Читать книгу - "Живая мертвая девочка - Элизабет Скотт"

— Да, — говорю я. — Да, я с ним. Но мне нужно от него уйти. Ты можешь помочь. Просто будь здесь сегодня вечером. Просто будь здесь и…

— …спаси меня? — говорит он, делая шаг назад, потом ещё один. — Ты… бля. Ты это серьёзно.

«Приведи сестру», — хотела сказать я. Приведи сестру.

Только это меня и спасёт.

Я чувствую взгляд Рэя. Осуждающий. «Алиса, Алиса, Алиса, ты мне солгала, ты больше не моя маленькая девочка, тебя нужно наказать. Почему ты заставляешь меня делать всё это? Мне это причиняет куда больше боли, чем тебе».

— Пожалуйста, — говорю я Джейку, — пожалуйста, приходи сюда. Ты и твоя сестра. Будьте здесь, встретимся прямо на этом месте. Я тоже вернусь и…

— И я его прогоню, — подхватывает он. На лице у него странное, испуганное и одновременно радостное выражение. — Ты хочешь, чтобы я его отпугнул.

Он не сможет. Нет ни единого шанса, что он когда-нибудь сможет это сделать. Как сам этого не понимает? Но я ничего не говорю, просто смотрю ему в глаза. Слежу за тем, как в его взгляде мелькают разные эмоции: жалость, осознание, ужас, похоть.

Сломанные девочки сделают всё что угодно. И именно на этой мысли он в конце концов и сосредотачивается. Они пустые внутри и ничто не может их заполнить.

Но они позволяют тебе попробовать.

— Я буду здесь, — говорит он и ухмыляется, выпрямляясь во весь рост, уже погружаясь в фантазии. — Я заберу тебя, а когда он явится и начнет буянить, тогда посмотрим…

Слов больше нет. Я гляжу, как он грезит наяву — точно так же, как когда-то грезила одна маленькая девочка. Большие мечты.

Несбыточные.

Он не сможет остановить Рэя. Никто не сможет. Ничто не сможет. Но план теперь сработает. План всё равно сработает.

— Да, — говорю я и заставляю себя прикоснуться к его руке, провести ладонью по его коже так, как делала бы с Рэем, как я должна делать, чтобы показать Рэю насколько сильно я его люблю, как рада, что он обо мне заботится. — Да, ты можешь всё исправить. Сегодня вечером.

Я думала, что он захочет поехать домой и ещё немного помечтать там обо мне, но он не маленькая девочка. Он уже знает на что я способна, что я такое, и хочет меня. Очень.

— Может… пойдём в машину, ладно? Сегодня вечером я тебя защищу, клянусь.

Лжёт. Я вижу это в его мальчишеском взгляде. Моя безопасность для него не имеет никакого значения. Зато это повысит его самооценку. Может, ещё и станет убедительным аргументом для сестры, что не стоит сюда ходить.

— Подумай, что могло с тобой случиться. В мире полно плохих людей.

Вот что он ей скажет.

А в итоге он оставит меня наедине с Рэем, с его яростью. Но он не понимает, что Рэй уже знает про него. И что Рэй в нём нуждается.

— Я тебя защищу, — повторяет он уже в машине и явно думает про нас с ним. Что я делаю с Рэем. Что Рэй делает со мной. — Зачем ты вообще связалась с этим стариканом? Ты же не думаешь, что любишь его или какую-то хуйню вроде того? А меня ты бы смогла полюбить? Да?

— Да, — говорю я и пытаюсь не думать о Рэе, о том, как он сейчас зол, как сильно он будет злится всё то время, пока ждет. Выжидает.

— Правда, меня? — спрашивает он, проглатывая ещё две таблетки, пока неуклюже возится с моей одеждой, со своей, с презервативом.

— Тебя, — говорю я.

Просто слово. Ерунда. Как и всё это. Как он.

Ты, Рэй. Ты, Джейк. Ты. Ты. Ты.

Алиса/Я всегда выберет тебя.

Алиса/Я всегда будет тем, кем ты захочешь. Для этого её/меня и создали.

Это всё, что я умею.

48

Я оставляю Джейка, глаза его выглядят как ромашки — тёмная часть зрачков огромная, сродни цветкам, которые растут на обочинах: маленькие, желтеющие, вечно понурые лепестки и черные сердцевины.

Рэй ждёт неподалеку. Когда я направляюсь к нему, он отходит, но всё равно тенью следует за мной до самой автобусной остановки — огромной тенью с мрачным ртом. Смотрит, как я захожу в автобус.

Жду, пока все зайдут, пока все, кто хочет, заберутся внутрь, с их пакетами, грузными телами, с мелочью — «сдачи нет».

Когда мы выезжаем на дорогу, то позади я вижу грузовик Рэя.

Оцепенело сижу в автобусе. Одна остановка, вторая, третья, четвёртая. Люди заходят и выходят. Кто-то с пакетами, с продуктами, с рабочими портфелями, с огромными сумками, в которых лежат крошечные телефоны. Две девочки, смеясь накрашенными розовыми ртами, заходят и садятся передо мной.

— Блин, он тебе точно нравится.

— Думаешь?

— Да. Что будешь делать?

— Не знаю. Позвоню ему? Позвонить ему?

— Да, звони прямо сейчас! О боже, не могу дождаться следующей недели, когда у меня будет СВОЯ МАШИНА!

Я бы тоже хотела машину.

Позвони ему!

Кто-то кашляет — автобусно-пассажирский способ сказать «заткнитесь» и девочки вздыхают, поворачиваются друг к другу и начинают шептаться.

Грузовика Рэя больше не видно, но я знаю — он где-то там. Эти девочки — ещё совсем дети, маленькие девочки, какой когда-то была та из “давным-давно”. Но они умнее. Мир их не съел и не проглотит целиком. Они болтают до самой своей остановки: «Позвони ему», «Ладно, но что я скажу?», «Просто позвони ему». Никакой кашель их не остановит.

Когда они выходят, все в автобусе вздыхают с облегчением. Я смотрю, как они уходят — странные, красивые девочки. Неудивительно, что Джейк хочет именно меня Такие девочки как эти просто посмотрели бы на него с презрением.

Моя остановка. Встаю, иду. Сквозь большие пластиковые окна, замызганные и грязные, я вижу только Рэя. Он стоит точно там, где моя нога ступит на землю.

Ждёт.

49

Это моя любимая история. Я раньше рассказывала её всё время, шептала про себя, игнорируя всё остальное. Но Рэй всегда прорывался через неё — толкал горячими руками, тянул, растягивал меня. Он никогда не слышал мою историю, но убедил меня, что она — ложь. Это было просто притворство, а притворяться тяжело.

Легче просто врубить телевизор и смотреть бесконечные истории оттуда. Позволять телеку рассказывать мне другие сказки, которые заканчивались песенками про средство для чистки унитазов или про новые модели автомобилей. Смотреть на лицо Рэя, пока оно не превращалось в размытое пятно — страх, злость, ненависть сливались в пустоту.

Вот эта история:

Давным-давно.