Читать книгу - "Связанные кровью - Дж. А. Гуд"

Нико обвинял Эларин в том, что у неё нет черты, которую она не переступит, но он ошибался.

Её тайны и были этой чертой.

— Ничего, — ответила я. — Он говорит примерно столько же, сколько и ты. Но хотя бы пытается по-своему помочь мне разобраться. А ты…

Я не смогла договорить. Не смогла сказать ей, насколько одинокой чувствовала себя без неё рядом. Без человека, который был нужен мне больше всех остальных. Без женщины, которая сама выбрала меня.

— Он манипулирует тобой, Иса. Ты должна это понимать, — сказала она, протягивая ко мне руку.

Я оттолкнула её.

— Я знаю! — слишком громко выкрикнула я. — Я застряла между вами двумя, и это меня убивает. Ты сама со мной это сделала. Ты сама поставила меня в такое положение.

Я вытянула ладонь, словно предъявляя доказательство. Чёрная нить навеки принадлежала ему — сколько бы нам всем ни было суждено прожить.

— Я сделала это, потому что знала: ты достаточно сильна, чтобы разглядеть за нитями то, что скрывается под ними. Нико Вейшар не хочет мира, Иса. Он хочет увидеть падение Ньярена — точно так же, как до него хотела твоя мать.

Теперь слёзы полились ещё быстрее, почему я сама этого не видела? Почему позволила ослепить себя тем, как он вёл нас за собой, и его похвалой, которую приходилось заслуживать?

— Если это так, зачем ему было связываться с нами? Зачем учить нас? Почему ему вообще было не всё равно? — спросила я.

Потому что Нико было не всё равно. Я это знала. Даже если он мной манипулировал, ему было не всё равно.

Глаза Эларин покраснели, и она кивнула, словно окончательно что-то для себя решила.

— Я всё исправлю, Иса. — Она притянула меня к себе. — Прости, любовь моя. Мне не следовало взваливать это на тебя. Я всё исправлю.

Мы обе знали, что теперь уже ничего не исправить. Я была связана кровью. Навеки привязана к Нико. Разорвать наши нити сейчас было бы больнее, чем жить с ложью. И даже если бы их разорвали, я всегда знала бы, что потеряла.

— Я люблю тебя, Исара Са’велен, — сказала она.

Я кивнула, уткнувшись лицом ей в шею и вдыхая запах железа и пергамента.

— Я тоже тебя люблю, Эларин Са’велен, — ответила я.

Я открыла дверь и вышла в коридор. Сердце всё ещё колотилось так, словно пыталось проломить рёбра. За дверью её кабинета воздух казался холоднее. А может, я просто слишком долго не позволяла себе нормально вдохнуть.

С дальнего конца коридора послышались шаги.

Нико.

Он был в форме, рукава закатаны, в руке отчёт. Увидев меня, он сразу встретился со мной взглядом, но шага не замедлил.

Я тоже.

Мы молча прошли мимо друг друга, но его плечо задело моё — не сильно и не едва заметно. Намеренно.

Я не обернулась.

Но почувствовала. Перемены в его нитях, тот странный тихий гул, который уже научилась узнавать. Как мгновение перед грозой, когда всё вокруг замирает и прислушивается.

Повсюду были проведены черты, а я оказалась лишь случайной жертвой чужой войны.

29. СТАЛЬ И ЛУННЫЙ СВЕТ

«Прежде чем связаться, Эшани должен отсечь всё лишнее. Сострадание затуманивает рассудок, привязанность лишает точности. Ничего не чувствуй. Делай то, что должен».

— «Кодекс Безмолвия», стих IV: «Дисциплина отрешённости»

Я уже и не помнила, что такое сон. Какая-то сказочная выдумка. За ночь мне удавалось поспать от силы час-два. Каждый раз, глядя на Каэля, я видела то, что могло произойти. То, что едва не произошло.

— Вот, — сказала Эрин, протягивая мне дымящуюся чашку.

Я взяла её, продолжая сидеть на полу казармы и заново перебинтовывать ногу. Сегодня на тренировке я упала и слегка растянула её, потому что недостаточно туго затянула повязку. Я прекрасно знала, как надо, но почему-то раз за разом допускала подобные мелкие ошибки.

— Что это? — спросила я.

— Смесь «Отдых для вен», — ответила она. — Ромашка, пассифлора, кора корицы и едва заметная нотка лаванды. Мне плевать, если тебе не понравится. Ты всё равно это выпьешь.

Эта странная женщина плюхнулась на пол рядом со мной, и Захра последовала её примеру. Она отодвинула мои пальцы и сама принялась перебинтовывать мне ногу. Сегодня вечером нас было только трое. Нико куда-то ушёл заниматься своими загадочными делами. Меррик снова отправился к Лисинье, а Каэль напросился с ними в таверну. То ли он не понимал, что будет третьим лишним, то ли был готов рискнуть. Меррика, похоже, в любом случае всё устраивало.

Я вдохнула аромат чая. Чашка приятно грела ладони. Первый глоток оказался цветочным и горьковатым, возвращая меня в настоящее.

Неплохо.

— Ты опять это делаешь, — негромко сказала Захра, продолжая возиться с повязкой.

Я моргнула.

— Что именно?

— Притворяешься, будто тебе не нужна помощь, и одновременно излучаешь что-то вроде: «Пожалуйста, кто-нибудь, помогите мне, пока я нахуй не взорвалась».

Я перевела взгляд с неё на чай, потом на Эрин. До меня начало доходить.

— О боги, — простонала я. — Вы это вдвоём подстроили.

— Мы ничего не подстраивали, — фыркнула Эрин. — Мы просто наблюдательные. И ещё нам до смерти надоело смотреть, как ты не спишь. Ты во сне постоянно бормочешь имя Каэля, а стоит нам об этом заговорить — шарахаешься. Это отвлекает.

Захра легонько похлопала меня по ноге, закончив с повязкой.

— Бояться — нормально, знаешь?

Я опустила взгляд на Метку Уз.

— Я должна была его защитить.

— Ты его защитила. — Тон Захры не допускал возражений. — И ты всё ещё здесь. И он тоже. Так что, может, сегодня позволишь нам сделать для тебя то же самое?

Я кивнула.

Я не знала, что именно она имеет в виду, но готова была попробовать что угодно, лишь бы это помогло уснуть. Так продолжалось уже неделю, и я чувствовала, что начинаю потихоньку сходить с ума.

— Кас спрашивал о тебе, — осторожно сказала Захра.

Я кивнула и сделала большой глоток чая.

— Он заслуживает кого-то получше. Он хороший человек.

— Я бы не сказала, что ты плохой человек, — заметила Эрин.

Я одарила её убийственным взглядом.

— Огромное спасибо.

Она пожала плечами.

— Не думаю, что Касу нужен кто-то другой, — сказала Захра.

Я оторвалась от чашки и свирепо на неё посмотрела.

— Я не стану просто трахаться с ним, чтобы самой стало легче, зная, что он ко мне чувствует. Я вообще-то пытаюсь стать не такой дерьмовой версией себя.

Она закрыла глаза и глубоко вдохнула, собираясь с терпением.

— Я знаю, Иса,