Читать книгу - "Дым, зеркала и проступки - Энола М. Дуглас"

скользнули тёплые благоговейные руки. Он целовал ключицу. Грудину. Округлость груди. Дыхание пробегало по коже, пока он медленно раздевал её — будто не просто снимал одежду, а разворачивал подарок, которого ждал всю жизнь.

Он встал. Кассия смотрела, как Арк расстёгивает пуговицы и привычным движением сбрасывает рубашку. Её взгляд прошёлся по открывшемуся телу — широким плечам, сухому рельефу мышц, силе, которую он всегда так сдержанно прятал под безупречным кроем.

От одной его красоты у неё снова перехватило дыхание. Широкие плоскости груди. Кубики живота. Тёмные линии узоров возникали и исчезали, словно чернила и руны на золотой коже. В тусклом свете блестели рога. Он выглядел истинным владыкой демонов — пока не приблизился и не опустился на колени как мужчина, готовый поклоняться.

Ладонь скользнула по её шее — прямо по метке связи, слабо засиявшей от прикосновения. Затем пальцы коснулись её, вошли внутрь, раскрывая с нарочитым терпением, которому противоречило напряжение дрожащих рук. Он сдерживался. Едва-едва.

Кассия выгнулась навстречу его руке, с губ сорвался бездыханный стон. Рот Арка нашёл метку связи. Поначалу он ничего не говорил. Только вдыхал её запах; жар тела прижимался так близко, что она ощущала, как расплетается его выдержка.

Потом низко и хрипло произнёс:

— Позволь обновить её. Позволь снова сделать тебя моей.

Она подняла веки, встретилась с ним взглядом. Между ними прошло нечто обнажённое — натянулась связующая нить. Кассия кивнула. Знала, что не должна, знала, что через несколько часов их больше не будет. Но сейчас хотела притвориться, будто это не конец.

Его зубы скользнули по коже. Губы плотно прижались к метке, и когда он начал всасывать её плоть, магия Кассии ответила безмолвной ширящейся волной жара и света.

Она поняла, что плачет, лишь когда Арк поцеловал её; губы стали нежными, хотя пальцы продолжали двигаться внутри, проводя через каждую дрожь возрождённой связи. Кассия выгнулась, вцепилась в него, а он разорвал поцелуй и вернулся к метке на шее — язык и зубы двигались в такт пальцам, поднимая её всё выше, пока она не разлетелась на части.

Кассия выкрикнула его имя, а метка связи вспыхнула, словно заново рождённое созвездие. Но времени прийти в себя он не дал. Наверху над ней Арк сжал её бёдра и подался вперёд.

— В первый раз, — выдохнул он, устраиваясь между её ног, — будет быстро. Ты нужна мне слишком сильно. Но потом…

— Потом, — прошептала она, обхватив его подбородок, — мы не будем спешить.

Он вошёл, и мир раскололся. Кассия резко ахнула, растягиваясь вокруг него; удовольствие пронзило её, когда он заполнил целиком — словно только там и должен был быть. Тело помнило его и расслаблялось, принимая. Она впилась ногтями в плечи, бёдра задрожали, когда он начал двигаться.

Поначалу Арк пытался двигаться медленно, но выдержке здесь не было места — не при всепоглощающем жаре, не когда она сжималась вокруг него так, будто не могла отпустить. Бёдра резко подались вперёд. Кассия выгнулась, обвила руками его шею и запустила пальцы в волосы. Задыхаясь, отчаянно двигалась навстречу, подстраиваясь под ритм. Новая связь пульсировала. Каждый раз, когда губы касались метки, её пробирала дрожь.

— Арк…

— Я знаю, — прохрипел он, коснувшись лбом её лба. — Знаю.

Она чувствовала его повсюду — внутри, вокруг, вписанным в боль и экстаз. Губы находили его плечо, ключицу, горло — всё, до чего могли дотянуться. Язык обвёл чернильные руны на грудине, закружил вокруг соска. Он издал звук — наполовину стон, наполовину клятву — и стал входить сильнее, глубже, пока мир не сузился до жара, кожи и невыносимо прекрасного давления столь полного обладания.

Она снова потянулась к его рогам, обхватила пальцами основание. Как и прежде, всё его тело содрогнулось. Ритм сбился, бёдра вошли глубже, из груди вырвалось рычание.

— Кассия, — процедил Арк, словно её имя было единственным якорем.

Она стремительно теряла себя. Тело дрожало вокруг него — отчаянное, распавшееся, цеплявшееся за Арка, пока разрядка подступала всё ближе. Он поцеловал её — жёстко, обжигающе — затем отстранился, чтобы смотреть на неё, стать свидетелем завершения.

— Отпусти себя, — выдохнул он. — Я тебя держу.

С криком, вырванным из самой сердцевины костей, она рассыпалась — перед глазами вспыхнул свет, мышцы сжались вокруг него; Арк застонал и последовал за ней во тьму.

И на одно ослепительное мгновение Кассия позволила себе поверить, что эта ночь может длиться вечно.

АРК

Она всё ещё дрожала, тело блестело от тепла их первой общей разрядки, когда Кассия повернулась и снова предложила себя ему.

Без слов. Всего один взгляд через плечо — тёмные глаза, приоткрытый рот — и он забыл все когда-либо данные клятвы о сдержанности.

Он встал позади, чувствуя, как снова стремительно нарастает голод. Обхватил бёдра, большими пальцами провёл по впадинке поясницы. Она лежала в его руках, словно судьба изваяла её лишь для него одного.

— Кассия, — выдохнул он, едва сумев произнести. — Если бы ты только знала, что со мной делаешь.

Он провёл ладонью вверх по позвоночнику, и Кассия выгнулась, прижимаясь к нему сзади. В груди свернулось низкое рычание. Коленом Арк раздвинул её бёдра шире, наблюдая, как она вздрагивает от прохладного воздуха на влажной коже, и снова направил себя внутрь. Её тело сжалось вокруг него — совершенное шёлковое давление, лишившее дыхания. Он упёрся одной рукой в изгиб поясницы, другой стиснул простыню рядом.

Его бёдра встретились с её бёдрами сильным толчком — сперва медленным, затем набиравшим мощь. Снова. Снова. Её вскрики становились громче: поначалу тихие, потом рваные. Он изменил угол, Кассия ахнула, руки подломились, и она уронила голову на матрас.

Боги, как же он любил её такой — дикой, без остатка потерявшей себя.

Он сильнее стиснул её бёдра и вошёл, задавая беспощадный ритм, от которого дыхание сбивалось при каждом толчке. Наклонился над ней, коснулся грудью спины, губами — края уха.

— Вот что ты со мной делаешь, — прошептал он ей на ухо.

Его имя вырвалось из её горла. Арк протянул руку, нашёл мягко пульсирующую точку между бёдер и начал растирать тесными влажными кругами. Кассия сжималась и извивалась под ним, её ритм нарушился, и последняя нить его самообладания лопнула. Он входил сильнее, быстрее, жадный до издаваемых ею звуков. Метка связи на шее пульсировала под губами, и Арк прикусил её — нежно, не повреждая кожу, лишь достаточно, чтобы почувствовать дрожь.

Когда она снова достигла вершины — дрожащая, всхлипывающая, — он окончательно потерял себя. Войдя до упора и плотно прижавшись к её спине, излился внутрь с хриплым сдавленным стоном. В