Читать книгу - "Молот Тельхинов - Дмитрий Александрович Емец"

– На их месте я бы побежал, и быстро… – тихо сказал Мировуд.

Но циклопы были на своём месте и явно не понимали, что им осталось на нём быть недолго. Они воспринимали Глоталу как сугубо мирную и очень большую боксёрскую грушу. Били ногами и руками, разбегались, чтобы врезаться лбом.

Глотало-Пожирало аккуратно поставил бочонок на стол и вытер рукавом губы. Маленькие глазки зажглись опасным огнём. Окинув взглядом циклопов, он позволил им вытолкать себя наружу и выйти следом. При этом сам шагал осторожно, столов не опрокидывал и стульев не крушил.

– Ну всё! – объявил волхв. – Сейчас начнётся.

Но ничего не началось. Всё, наоборот, закончилось. На улице было тихо. Потом заскрипело крыльцо и в выбитую дверь, деликатно икая, протиснулся Глотало-Пожирало. В полном одиночестве. Он стал так огромен, что едва двигался. Держась у стеночки и шагая подчёркнуто осторожно, чтобы не снести лишней мебели, он проследовал к барной стойке, положил на неё мелкую медную монетку и вышел.

Из-под стойки вылез хозяин. Кисло посмотрел на монетку, подбросил её ногтем большого пальца и убрал в кошель.

– Ну всё. Он сыт. Теперь полгода от него отдыхаем. Эй, кто-нибудь! Оповестите там кого надо, что нам требуются новые вышибалы!

* * *

В трактире, как видно, привыкли к разгромам. Не успел Пожирало уйти, дверь уже вернули на место, а дыры в ней заколотили досками. Упырчики действовали сноровисто, успевая ещё и обслуживать посетителей. Хозяин наблюдал за процессом, а Герцог и Мировуд, предоставленные сами себе, смогли осмотреться.

Публика в трактире была обычная для этого времени суток. Две вампирессы, очень красивые, но улыбающиеся в ладошку, потому что глазные зубы у них были с карандаш. Три или четыре местных призрака, которых можно было заметить только когда они попадали в лунные лучи, пробивавшиеся сквозь соломенную крышу. Несколько разбойников, до того окоченевших от долгого пребывания в зимнем лесу, что их развезло от пары стаканов. Один, подначиваемый собутыльниками, уже минут десять пытался подняться на ноги, чтобы ограбить Герцога, но всё время падал. Когда же всё-таки доплёлся до Герцога, то уронил себе на ногу кистень и уснул.

Какой-то буйный дедок, косматый, краснолицый, широкий в плечах, устроился в углу за хромоногим столиком. С виду лешак, но в тех местах, где у лешаков положено быть коре (шея, запястья, виски), покрытый блестящей чешуёй, смахивающей на русалочью. Упырчики глядели на него презрительно, но одновременно побаивались. Мировуд объяснил Герцогу, что это лешак-изгой. У лешаков неприличным считается влюбляться в русалок, здесь же мы видим явный плод такого запретного союза.

– По профессии он вор и наёмный убийца. Абсолютно бесстрашен! Его зовут Громкубик Засланец. Обычно убийцы любят тишину, а этот сразу начинает страшно шуметь: орать, буянить, ломать лес, трезвонить о своих намерениях. Это в своём роде странствующий рыцарь сэр Кассиан: такой же бескорыстный и линейный в плане тактики, но только неблагородный и глупый, – сказал волхв и весело крикнул: – Эй, Громкубик! Слышишь меня? Плачу тебе золотом! Убей хана, а его жён возьми себе в награду!

Громкубик Засланец вздрогнул, потом вскочил, ударил кулаком по столу и с боевым кличем помчался вон из трактира.

– Самое интересное, что он даже не спросил, какого хана надо убить. Их же много, – сказал волхв задумчиво. – Ничего, протрезвеет и с полдороги вернётся выяснять.

За освобождённый Громкубиком столик скользнули новые гости – три тихих и приличных пана из Аршавы. Перед ними нетерпеливо подпрыгивал стаканчик.

– Всё проиграем, себе ничего не оставим! Такое уж у нас настроение! Хотим продуться вчистую! – кричали паны.

И правда, любой подошедший к ним гость моментально начинал выигрывать, но уже через несколько минут оставался совершенно без денег, после чего упырики, состоявшие с панами в сговоре, выкидывали проигравшего беднягу во двор.

– Это шулеры, – сказал Герцог. – У них заговорённые перстни. Играют в кости.

Волхв заинтересовался.

– О, кости! У тебя осталось что-то ценное? Какие-нибудь драгоценности? Можно, конечно, сыграть на мой посох, но они побоятся.

У Герцога ничего не оказалось, кроме массивного золотого браслета.

– Ты что, собрался выиграть у шулеров? – поинтересовался он, бросая его на стол.

Волхв молча взял браслет и, поймав им отблеск свечи, принялся дразнить аршавских панов золотыми зайчиками. Паны приветливо заулыбались и пригласили его пересесть к ним. Вернулся волхв минут через десять, отдал Герцогу его браслет, а на стол бросил мешочек, полный монет. Шулера что-то объясняли упырчикам, требуя немедленно вмешаться. Упырчики разводили руками. Герцог и волхв явно были им не по зубам.

– Как ты это устроил? – спросил Герцог.

– Эти глупые паны хотели выиграть у меня в кости! Только вдумайся: у меня – в кости!!!

Вдруг раздался звук, словно под землёй трескались камни. Здание трактира накренилось. Одна из потолочных балок рухнула, ненамного опередив хлынувшую вслед за ней солому. Сквозь пол в трактир пробился гморф – бронированная многометровая сколопендра. Вслед за гморфом по оставленному им в земле тоннелю юрко скользнула девушка. К гморфу была привязана верёвка с узлами и двумя петлями. Девушка вставляла в петли руки, бралась за узлы, и гморф тянул её за собой, как ладья тянет привязанную к корме лодчонку.

Одета девушка была в грязную кожаную куртку. Снаружи куртку защищали костяные пластины брони – такие же, как у гморфа. (Очевидно, это были пластины, которые гморф потерял при линьке.) Никакого оружия у неё Герцог не заметил. Разве что тяжёлый нож. Ближе к концу он не сужался, а расширялся, так что, пожалуй, мог использоваться и как сапёрная лопатка.

Девушка стояла посреди трактира и смотрела на Мировуда, в то время как гморф, обвившись вокруг её ног, сформировал защитное кольцо. В пасти у гморфа непрерывно вращались два ряда зубов.

– Его зовут Эйрик Зубастый, – сообщила девушка Герцогу, не смущаясь тем, что видит его впервые. Мировуда же она явно знала, но при этом демонстративно игнорировала.

– Он взрослый? – спросил Герцог.

– Взрослые раза в два длиннее. Они медлительные и неповоротливые. Эйрик – бешеный подросток-переросток. Примерно как и я. Меня зовут Фро. Имя не склоняется. Ненавижу, когда ошибаются!

– Да-да, просто Фро. Никаких Фря, Фру, Фры… Её это бесит! Кстати, здравствуй! – проявил несвойственные ему заботу и приветливость Мировуд.

Но девушка не обратила на эту реплику внимания, как будто с ней разговаривало пустое место.

– Как ты управляешь гморфами? Они же тупые, – брякнул Герцог.

Фро нахмурилась.

– Гморфы не тупые. Вы можете определить, окажется ли впереди озеро с лавой? Они могут. Когда лава уже хлынула в тоннели, в какую сторону от неё уползать