Читать книгу - "Тайна Паганини - Наталья Николаевна Александрова"

через стол и вытряхнул из этой трубочки две белые таблетки. Вытряхнул их в мою чашку.

Я замерла как громом пораженная.

Гипнотическая пелена спала с моих глаз.

Я поняла, что еще немного — и он усыпил бы меня или того хуже — отравил…

Не знаю, зачем это ему нужно, но факт остается фактом! И эта стерва Машка спокойно смотрит на такое безобразие и молчит. Значит, она с ним согласна? Да какое там, если он скажет, она меня ножом пырнет, в ванне утопит, на люстре повесит! Зараза!

Я взяла себя в руки, вернулась к столу, как ни в чем не бывало протянула Арику сахарницу.

Он поблагодарил меня, но сахар класть в чашку не стал. Даже вид не сделал.

Я села на свое место и снова взглянула на него.

От того, что я только что увидела, гипнотическое очарование Арика полностью прошло. Я снова наблюдала заурядного соблазнителя. Ну, глаза… а так — ничего особенного. Как говорила все та же тетя Кошмара: «Метр с кепкой, ни рожи, ни кожи».

Но чем-то он все же сестер привлекает?

— Светлана, отчего вы не пьете чай? — проговорил он своим тягучим, вязким голосом.

Неужели только что, минуту назад, этот голос казался мне удивительным, завораживающим? По-моему, он просто гнусавый, как во время простуды!

Я хотела придумать, как бы избавиться от чая, но тут в помещении объявился кот Пантелей. Ступая неслышно, но весомо, держа хвост строго перпендикулярно полу, он шел с самым хозяйским видом и посматривал строго: мол, что происходит на вверенной мне территории, что это за люди тут расселись?

Наблюдая за ним со стороны, я невольно отметила, как он изменился. Буквально позавчера это был грязный, запущенный уличный кот с клочковатой шерстью и расцарапанным ухом. Теперь же Пантелей был чистый, красивого дымчатого цвета, и даже белая манишка просматривалась на груди.

Вот когда он успел так заметно преобразиться? Всего-то два дня его кормлю.

Кот подошел к стулу Марии и сделал попытку потереться о ее ноги. Она тут же замахала руками:

— Ой, не надо кота, у меня на шерсть аллергия!

Ага, а сама врала мне, как любила котеночка и плакала три ночи, когда сестра Аня его выгнала. Нет, ну что за мерзкие, фальшивые девки они обе! Получили свое наследство — ну и успокойтесь. Так нет же, им еще и мое нужно захапать!

Умница Пантелей почувствовал мое настроение и тут же начал усиленно линять на Машкины джинсы. И даже сделал попытку подрать когтями курточку розовой кожи.

— Да отстань ты! — Она вскочила и расчихалась.

Я хотела под шумок переставить чашки, но побоялась, что там и правда смертельная отрава, тем более что Мария была уже не боец. Нос у нее напоминал средних размеров помидор, из глаз текли слезы вперемешку с тушью.

— Пантелей, — сказала я строго, — оставь девушку в покое, она котов не любит.

Кот отвернулся от несчастной и направился к следующему гостю. Но остановился на полпути и застыл в изумлении. Потом зашипел, и из полупушистого кота превратился в пушистого, до того вздыбил шерсть. И усы встопорщились.

Арсений ничего не делал, только смотрел на кота пристально, и тот внезапно попятился. Я не знала, что делать, и тут, на удачу, зазвонил мой телефон.

Я очень обрадовалась, схватилась за телефон, как за спасательный круг, поднесла его к уху…

— Слушаю!

— Слушаешь? — отозвался в трубке злобный, визгливый голос, в котором я узнала голос своей квартирной хозяйки, этой старой выжиги. — Слушай, слушай! Слушай внимательно! Где ты, интересно, шляешься? Где тебя черти носят?

— А вам какое дело? — ответила я, сама удивляясь своей небывалой смелости.

— Самое прямое! Приезжай сюда сию секунду!

— Куда? — переспросила я, понимая, что туплю.

— Известно куда! На квартиру мою, которую ты снимаешь!

— Да в чем дело? Что случилось?

— Да уж случилось! Ты всех соседей залила! Хватит разговоры разговаривать, говорю — приезжай сию секунду!

— Да что там такое… — пробормотала я, потому что голос у мерзкой тетки и правда был бешеный.

Но какой потоп, какие краны? Я же только сегодня днем там была и, уходя, все проверила, потому что эта выжига все время предупреждала насчет кранов.

— Ой, извините меня! — обратилась я к Арсению. — Мне срочно нужно уходить, там такая ситуация…

— Но мы не договорили! И чай вы не выпили! — Он сделал шаг ко мне, но наступил коту на лапу, и тот заорал дико, так что даже я схватилась за сердце.

Потом вылила нетронутый чай в раковину, быстренько убрала чашки и стала подталкивать своих гостей к выходу. Арсений понял, что его план не удался, и пошел, не сказав мне ни слова на прощание.

Машка шла за ним, чихая и сморкаясь.

— Ты молодец! — ласково сказала я коту, который спокойно умывался на диване.

На улице перехватила меня Мария. На свежем воздухе она прочихалась, вытерла размазавшуюся тушь и выглядела не так жутко.

— Света, ты торопишься? — прогнусавила она. — Я, то есть мы можем тебя подвезти.

Ага, значит, сяду я к ним в машину, там меня и отравят. Или усыпят. Нашли дуру!

Я хотела наскоро высказать этой заразе все, что я думаю о ней и ее хахале, присовокупить, что они с сестрой делят одного мужика на двоих, но тот самый рассудительный и осторожный голос в голове посоветовал мне промолчать и придержать сведения, потом могут пригодиться. Так что я просто послала сестрицу лесом и побежала к остановке. Как раз автобус подошел.

Потом выбросила странное поведение сестричек из головы, потому что беспокоилась, что там случилось в квартире. Хозяйка меня со свету сживет!

Действительность превзошла все мои самые страшные ожидания. Войдя в подъезд, я еще снизу услышала крики. Лестница была испачкана, затоптана грязными подошвами. Пахло несвежей водой и мокрыми тряпками.

Скажу сразу, эта лестница и раньше была не слишком чистая, но сегодня — это перебор.

Квартира была на пятом, последнем этаже, но уже на четвертом по ступеням текла вода. Между этажами у пыльного окна, где стояла банка с окурками, торчал мальчишка из соседней квартиры. Увидев меня, он заорал истошно:

— Вот она, вот она! Идет уже!

На трясущихся ногах я поднялась на пятый этаж, там меня уже ждал комитет по встрече.

Была хозяйка квартиры, та самая выжига и скупердяйка. Был сосед дядя Гриша — тихий одинокий алкоголик, была бабуля из квартиры напротив, и, наконец, был здоровенный мужик из квартиры снизу — эта квартира, я так понимаю, и приняла на себя тонны грязной воды.

Хозяйка выглядела