Читать книгу - "Терранавты. Роман о разумных осьминогах - Октавия Колотилина"

старыми медвежьими шкурами стояли ящики, а в ящиках доктор скрывал много приборчиков и деталей. Приехал старый друг отца, Леготский, доктор привёл его в домик.

«А г-где же ваша кол-лекция вин? – спросил Леготский. – Ничего н-не вижу». Ему к голове приставили коробочку, и после этого он уже не заикался, каждый раз при встрече с Владиком доставал из кошелька монетку и дарил. Жалко, быстро уехал. Сказали, заболел.

– Докладывай.

Когда доктор думает, что никто не смотрит, он чуть слышно разговаривает сам с собой. Вернее, не с собой, а с охранниками, – те, бывает, тоже так застывают, но рявкают, как по телефону. Выслушав донесение, доктор проворковал в сторону отца:

– Вызывали ветеринарную помощь, ваше сиятельство? О, вы не в настроении отвечать? Понимаю, понимаю. – И снова тихо приказал: – Спроси документы. Екатерина Куравина? Какие люди! Сама пришла. Давай её в кабинет.

Пасти из доктора выпрыгивали одна за другой.

Глава 7

В окна «газели» стали видны резные крыши усадьбы князя. На ладони Виктора Сергеевича лежала фиолетово-белая раковина в форме тонкого конуса, Винч объяснял:

– Держи за широкую часть, тогда не ужалит. Чтобы выстрелил зуб-гарпун, стукни пальцем по выступу в основании.

Мира преодолела страх, прикоснулась к подарку двумя пальцами, опустила в карман медицинского халата. Если эта штука вздумает ужалить сквозь одежду, сладкие сны до завтра обеспечены.

На территорию усадьбы их пустили. Но стоило машине остановиться, всех попросили выйти из фургона, встать к нему лицом и положить руки на капот. Охрана принялась обыскивать «газель», сканировать посетителей. На этот раз хоть данный тёткой «БыК» не отобрали.

Мира стояла между Тиэрой и Виктором Сергеевичем. Заметила краем глаза, как от его груди отделилось нечто тёмное и перебралось на капот, сразу же приняв зелёную окраску и повторив белые буквы «ина» в слове «Ветеринарная». Еле заметная выпуклость скользнула вниз, под фургон, распласталась по плитам дорожки, мгновенно перенимая их цвет и фактуру.

Лишь бы на Винча не наступили! Удастся ли ему сделать, что задумано?

Железный палец ткнул в плечо, киборг бросил:

– Князь согласен принять вас двоих.

Они с Риной пошли по дорожке к дому, тётка доказывала сопровождающим: медицинский саквояж ей необходим, иначе не оказать помощь питомцу князя. Те отвечали «не положено». Сзади раздались писклявые причитания Тимура:

– Папе плохо от жары, ему надо лечь в машине, не мешайте!

Мира не стала оглядываться, чтобы не выдавать друзей. Судя по звукам, Тиэра затаскивала неуправляемый скафандр Виктора Сергеевича в кабину, где тот будет дожидаться пилота. Если только у Винча получится вернуться.

Пока их вели по лестнице на второй этаж, Рина усмехалась: «Просто музей!» Хотя совсем не похоже: в музее на каждом шагу интерактивные экраны, голограммы, а тут всё как в фильмах про замки и привидений. В кабинете оба киборга отошли к двери, но их взгляды словно жгли спину.

– Здравствуйте, ваше сиятельство! – торопливо поздоровалась Мира.

Ей не ответили: князь, похоже, спал в кресле. На его правом виске пристроилась белая коробочка чуть больше смартфона, рядом с безвольно откинутой рукой стоял пустой стакан.

Плохо, очень плохо.

Когда они были тут первый раз, Дэниэл упоминал, что Владика собираются лечить с помощью чипа, внедрённого в мозг. Мира читала о таких: их начал разрабатывать ещё Илон Маск, эти гаджеты могли не только восполнять неработающие структуры мозга, но и улучшать здоровые. А что бы помешало американцам сделать чипы, которые способны управлять телом человека? Не обязательно дёргать за каждую ниточку: достаточно подключить умную нейросеть, которая заставляла бы жертву исполнять определённые команды.

Конечно же, один Дэниэл не мог управлять одновременно десятью киборгами. Но почему бы коллег из-за океана не попросить помочь?

Свои догадки Мира собиралась высказать князю, стоило лишь добраться до него. И вот – добрались!

Дэниэл небрежно присел на край стола. Он приветливо улыбнулся гостям, но взгляд был цепким, как у полковника.

– Рад вас видеть, Екатерина Андреевна. Простите великодушно, его сиятельство принимает медицинскую процедуру, не сможет уделить вам время. Зато у меня будет одно выгодное предложение. Я думаю, вы хотели бы вернуться в цивилизованную демократическую страну. Тем более, к вам накопились вопросы…

– Неужели меня ждёт подводная лодка? – Рина с деланым изумлением вскинула брови. И сжала кулаки: – Отвечайте, что ваше АНБ сотворило с Хонером?

Дэниэл поднял ладони, как бы защищаясь:

– Господин Таффанель жив, проходит лечение. Желаете его навестить?

– А есть смысл? Он после вашего «лечения» меня узнает?

Пока они беседовали, Мира кинулась к аквариуму, постучала по стенкам. Лежащий на дне осьминог открыл мутный глаз, щёлкнул слабо:

– Мира? Ты всё-таки пришла за Араумом?

Выглядел он плохо, не шевелился, на сером лбу еле различался блёклый ромб. Совсем измучился от недостатка кислорода, был еле жив – и глядел на избавительницу с благодарной радостью.

Тётка мигом оказалась рядом, встряхнула крышку, из аэратора вырвалась пара пузырьков.

– Это зверство, содержать животных в таких условиях! – возмутилась она. – Вы хотя бы воду здесь меняете?

– Сможете пожаловаться в Фонд защиты природы, – сочувственно покивал Дэниэл. – Когда прибудем на место. Извините, спешу, долго упрашивать не буду. На площадке нас ждёт вертолёт. Сами пойдёте или вам помочь?

Киборги одновременно шагнули вперёд. Рина быстро глянула на них и повернулась к Дэниэлу:

– Вы ведь знаете, что этот осьминог – разумный? Вы собрались транспортировать его не меньше восьми часов, а может, и пару дней. Неужели не понимаете – он умрёт?

– Передо мной не ставили задачу доставить его живьём, – Дэниэл покривился. – К сожалению, на вас это не распространяется.

Рина начала пламенную речь о том, что нельзя так обращаться с октопус сапиенс, если люди хотят установить с ними контакт. Дэниэл скептически улыбался, слушая.

Мира же поглядывала в окно, где в синем небе был еле виден маленький оранжевый кокон. Вот он превратился в точку, и её утянуло вбок, за раму.

Есть! Значит, Винч всё-таки добрался до железного каната на аэростатной площадке и приставил к нему моллюска-сигару, литоредо. Канат лопнул, аэростат улетел, и усадьба князя теперь без связи – а значит, из-за океана не могут больше отслеживать обстановку, не могут подавать приказы в электронные мозги.

Киборги не стояли больше по стойке «смирно», они вертели головами. Тот, что повыше, даже снял шлем, оказавшись брюнетом с горбатым носом, и заявил:

– Знаэте, доктор, савсэм нэ нравится эта броня. Правалы в памати, что с утра дэлал – нэ знаю… Ваш сыятельств, хател вам саабщить, а как иду – нэ там оказываюсь. Вам нэхорошо, ваш сыятельств?

– Тобой Дэниэл управлял через чип! – закричала