Читать книгу - "Терранавты. Роман о разумных осьминогах - Октавия Колотилина"

Когда случился Инцидент Один, никто толком не понимал, какие ещё меры придумает паникующая власть и сколько всё продлится. Побережье превратилось в бесконечный цех по утилизации кораблей. Резали на металлолом ржавые сейнеры и новые военные корветы, огромные ледоколы пилили и вытягивали по частям кранами. Мира видела хронику, как рыдает седой усатый мичман, грызёт чёрную фуражку.

Мимо махины авианосца машина пробиралась с минуту. Водитель повернул, ещё раз выкрутил руль. Если в начале «Склада» оставались нормальные проезды, в дальней его части катера стояли густо, между ними едва можно было пройти. Лимузин принялся петлять и вырулил наконец к моторной яхте длиной метров двадцать.

Мира узнала её. У тётки в гостиной висела большая картина, на которой волны норовят опрокинуть «Илону», а судно задорно поднимает чёрный нос с красной полосой понизу. Сейчас на флагштоке не реял флаг, окна рубки были слепы, запорошены пылью.

Вышли из машины, накрыл густой запах нагретой резины. Подъехал уазик с трапом, Винч первым забрался по нему на борт «Илоны», Мира поднималась следом. Два киборга, что их сопровождали, встали по сторонам от лимузина.

Первым делом кинулись в кают-компанию. Справа от входа шла наверх лестница, за ней вдоль стены тянулся аквариум. Воды там не было, половину пространства занимало сооружение из камней и всяких неожиданных предметов: огнетушителя, кожаного сапога, ложек.

– Мира… – казалось, Тиэра смущена. – Мне надо обследовать жилище вирналиуса Фьюта, ты не могла бы выйти?

– Она тебя не съест, – уверил Винч. – Я прослежу.

Мира фыркнула на их недоверие и отошла к двери. Тиэра вылезла из скафандра, оказавшись поменьше Араума: голова размером с крупное яблоко, щупальца тонкие и изящные. Осьминожка забралась в аквариум, старательно ощупала каждый предмет, просочилась через щели между ними, заглянула в сапог. Через двадцать минут объявила:

– Ничего нет. Ни кристаллов, ни ракушек.

Винч принялся разбирать строение, пробовать на вкус ложки. После переключился на сам аквариум, затем тумбочку под ним, пол. Тиэра заглядывала за отошедшие рейки обшивки, находила скрытые люки.

На стене, над лестницей в каюты, был нарисован портрет Рины: строгое лицо с точёным носом, тот самый драконий взгляд тёмно-синих глаз. Тиэра обмусолила всю картинку, даже краска кое-где потекла.

Они с Винчем обследовали камбуз, каждый метр потолка, лизали канаты и перила-леера. Обстукивали фальшборт – часть борта от палубы и выше. После спустились в трюм, проверили каюты. Нашли вентиляционные шахты и лазили по ним, жалуясь на пыль.

В рубке капитана стояло кожаное кресло. Мира плюхнулась на него и принялась крутить штурвал, воображая огромные волны и сильный крен. Она не понимала, что вообще тут искать, и скоро устала от праздного шатания по судну. Закралось подозрение: Фьют мог прикрепить какую-нибудь мидию с информацией на днище «Илоны». А рачительная Рина очистила и покрасила яхту, и бесценное осьминожье Послание превратилось в песок.

Из рубки был виден забор, до него каких-то тридцать метров. Если бы они раньше знали, что «Илона» стоит так близко к концу «Склада», Винч мог попытаться пробраться сюда, и не пришлось бы отдавать Араума. Но что теперь локти кусать.

Осьминоги обшаривали судно от белых тарелок связи на мачте до киля. Наконец, Виктор Сергеевич бессильно опустился на носу яхты, откинувшись спиной на бортик. Лицо скафандра выражало такую безнадёгу, что Мире захотелось хоть чем-то утешить пилота. Она пристроилась рядом, спросила:

– Внизу, в техническом отсеке, смотрели?

