Читать книгу - "Молот Тельхинов - Дмитрий Александрович Емец"

Кузя увидел громадного мужика ростом метра за три. Мужик стоял за частоколом и, положив на него руки, задумчиво на них смотрел. Он был жирный и такой расплывшийся, словно внутри у него не было скелета. А потом рот у мужика растянулся, как у лягушки, которая пытается заглотить что-то крупное.

– А зубы где? – охнула Тень.

Тарарах неопределённо махнул рукой куда-то ввысь.

– Там зубы! Это Чавкало. Зубы у него отдельно по небу летают, а потом пикируют на цель и втыкаются! Но пока что он нам не опасен. Он с хрюйсом связываться не станет.

Хрюйс и Чавкало друг другу симпатии не внушили, но Чавкало не понравился хрюйсу сильнее. Настолько, что тот проломил рогом частокол. Брёвна разлетелись как спички. Чавкало удрал, прыгая, как большая жаба, и демонстрируя удивительную резвость при таких габаритах.

– Пузо у него мягкое… Рога не выдержит. Синий Дядя, Страшило-Потрошило, Объедало и Тормошило примерно такие же, но, стал быть, каждый со своими особенностями. Чем питаются, говорить не стану, потому как они вообще всеядны! Вотанно чего!

По извилистой улице они медленно продвигались к центру Костянки. За глухими заборами что-то шебуршало, шевелилось. Кто-то подглядывал в щели, перешёптывался. Несколько раз через заборы, явно целя в них, метали какую-то дрянь. Тарарах предостерегающе помахивал секирой, Рюрик мечом, а Герундий со свистом раскручивал хвост с костяным шаром.

– Сложные люди тут живут. Редкостная, будем говорить, хтонь! – отозвалась Тень, когда рыбий скелет запутался у неё в волосах.

Тарарах мирно поправил, что далеко не все тут люди. А вот про редкостную хтонь это верно. Вдруг послышался звонкий смех и на дорогу выбежала хорошенькая девочка лет двенадцати. Огромные голубые глаза, светлые волосы, жёлтое платьице, красный чепчик, а в руках корзинка. Как такой ребёнок выжил посреди Костянки, где бродят Синие Дяди и голодные Потрошилы, – загадка.

Хрюйс от удивления осел на задние ноги, чтобы не задеть её рогом. Девочка сделала книксен и обратилась к Рюрику:

– Добрый и славный мальчик! Помоги мне донести корзинку с пирожками до моей бабушки! Бедная старушка очень больна и нуждается в горячей пище!

Голос у неё звенел как колокольчик. Рюрик заглянул в её голубые глаза, всё на свете позабыл и стал слезать с хрюйса. Однако Тень что-то почуяла и двинула его кулаком по спине.

– Считаю до трёх и пускаю стрелу! Осиновую! – предупредила она, натягивая тетиву.

Девочка с корзинкой не стала ждать, пока Тень досчитает до трёх, и рванула в переулок. Когда она повернулась, Рюрик увидел у неё на спине огромный вертикальный рот и единственный глаз.

– Молодца! – одобрил Тарарах. – Это Очень Красная Шапочка. Оборотень-людоед, но односторонний. Вторую сторону не может воспроизводить. Там у него всякие жвалы!

Питекантроп сунул секиру в ножны и забрался на лошадлу.

– Вотанно чего, ребяты! Забыл я об одной штуке предупредить! Никаких сделок тут не заключайте! Как бы выгодно ни казалось! Будут за медный грош весь мир предлагать – и то не соглашайтесь!

– Это почему? – спросил Рюрик.

– Да уж потому. Тут, помимо сказочников, много всяких древников проживает. Божки всякие языческие, каждый со своей специализацией. Вот, например, денежный божок. С ним никаких игр не надо – он тебя всегда вокруг пальца обведёт. Раз он деньги придумал, то ими крутит как хочет. Или вот божок костей игральных. Хочешь с ним в кости сразиться?.. И таких тут мильон!

– А как я узнаю, божок он или не божок? – озадачился Рюрик.

– Да никак. На лбу-то у него не написано. Они все тут малость того… Божки, полубожки, дети божков, внучата. Кто торговлишку ведёт, кто чего. Короче, ежели чего непонятно – на меня смотрите!

Они вышли на небольшую площадь, где сходились пять или шесть кривых улочек. У пруда, почему-то не замёрзшего посреди зимы, стоял огромный деревянный щит с объявлениями.

Кузя, изголодавшись по чтению, кинулся к нему. Объявлений было такое множество, что они висели одно на другом в четыре слоя. Приходилось эти слои отдирать.

– А что это за знак? – Кузя показал на изогнутую линию, похожую на латинскую Sec.

– Sec. Знак секайл, – отозвался Тарарах. – Секайлы запрещены даже тут, поэтому знак означает примерно следующее. «Нужны древневидлы? Оставь здесь свои координаты. Секайлы сами с тобой свяжутся».

Кузя понимающе кивнул и стал с упоением читать и комментировать:

КРУШУ ВСЕГ ПОДРЯТ!

Цеклоп з дубинай

(написано углём поверх других объявлений)

«Громадная рыжая женщина весом десять пудов (потомственная ведьма, характер замечательный для всех, кто в этом не усомнится) предлагает свои услуги в качестве наёмной тёщи, подруги невесты для убеждения нежелающих жениться, а также родственницы для посещения родительских собраний. Умею результативно и нежно устрашать. Оплата по договорённости. Членовредительство СТРОГО за дополнительную плату по предварительному согласованию.

Для вызова три раза ударьте осиновым молотком по надгробию».

«Свежая просрочка. Высокая гарантия выживания. Ужасный переулок, д. 1 (бывшая Замогильная ул.)».

«Оборотень с опытом превратится в любого человека (сказочника) по вашему выбору. Строго деловой аспект взаимоотношений (поход к нотариусу, развод, ограбление, мошенничество и т. д.)».

«Царевна-лягушка. Магазин лучных и арбалетных стрел. Аксессуары для лучников и лучниц».

«Лилипут-суфлёр для первых свиданий. Спрячусь в ухо. Быстро реагирую на каверзные вопросы. В момент поцелуя закрываю глаза.

З. Ы. Если вы варяг, перед вызовом тщательно помойте уши!»

«Ясновидящая прочитает вашу судьбу. В случае оплаты фальшивыми деньгами предсказанная судьба может измениться в худшую сторону».

«Русалка обучаит плаванию. Все стили. Надводное, падводное плавание, нырки. Водяным прозьба не понтоваться и меня нидергать! Очинь рада за вас, гугнявые, што вы хотя бы чтота умеите!»

«Альфонс Шуллер. Честная карточная игра на деньги. Карточные фокусы для всех желающих. Метание заточенных карт Таро в дубовую колоду. Результативное обучение. Также научу раскладывать пасьянсы».

«Патомствинный педагок научит ваших деток четать, песать и счетать заодно зонятие. Вкусным и толстым деткам скитка».

– Нет уж, лучше я научусь «четать и песать» у кого-нибудь ещё, – сказал Кузя, переходя к следующему объявлению, сообщавшему:

«Баба Ганя, баба Аня, баба Саня. Свежая подборка дневных сплетен для деловых людей и долго спавших вампиров. Кратко, ёмко. Без воды».

«ВСЕХ ПАБЬЮ. Крепко хачю кушать. Цеклоп з дубиной».

Кузя погладил это объявление, накорябанное углём поверх предыдущего. Он уже полюбил этого «цеклопа з дубиной» как родного.

– Видать,