Читать книгу - "Драконова Академия. Книга 5 - Марина Эльденберт"

А еще она была женщиной. Не сказать, что женщин здесь было мало, но они были исключительно прислугой, а Тэйрен – принцессой. Опальной, насколько я поняла, потому что жила она не в замке Адергайна, а фиг знает где, с каким-то «монстром». Об этом шушукались служанки, когда думали, что я не слышу. Я даже представить не могла, кого здесь, в Мертвых землях, называют монстром, поэтому терялась в догадках. Может, стоило тогда с ней пообщаться подольше? Ходили бы друг другу в гости на ранх, рассуждали об особенностях жизни с темными.

Увы.

Не знаю, как насчет Тэйрен, а после памятного визита Адергайна Валентайн запретил мне выходить вообще. Я бы и рада была вступить с ним в управляемую дискуссию по этому поводу, но некоторые события до этого меня убедили в том, что с женщинами здесь говорить подолгу не принято. Для другого они созданы, женщины. Так-то. Правда, после памятного разговора о его матери Валентайн перестал со мной общаться вообще. Если раньше он хотя бы что-то говорил, то сейчас просто приходил. Смотрел на меня и уходил. С одной стороны это было хорошо, с другой… я потихоньку дичала.

Например, помимо подсчета дней до Нового года, я пыталась посчитать, через какое время я разучусь говорить с людьми и стану темной Робинзоной Крузой. По моим предположениям, выходило от года до двух, по истечению этого времени я должна была разучиться нормально разговаривать (книги мне запрещались), начать прыгать на четвереньках в нижнем белье со шлейфом, рычать и агукать. Это все было, конечно, приблизительно, равно как и подсчет времени до Нового года. Там, где не идет снег, дождь, а про солнце известно исключительно то, что оно есть, достаточно сложно пытаться работать со внутренним календарем. Учитывая, что у темных летоисчисление велось от первого эрда, а Тамею вообще не любили, так тем более.

Этот день обещал быть скучным, как и все предыдущие, поскольку теперь мне нельзя было даже читать, я занималась тем, что в свободное время делала растяжку, составляла теоретические заклинания, которые могли бы работать (если бы я могла их проверить), и в целом делала все, чтобы мое тело и мозг не сказали мне: «Пока, Ленка, с тобой было хорошо, но мы сваливаем». Очередной осенний день в Мертвых землях представлялся мне приблизительно таким же, но, как обычно бывает, когда ты в чем-то уверена, все идет не по плану.

Прямо после завтрака (я как раз успела досчитать до ориетировочного явления Тамеи) ко мне явились велиферты.

– Вы пойдете с нами, – сообщил один.

Не знаю, у кого в жизни случалось что-то хорошее после таких слов, вот и у меня не случилось.

– Не могу, – ответила я, – если вы тут работаете достаточно давно, то должны знать, что я принадлежу Валентайну Альгору, то есть Рэгхорну Ниихтарну, и он очень сильно обидится, если я нарушу его приказ не покидать покои. Допустим, если я знаю, чего ждать, вам с ним лучше не шутить. Вряд ли он будет наказывать вас так же, как меня, но я бы все равно опасалась.

Велиферты не прониклись моей речью от слова совсем. То ли действительно были новенькие, то ли не боялись кары Валентайновой. Или просто не знали, чего ждать.

– Вы пойдете с нами, – повторил тот, что уже это говорил. – У нас приказ Адергайна Ниихтарна.

А вот это что-то новенькое. С тех пор, как я разочаровала местного правителя, отказавшись становиться соучастницей в убийстве его сына, он на меня забил. Последний его взгляд, который должен был заставить меня почувствовать себя никчемной, ничтожной и начать вырывать на теле те волосы, которые не убирала магическая эпиляция, однозначно говорил, что ко мне его интерес поугас. Выходит, я ошибалась?

Или он снова собирался сделать мне коммерческое предложение, от которого я не смогу отказаться?

Если так, то зря.

За время пребывания здесь я чувствовала себя сумасшедшей, отчаявшейся, глубоко темной, я даже убивала. Но предать Валентайна я бы не смогла. Даже если бы меня рвали на части, потому что Валентайн давно стал моей сутью. Как когда-то Ленор, только если связавшая нас с Ленор темная магия осталась в прошлом, с Валентайном все было иначе.

Это была убийственная связь-притяжение.

Черная страсть.

Лозантир знает что еще.

Будучи тем, кто убивал меня день за днем, Валентайн (как это ни странно) оставался тем, что меня держало. Моей последней ниточкой, моей связью с прошлым. Прошлым, в котором моя жизнь не была похожа на череду темных дней и ночей, наполненных сексом, холодом, тьмой и одиночеством. Он стал моим первым, он был тем, кто не раз и не два меня спасал, он был… я могла бы привести кучу логических доводов, но правда была все равно одна: я бы скорее направила клинок в собственное сердце, чем в сердце повелителя Мертвых земель. Потому что это означало бы смерть Валентайна.

– То есть отказаться я не могу? – задала я риторический вопрос.

– Нет.

Ладно. В конце концов, не первый раз и не последний. А может, и вообще пронесет. Валентайн же меня больше не трогал с той ночи, может, его от меня тошнило. А может, нашел себе другую черную страсть. Как бы там ни было, сейчас его не было рядом, а ехать к Адергайну, перекинутой через плечо, вообще не хотелось. Поэтому я попросила велифертов подождать, оделась и, спустя какое-то время пошла вместе с ними знакомыми-забытыми коридорами.

– Может, хотя бы подскажете, по какому поводу аудиенция? – поинтересовалась я.

Молчание было мне ответом.

На сей раз мы прошли не в зал для представлений, читай, тронный, где Адергайн собирался пафосно снять штаны, и даже не в малый, а в такой нормальный (если здесь можно было что-то назвать нормальным) кабинет, где его владелец, Верховный эрд, восседал за столом. И, едва я шагнула внутрь, произнес:

– Оставьте нас.

Я бы с удовольствием его тоже оставила, но он поднялся, обогнул массивного черного монстра, читай свой стол, приблизился ко мне.

– Ты стала моим самым главным разочарованием, – произнес он, глядя на меня сверху вниз.

– Я ужасно опечалена. Могу я идти?