– Тиэра ещё раз проверяет.

– Представляю, что ты сказал бы своему «виэртону», если бы встретил.

– Ругать мёртвых – всё равно что роптать на Течения, – щёлкая, откликнулся Винч. – Знание, что краб покинул норку – полкраба. Мы убедились: Послания на «Илоне» нет. Значит, нужно искать его в другом месте.

Мира исподволь рассматривала упрямо сжатые губы, нахмуренные брови над голубыми глазами.

– Ты же общался с Араумом на тактильном, когда оставлял его. Что ты ему сказал?

Ответил отстранённый голос Виктора Сергеевича:

– Сказал, вернусь и заберу его. И мы вместе пойдём на аттракционы.

– Сбрендил?! – выдохнула Мира с возмущением. – Зачем такое обещать? Видел эту крепость с киборгами, жуть! Нам не пробраться. А если и проберёмся – не выйдем уже.

– Я знаю, – обронил Винч.

– Значит, ты врал? Чтобы Араум надеялся, верил, ждал спасения? Корчился от плохой воды и недоумевал, почему его не забирают?

– Он мог начать паниковать, сделать какую-нибудь глупость. А нам нужно было время, чтобы доехать сюда, на поиски, на возвращение к берегу, – так же спокойно пояснил Винч. – Если он погибнет слишком рано, люди захотят ещё одного питомца, и мы не успеем завершить миссию. Придётся отдавать Тиэру. Её нельзя отдать, кто-то должен рассказать виру Сиэртону, что Послания на «Илоне» нет.

– Как ты легко всеми жертвуешь! – Мира вскочила, схватила себя за локоть, чтобы не врезать этому гадскому «стратегу». Кинула: – Отлично, значит, Араум там ждёт спасения и задыхается. Отдашь Тиэру ещё, а сам расскажешь своему виру всё что надо – почему нет?!

Виктор Сергеевич повернул голову в её сторону и посмотрел насквозь, будто прозрачные глаза принадлежали мертвецу. Спросил с лёгким недоумением:

– Я ведь обещан тебе. Мы руки жали.

Он общается через переговорник, чтобы не выдавать истинные эмоции. Какое отчаянье бьётся там, внутри скафандра, в трёх маленьких осьминожьих сердцах?

Мира прижала пальцы к вискам. Захотелось крикнуть, что нет, нет, не нужны ей такие жертвы! Но в памяти всплыл цепкий взгляд полковника: «Станешь знаменитым учёным, там и докторскую защитишь».

Винч – ключ к её будущему. Легко сказать: «Пропади оно пропадом, ничего мне не надо». А потом что? Всю жизнь таскаться по торговым залам?

Они сидели на палубе, не зная, что говорить, а ветер звенел среди мачт. Погода стремительно портилась, наползали густые тучи.

– Да? – донеслось снизу. – Чего? Точно федералы?

Мира глянула под леер: под яхтой стоял киборг, приложив руку к шлему. Он снялся с места – зрение едва поспевало за движениями – и заскочил в лимузин. Второй киборг прыгнул за руль, и машина, взвизгнув колёсами, унеслась.

Федералы? Полковник выследил?

* * *

Владик тихонько продвигался вдоль стены к массивной двери красного дерева. Няня отвлеклась, сплетничая с дядей Саней, дворецким. Отец после обеда отправился «проверять обстановку» на конюшне. Он дал доступ в кабинет лишь Владику, и если проскочить…

Из терминала рядом с дверью высунулся синий луч и строго упёрся в лицо: «Кто ты такой?» Владик распахнул глаз до боли, стараясь не моргнуть. Луч заглянул внимательно, проник до самого желудка. Дверь приоткрылась, говоря: «Проходи! Быстрее! Няня уже рассказала дяде Сане о твоём утреннем приступе. Скоро ей не