Читать книгу - "Там, где цветёт папоротник - Анна Корнова"

– Тебе поговорить надо, а мы уже говорим. Так, отойди в сторонку, а понадобишься – тебя позовут, – Радосвет недовольно посмотрел на Свету.

У Радосвета в левом ухе красовалась круглая сережка. Светлана заметила, что здесь мужчины серьги носят наравне с женщинами, а то и почаще. Серьги – это оберег. Ещё на выезде из Смоленска Борислав что-то сказал, указав Радосвету на его серьгу, тот, улыбаясь, ответил, и оба звонко рассмеялись. Одна серёжка – всегда подарок от зазнобы. Дарили любимому одну серьгу из пары. Эта подаренная серьга в ухе оберегала от опасностей, что в пути могут встретиться, а вторая сережка, оставшаяся у хозяйки, звала-тянула первую домой! Что весёлого сказал Радосвет про дарительницу, Света не слышала, да это и не важно, правду он Бориславу сказать не сможет. Серёжку ему Миляна подарила.

Светлана вспомнила, как ночью разбудила её княжна и с горящими глазами, с пылающими щеками поведала, что Радосвет её поцеловал прямо в губы.

– Он поцеловал или вы целовались? – уточнила Света.

– Целовались, – потупилась Миляна. – Он наклонился, а у меня сердце застучало так громко, думала: из груди вырвется.

«Есть повести печальнее на свете, чем повесть о Ромео и Джульетте», – думала Света, слушая взволнованную подругу. Знали обе, что оборвётся Милянина любовь осенью, когда поедет она в Полоцк, чтобы стать женой пятнадцатилетнего Будимира. Но беда эта ещё через пару месяцев случится, а пока не может Миляна запретить себе побежать в тёмный сад, чтобы потонуть в омуте глаз любимого.

Светлана уже не критиковала Радосвета, а соглашалась с подругой, что отважен и красив старший дружинник. Но сейчас на лесной поляне смотрел на неё Радосвет равнодушно, словно не человек, а дерево стоит перед ним, и Свете захотелось сказать ему что-нибудь такое неожиданное, что сотрёт маску презрения с красивого лица.

– Ой, какая у тебя серёжка красивая! А я такую уже видела, дай подумаю, у кого, – выдавать секрет подруги Светлана не собиралась, но ожидала, что Радосвет поменяется в лице, смутится или просто нахмурится, но он отмахнулся, как от назойливой мухи.

– Вот иди и вспоминай. Ужин приготовила?

– Об этом я и пришла поговорить с Бориславом, чтобы он, являясь руководителем, чётко определил мой функционал в данном проекте.

Радосвет и Борислав смотрели на Светлану как на слабоумную, бормочущую бессвязные слова.

– Светлана, ты опять за своё? Давай не заклинания говори, а объясни, чего надо, – Борислав попытался говорить строго, но не выдержал и улыбнулся.

Княжич не только Свете, но и себе не мог объяснить, зачем взял её в поход. Неизвестно, что в пути случиться может, и понятно, что эта неумеха только обузой будет. Радосвет на это уже указывал, да и другие дружинники на присутствие девки в отряде с непониманием смотрят. Но эта странная Светлана была ему чрезвычайно интересна, даже непонятные слова, которые она постоянно произносила, не раздражали, а забавляли. Наверное, так смотрят на яркую птичку, прилетевшую из далёких краёв, – ни к чему её не приспособить, а вот хочется просто наблюдать за ней.

– Я не понимаю, что входит в круг моих обязанностей. Готовить еду на кострах для такого большого количества людей я не в состоянии.

– Не готовь, без тебя справятся, – пожал плечами Борислав. – А как время выдастся, про дружину мне ещё раз поведаешь, что тогда у волхва не договорила.

Радосвет вопросительно посмотрел на Борислава, но ничего не сказал.

Светлана вернулась на застеленное еловым лапником место.

– Ну, чего узнала? – полюбопытствовал Неждан.

– Это секретная информация, но тебе скажу, – Света подмигнула пареньку, – от готовки меня освободили.

– Я так и подумал, что отвертишься. Ты же огня даже разжечь не сумеешь, – и помолчав, добавил: – Ну, я бы тебе помог.

– Неждан, сколько тебе лет?

– Шестнадцать. Этим летом не успел, следующим жениться буду.

– А невеста у тебя есть?

– Нет, пока. Вот думаю, тебя в жёны взять. Пойдешь за меня?

– Так, я даже огня развести не могу, – хмыкнула Светлана.

– Научишься. Матушка моя научит.

– Ну, шутки шутками, а, по правде, невеста у тебя на примете есть?

– Я не шучу, – Неждан серьёзно посмотрел на Свету.

– Молод ещё о таком рассуждать, – строго произнесла Света.

Неждан покачал головой:

– Ты не торопись, ты подумай. Княжичу тебя, безродную, в жёны взять не позволят. А я возьму.

– Много ты понимаешь, – разговор этот Свете уже стал надоедать. – С Бориславом у меня никаких любовных отношений нет и быть не может. А я следующим летом отсюда, вообще, уеду. Так что невесту себе в другом месте поищи.

– А куда ты поедешь? – забеспокоился Неждан.

– На кудыкину гору, – буркнула Света.

– Это где ж такая?

Светлана неопределённо махнула рукой в сторону лесной чащи. Где-то там кудыкина гора, Москва, университет. Там Влад и Дашка, о которых она почти не вспоминает, так её захватила новая жизнь. Когда вернётся, обязательно перейдёт на исторический. И заниматься будет изучением древних славян, чтобы современники не считали, как и она прежде, что жили когда-то примитивные люди с незатейливой культурой. А свою работу, которую обязательно напишет, начнёт словами «Дикий народ не мог бы создать ни такое государство, как Русь, ни такую страну, как Россия».

Глава 27. Лоденицкий лес, 945 год

«Война войной, а обед по расписанию», – вспомнила Светлана известный афоризм. Где-то она прочитала, что это якобы заявил Суворов при переходе через Альпы. Было ли это сказано великим полководцем или кем другим, но, так и не определив маршрут, дружинники достали из мешков ячменную крупу и сушеную рыбу. Что за варево должно было получиться – соединение