Читать книгу - "Изаура и Алваро - Бернарду Жуакин да Силва Гимарайнш"

Я собрал эти деньги. Но Леонсио ничего и слышать не хочет. Он сказал, что никогда не расстанется с Изаурой.

— Что же ты собираешься предпринять?

— Я хочу украсть Изауру.

— Украсть? Но это же так опасно!

— Я знаю, но нет другого выхода. Я все продумал. Ты поможешь мне?

Альфонсо замешкался.

— Ты имеешь право сказать «нет». Я не хочу, чтобы у тебя были неприятности, — строго сказал Мигел.

— Ты прав, Мигел, много воды утекло с тех пор, как мы виделись в последний раз. Но неужели ты думаешь, что я Могу предать нашу старую дружбу? Да, не одна голова может слететь с плеч, но когда речь идет о спасении своей дочери... Одним словом, я помогу тебе. Помогу чем смогу.

— Я не ожидал от тебя иного ответа. — Глаза Мигела светились радостью.— Мне нельзя здесь долго задерживаться. Позволь, Альфонсо, я поговорю с Изаурой.

— Только недолго. В любой момент могут прийти с проверкой. Сейчас нельзя рисковать. Вам лучше отойти в сторону, чтобы чей-нибудь любопытный взгляд не заметил тебя.

— Не беспокойся, Альфонсо, я буду осторожен.

— Когда ты собираешься устроить побег?

— Сегодня ночью. Нужно, чтобы ты отвлек охранников и открыл главные ворота. Даже если меня поймают, я ни под какими пытками не расскажу, что ты помогал мне.

— У тебя большое сердце, Мигел, — растроганно сказал Альфонсо и громко крикнул: — Изаура! Мерзкая бездельница, иди сюда!

Альфонсо вновь вошел в роль бесчувственного надсмотрщика. Он лукаво подмигнул Мигелу и прошептал:

— Пятнадцать минут. Не больше...

Мигел не знал, что в это время за ним подсматривала коварная Роза. Она начала слежку с того самого момента, когда Мигел выходил из господского дома. И сейчас она

выглядывала из-за кофейного дерева и старалась расслышать каждое слово, сказанное двумя товарищами...

Мигел и Изаура, не сговариваясь, пришли к старому, обгоревшему кедру, тому месту, где погибла Анна. Словно чья-то властная рука помимо воли привела их сюда. Они наконец-то почувствовали себя в относительной безопасности. Мигел трепетно обнял свою дочь.

— Малышка, — сказал он. — Ты скоро будешь свободна.

— Ах, отец! Я не верю своим ушам! Вы сказали, что я буду свободна? Неужели вы смогли собрать десять миллионов рейсов?

— Да, дочь моя. Но все не так просто, как нам бы того хотелось. Леонсио не желает расставаться с тобой ни за какие деньги.

— Ах, святая Мария! — Изаура обхватила голову руками. — Отец, дайте мне ваш нож!

— Что ты хочешь делать с ним, дочка?

— Дайте нож, отец. Если Леонсио придет, чтобы надругаться надо мной, пусть моя кровь брызнет прямо в лицо насильнику. У меня нет больше сил, чтобы противостоять этому низкому человеку.

— Нет, дочка. Тебе нет нужды идти на такую крайность. Я предчувствовал недоброе и все успел подготовить. Деньги, которые не смогли дать тебе свободу, теперь помогут нам вырвать тебя из когтей чудовища. Нам надо бежать.

— Бежать? Но как? Куда?

— Неважно куда, главное подальше отсюда.

— А что будет, если они поймают нас?

— Я не спорю, это очень опасно, но мы должны использовать единственную возможность спастись. Предадим же себя в руки божественного провидения. Я уже все обдумал. Сегодня ночью Альфонсо отвлечет охранников и отопрет главные ворота. У ворот я и буду тебя ждать. Мы спустимся к реке, на берегу которой привязана лодка. Как раз то, что нам нужно. Меньше чем через час мы будем в Кампусе. Когда завтра взойдет солнце, мы будет уже далеко. Решайся, Изаура.

— Я согласна, отец. Чего мне бояться? Разве может случиться худшее, чем уже случилось со мной?

 Весь этот разговор слышала Роза. Она притаилась неподалеку в зарослях терновника. Как только Мигел и Изаура ушли, Роза бросилась прямиком к Леонсио и все ему рассказала.

Леонсио был взбешен, его глаза налились жестокостью и коварством.

— Ну что же, — воскликнул он. — Сегодня я проведу прекрасную ночь, повеселюсь на славу. Я поиграю в кошки- мышки с Изаурой и ее папашей. Посмотрим, далеко ли им удастся уйти, если я спущу на них своих охотничьих собак. Думаю, псы останутся довольны неожиданным ужином. А этого изменника Альфонсо я закую в колодки, посажу на хлеб и воду, сгною в подземелье. Роза, пойди и позови ко мне Андре.

— Слушаюсь, мой господин, — покорно ответила Роза и вышла из комнаты.

«Прикажу, чтобы главные ворота были открыты, чтобы Изауре никто не чинил препятствий, не мешал ей покинуть

пределы фазенды. Пусть она думает, что все идет по разработанному ее отцом плану,— злорадно думал молодой Фонсеки. — Какое счастье, что Малвина убралась из моего дома! Она больше не будет сдерживать меня, ныть, проливать притворные слезы. Я остался один! Наедине с заклятым врагом и единственной любовью — Изаурой. Сегодня будет чудесная ночь! Ночь великой охоты!»

Глава 46

Состояние Изауры после встреч с отцом можно было определить одним словом: надежда.

Надежда на то, что наконец-то кончится изнуряющий труд на плантации.

Надежда на то, что прекратятся выматывающие душу приставания хозяина.

Надежда на то, что где-то далеко отсюда они с отцом начнут новую, свободную жизнь. И он и она умеют работать, оба они привыкли к лишениям, так что проживут как-нибудь. А там, глядишь, и произойдет что-нибудь замечательное. Вдруг отменят рабство? Ведь ходят же меж рабов разговоры, больше, правда, похожие на мечты вслух.

Или вдруг она встретит в своей новой жизни кого-то сильного, смелого и прекрасного, как тот добрый незнакомец на коне. И этот человек поможет ей стать новой Изаурой — свободной, смелой и... любимой.

«Ладно, Изаура, надеяться и мечтать хорошо, но нужно как-то готовиться к побегу, — подумала она. — Ведь побег, пусть даже с отцом, не прогулка по фазенде. С чего начать?»

С этим вопросом она и обратилась к мудрой Жануарии, которую посвятила в свои планы во время короткого перерыва на обед.

Услышав новость, добрая толстуха обрадовалась и огорчилась. Радость пришла первой. Наконец-то ее малышка убежит из этого ада. Ведь это ж мука смертная — видеть, как ее изводит непосильная работа и злодей хозяин, и быть бессильной помочь.

Затем на смену радости пришла тревога. Как бедная, ослабленная на плантации девочка перенесет новые испытания? Ведь бежать — это двигаться безостановочно не один день, есть всухомятку, спать