты чего? — повторил Федор Кузьмич, быстро глянув на снимки и отведя глаза.

— То есть фотокарточки знакомые, — констатировала Алла, убирая снимки в папку. — Что и требовалось доказать. Будем колоться, Федор Кузьмич? Говори все как есть, время пришло.

Аристархов еще больше побледнел, стал суетливо шебуршать карандашами в стаканчике. Алла терпеливо ждала.

— Не понимаю, Алла, о чем ты меня просишь…

— Думаю, понимаешь, Кузьмич, — Алла говорила жестко, смотрела в глаза. — Алексей просил тебя все выяснить про этого человека. Рассказывай.

И снова она попала в десятку. На Кузьмича было жалко смотреть. Нормальный мужик, отзывчивый, совестливый — но боялся. И этот страх был будто нарисован на его лице жирной несмываемой краской.

— Тебе расскажу, — буркнул он. — А этот что тут делает? — кивнул он на Егора. — Я его не знаю. Знаю лишь то, что он с зоны вышел и Гену Лукьянова застрелил.

— И меня тем самым от смерти спас, — отрезала Алла. — Не мути воду, Кузьмич, повествуй. Он свой, при нем можно.

— Алексей месяца три назад ко мне домой пришел… — начал негромко Аристархов. — Просил по-тихому проверить одного зэка. Фотки вот эти показал… Кличка Варан, Бугров Николай Иванович, статья 121… Просил никому не рассказывать, тем более на работе, действовать аккуратно, помалкивать… Спрашиваю: зачем? Он говорит: надо. Дескать, меньше знаешь — дольше живешь. Я съездил в Новосибирск, чтобы покопаться в тамошних архивах, а при необходимости ковырнуть что и повыше… Помнишь, как я отгулы брал, племянника навещал? Ну, как говорится, заодно и племянника навестил… Варан в тридцатые и сороковые годы состоял в штате НКВД, выполнял разного рода деликатные поручения. Кого-то устранить, с кем-то договориться, провести закрытую встречу от имени некоего лица… И я так понимаю, был не просто мальчиком на побегушках, а доверенным лицом, посвященным во многие секреты… Работал на некое ответственное лицо. Но не пытайте, не скажу, на какое.

— Почему, Кузьмич?

— Потому что не знаю. — Старик тяжело вздохнул. — Правда не знаю, Алла. Все вусмерть засекречено, я бы сам не пролез, но старые товарищи помогли. Так даже они не смогли продавить эту тайну. Но шифровки, рапорты, донесения, расписки — все через него шло. А потом, уже после войны, Бугрова отстранили и задвинули в угол. Он слишком много знал. Отправили на зону, сварганив дело на скорую руку. Есть мнение, что Варан и не против был присесть — на недолгое время, разумеется. И чтобы живым остаться. То есть арест и посадка неожиданностью для него не стали…

— И отправили сюда? — спросил Егор. — В эту самую колонию — под Болотнинск?

— А вот это самое интересное. — Аристархов понизил голос, покосился на закрытую дверь. — Он сам сюда попросился. Написал прошение из СИЗО с просьбой отправить отбывать срок именно сюда. И не поверите, отправили именно сюда. Видно, кто-то наверху помог. Дело, в принципе, нехитрое — если есть связи, если есть люди, которым ты нужен невредимым. Ведь руководству, в принципе, до лампочки, где будет отбывать наказание тот или иной сиделец. А уж если порадеть за одного человечка…

— Зачем? — спросила Алла.

Старик помялся.

— Алексей считал, что у Варана здесь тайник. Перед арестом он что-то спрятал — видимо, надежно. Алексей был в этом уверен. Он так и сказал: мол, если что-то со мной случится, Кузьмич, ищите тайник Варана…

— И почему же после гибели Алексея мы не искали тайник Варана? — в лоб спросила Алла.

— Знаешь, я не то чтобы не поверил… — Кузьмич промокнул вспотевший лоб платком, скомкал его, сунул в карман. — Хотя звучало это как-то… ну, словно книжку приключенческую читаешь — про клады разные, зарытые сокровища… Испугался, — честно выдавил Аристархов. — Прости, Алла, просто по-человечески струсил, старый дурак, не стал ничего говорить… Алексея больше нет, ему не поможешь, а нам лезть в это дело… Хочется еще пожить, ну правда…

Он опустил голову. Установилось молчание.

— Ладно, Кузьмич, не будем на тебя давить, — вздохнула Алла. — Хорошо хоть, сознался…

— И тебе, Алла, не стоит в это лезть, — буркнул опер. — Дело, похоже, дрянное. Тебе это нужно? Заняться больше нечем?

— Убили моего мужа, — напомнила Алла. — Происходит нездоровая возня. Я обязана знать, почему убили Алексея. Это тоже криминал, Федор Кузьмич, против которого мы призваны бороться.

— Со своими будем бороться, — прошептал Аристархов.

— Они не свои. — Алла с болезненным выражением лица повела плечами. — Эти твари должны за все ответить. Итак, что у нас в итоге?

— Клад, — усмехнулся Егор, — который зарыл недоделанный пират… А если серьезно, то версия о тайнике — рабочая. Варан знает, что его посадят. По воле случая он оказывается в Новосибирской области. При нем что-то ценное. Прячет — причем так, чтобы и через десять лет спрятанное осталось в неприкосновенности. Затем арест, уголовное дело, Варан все понимает, согласен присесть. Прошений о помиловании, полагаю, не пишет? Но просит, чтобы его отправили отбывать срок в «Черный камень». Прошение удовлетворяют. С точки зрения той же психологии все нормально. Приятно отбывать, зная, что твои ценности где-то рядом. Дальше снова туман… Но вот такая мысль: а если свободу Варан получает именно в обмен на содержимое тайника? Кто-то знает, что у Варана есть нечто, но где именно — неизвестно. И это нечто кому-то крайне важно. Пытать Варана на зоне, чтобы назвал координаты тайника? Можно, но Варан калач тертый. И это понимают. Никому не нужны