Читать книгу - "Бросая вызов сумраку - Даниэль Л. Дженсен"

совсем другое. Вокс сел, игнорируя легкое головокружение, и окинул взглядом мертвую траву на поляне в поисках знакомой потертой кожи, но не нашел ничего, кроме своих ботинок, нескольких пустых бутылок и остатков дня, который он проведет в отчаянных попытках не думать о том, что принесет завтрашний день.

Зедра стояла, заложив большие пальцы за пояс; ее карие глаза были острыми, как иглы.

— «Призрак» только что укатил на запад, так что я решила проверить, пережил ли ты этот день в компании сестричек. — Она изогнула бровь. — А ты не староват для таких развлечений?

— В тот день, когда я стану слишком стар для этого, Зедра, я сам попрошу тьму забрать меня. — Вокс натянул ботинки, прикидывая угол падения солнечных лучей и проклиная себя вчерашнего за то, что так подгадил себе нынешнему.

— К слову об этом, до наступления тьмы тридцать семь минут, — заметила Зедра, даже не взглянув на часы на запястье. — Ты хотел собрать всех в военном отсеке за шестьдесят минут до заката, но мы можем всe перенести на тот день, когда твоя голова будет соображать лучше, а зад будет не таким голым. Обычно рассветовцы проезжают по Амадейнской магистрали, как минимум, за неделюдо того, как солнце загонит их на самый северный маршрут. У нас есть пара дней.

Это был соблазн. Соблазн принять отговорки и отсрочку вместо того, чтобы ввязываться в драку, которая, как знал Вокс, им дорого обойдется. Вот только «Сумрачный охотник» уже никогда не будет сильнее, чем сейчас. У них никогда не будет лучшей команды. И никогда не выпадет лучшего шанса нанести первый удар в битве, назревавшей целых двадцать лет.

— Дай мне свою куртку. Я замерз.

Зедра скривилась, перекинув через плечо темную косу, спадавшую с левой стороны ее головы, в лучах послеполуденного солнца блеснула другая, выбритая, половина.

— Если ты думаешь, что я позволю коже, которая касается моего тела, оказаться близко с тем, что кувыркалось в грязи с сестричками Редвайн, то ты глубоко заблуждаешься. Если ведешь себя, как желторотый салага, то изволь совершить прогулку позора, как салага. Такие дела, Босс. Тридцать четыре минуты.

Кожа Вокса покрылась мурашками, и, хотя из-за деревьев он не видел стену смога, он чувствовал ее приближение. Чувствовал, как на востоке стракси уже лезут из-под земли, начиная свою охоту. Слышал, как начинает реветь пиродвигатель «Сумрачного охотника», готовясь разогнаться до скорости, которая еще на одну ночь сохрани т им жизнь.

— Мы дружим уже двадцать лет, Зед. Двадцать лет мы боевые товарищи. Двадцать лет сражаемся бок о бок, что бы ни случилось, и ты заставишь меня идти к моему собственному составу, сверкая у всех на виду голым задом на холодном ветру?

Зедра улыбнулась, блеснув белыми зубами на фоне смуглой кожи.

— Конечно нет, Босс. — Она отломила еловую ветку и протянула ее Воксу. — Там вокруг дети, которым незачем такое видеть. Тридцать две минуты.

Выругавшись, Вокс выхватил ветку из ее рук и зашагал в сторону «Сумрачного охотника» на знакомый звук рева его двигателя. Металл на его ботинках лязгал, пока он пробирался между чахлых деревьев, служивших им укрытием в этой почти безжизненной тундре. Эти земли пустовали еще до Раскола, и дикая природа быстро отвоевала всe, что здесь когда-то было. Единственным следом человечества оставались дорожные магистрали.

Зедра поравнялась с Воксом, и повисшее между ними молчание было красноречивее слов.

— Еще есть время пойти на попятную, — наконец произнесла Зедра; на ее обычно непроницаемом лице читалась тревога.

— Мы уже всe обсудили, Зед. Потери будут болезненными, но подумай о тех жизнях, которые мы спасем, если доведем дело до конца.

— Дело не в потерях. — Она поджала губы. — Команда верит, Босс. Они искренне верят, что, если мы убьем Разрушительницу Мира, ее магия наполнит Источник, и он снова начнет даровать волшебство. Боюсь представить, что станет с их боевым духом, если этого не произойдет.

— Не мы породили эту веру.

— Нет, но мы подпитывали ее в своих интересах, потому что для нас так было проще манипулировать отчаявшимися. — Зедра пнула палку, отшвырнув ее в сторону. — Магия угасала еще задолго до того, как проявился дар Лириен Флинтспайр, но все благополучно об этом забыли. Проще обвинить ее в иссушении Источника, потому что это может что-то решить, тогда как на самом деле правда такова: неважно, выживет она или умрет, скорее всего, магия всe равно полностью исчезнет через пару поколений.

А без магии шансов выжить в борьбе со стракси почти не оставалось.

— Именно поэтому мы и делаем это. Ты знаешь, я не люблю читать нотации в стиле проповедников Источника из старого мира. Но только так мы их спасем. Только так мы победим.

— Да. — Зедра коротко кивнула, ее коса качнулась. — Это верный курс. Просто нервы шалят.

Вокс приобнял ее за плечи.

— Завтра мы убьем Разрушительницу Мира. Завтра мы отправим в могилу правую руку Таймена. Завтра мы сделаем первый шаг к победе в войне со стракси.

С того самого мига, как Вокс предложил этот план, Зедра поддерживала его, потому что ее ненависть к Таймену пылала ничуть не слабее его. В знак солидарности с ним подруга на мгновение прислонилась к Воксу, но тут же ткнула пальцем ему под ребра.

— От тебя несет пойлом «Гремучей змеи» и целой жизнью, полной плохих решений. Не подходи ко мне, пока не примешь душ и не наденешь хоть какую-нибудь одежду.

— К слову об одежде, ты сказала, «Призрак» ушел на запад?

— Ага. Твой плащ был на Джине, когда они отчаливали, и она крикнула: «Скажи ему: если хочет получить его обратно, пусть устроит еще одну встречу».

— Умна, как лисица, — пробормотал Вокс. Теперь стало ясно, почему «Призрак» увязался за ними на север. Команда Джины сплошь состояла из музыкантов и артистов, а именно на таких встречах они срывали лучший куш.

Сквозь деревья показался «Сумрачный охотник», его огромная стальная махина змеилась по гладкому камню лагерной дороги, на которой он стоял. Фек и Мэгги, близнецы-ороманты, ругались из-за какого-то колеса и не заметили Вокса. Дальше дневная бригада грузила в отсеки плоды своих трудов, пока остальные чинили паруса ветроходов.