Читать книгу - "Связанные кровью - Дж. А. Гуд"

— Не-а. Вообще ничему.

Я отдала ему стакан с выдохшимся пойлом, предпочтя ему потрясение души. Он пожал плечами и осушил его с безумной улыбкой.

— Нико сказал, завтра у нас выходной, — сообщил Каэль, держа своё потрясение души обеими руками и принюхиваясь к нему. — Я спросил перед уходом.

— К тому же всегда есть средство Эрин от похмелья, — сказала Захра.

Я сморщила нос. В прошлый раз чернота не сходила с зубов и языка два дня. Повторять этот опыт мне совсем не хотелось.

— Тогда играем в Скрижали! — радостно завопил Меррик. — Давай, Вейн, может, хоть здесь сумеешь меня обыграть.

Кас рассмеялся и отдал мне свой стакан, а Меррик ткнул его кулаком в плечо. Они направились к каменным плитам с вырезанными на них светящимися метками нитей, висевшим вдоль стены. Несколько игроков метали в них маленькие крючковатые ножи, которые вонзались в камень и при попадании вспыхивали цветным светом.

— Если попадёшь в самый центр, на следующем задании тебе будет сопутствовать удача, — сказал Каэль.

Я прислонилась к ближайшей стене, держа в руках напитки, и наблюдала, как летят ножи, вспыхивают нити, а ругань и радостные вопли сливаются в тёплый хаотичный гул.

— Слышал, Меррик? Если проебёшься, нам конец, — сказала я.

И Кас, и Меррик стреляли из рук вон плохо, но чем больше Меррик пил, тем точнее становился его бросок. Само по себе это наверняка было ужасным предзнаменованием.

Меррик радостно взревел, когда его клинок угодил точно в центр. Кас толкнул его, а Каэль расхохотался так сильно, что едва не расплескал выпивку.

На мгновение мне показалось, будто я попала в какую-то другую реальность. С каждым днём моя Метка Проклятия и происхождение значили всё меньше.

— Я бы тебя не подвёл, Вирелль, — протянул Меррик.

Кас одарил меня улыбкой, от которой у меня по всем законам должны были подкоситься ноги. Он поздравил Меррика с хорошей игрой и передал свои крючковатые ножи Захре. Я сделала ещё один большой глоток из одного из двух стаканов в своих руках — к этому моменту хрен поймёшь, где что было.

Я допила и протянула остатки Касу, но тот покачал головой. На его идеально точёном лице плясало веселье.

— Кольцо тебе к лицу, Иса, — сказал он.

Я пожала плечами.

— Нормально.

Он обнял меня за плечи, а я заставила себя не отстраняться. Я могла потерпеть прикосновение, если благодаря этому он хотя бы немного меньше чувствовал себя использованным. Да и в последнее время физический контакт беспокоил меня всё меньше. Симптом, которому я пока не была готова ставить диагноз.

— Я всё ещё я, — сказала я, надеясь, что он поймёт.

Кас надеялся, что в Кольце я найду счастье и это каким-то образом поможет мне стать более открытой в эмоциональном плане.

Он смотрел на меня так, будто я была чем-то редким. Я не знала, как объяснить ему, что меня разбило на части, с которыми он попросту не будет знать, что делать.

— Быть счастливой — это нормально, Иса, — сказал он.

Я оглядела людей вокруг. Эрин, Лисинья и Каэль что-то оживлённо обсуждали. Захра размахивала ножом перед лицом Меррика и указывала на светящуюся Скрижаль. Губы сами собой растянулись в улыбке. Мысли потянулись к нити Нико, но от неё не исходило ни намёка на эмоции.

Не стоило этого делать, но я сделала.

Я легонько коснулась её, надеясь, что он не заметит.

Нить засияла, оживая, словно цветок, распускающийся весной.

— Меррик довёл Захру, и она его кастрировала?

Голос Нико звучал тепло, куда мелодичнее, чем обычно, без привычной скуки. И действительно, Захра теперь направляла нож вниз, а Меррик стоял с поднятыми руками.

— Очень на то похоже, — ответила я.

Но веселье быстро улетучилось, стоило мне оглядеться. Куда ни посмотри, повсюду Эшани из разных Колец общались, препирались и перекрикивали друг друга, ножи с лязгом ударялись о Скрижали, вспыхивавшие при каждом броске. Я ненавидела этот шум, толкучку, жжение дешёвого алкоголя в горле.

Казалось, я не заслужила всего этого.

— Иса? — позвал Кас, всё ещё обнимая меня за плечи.

Я выдавила улыбку.

— Мне просто нужно немного побыть одной.

Он внимательно вглядывался в моё лицо, пытаясь понять, что сделал не так, словно отвечал за мою тоску.

Я приподнялась на носочки и поцеловала его в гладкую щёку.

— Со мной всё хорошо, — заверила я.

Он провожал меня взглядом, пока я пробиралась сквозь толпу, а я жалела, что была такой эгоисткой. Чем скорее я покончу с тем, что между нами происходит, тем лучше. Он заслуживал счастья.

— Некоторым нравится страдать.

Голос Нико звучал мягко, хотя в нём вновь появилась привычная сухость.

Я проигнорировала его, а когда наконец выбралась наружу, холодный воздух показался настоящим возрождением. Лёгкие наполнились запахом сосны и дыма. Вдоль входа стояли фонари, мерцавшие мягким разноцветным пламенем из нитей — зелёным, синим, золотым. Их свет отбрасывал подвижные тени на мощёную улицу. Музыка всё ещё гремела слишком громко, поэтому я пошла дальше. Лес манил своей темнотой и тишиной. Но не успела я пройти и трёх метров, как на меня обрушились стоны и томные вздохи. Очевидно, лес привлекал не только меня.

Сердце забилось быстрее, по телу прокатилась знакомая волна тревоги. Мне нужно было пространство.

Протянув руку, я ухватила нить Духа и провела ладонью по её мерцающему свету. Нить податливо смягчилась в моих руках, и я раздвинула её, шагнув в Завесу. Лес вокруг превратился в туманное марево, в воспоминание. Время утратило всякий смысл в этой бесконечности. Примерно через два километра я снова раздвинула нити и вышла на каменистый участок, привлечённая шумом бегущей воды.

У источника было тихо, если не считать журчания воды и шелеста листьев. Ни музыки. Ни людей. Только я.

— Рейт говорил, что ты ещё не готова ходить сквозь Завесу без присмотра, а ты уже дважды сделала это за сегодняшний день.

По его нити пробежало лёгкое раздражение. Примерной ученицей меня не назовёшь.

— Мне нужно было отдышаться.

Я прислонилась к стволу дерева и принялась считать вдохи. Слишком много людей. Слишком много ожиданий.

Я ждала выговора. Ждала, что он спросит, зачем я так рисковала во время Пиршества. Но ничего не последовало. Вместо этого между нами установилась спокойная тишина. Я знала, что он рядом, ощущала его сознание пульсом в своём разуме, но казалось, будто мы вдвоём просто слушаем журчание родниковой воды и шелест ветра.

Через некоторое время, когда сердце успокоилось и я снова почувствовала себя чуть более цельной, я села у источника.

— Эларин со