Читать книгу - "Любовь на Полынной улице - Анна Дарвага"

Грубые слова резанули Нимуэ острее ножа.

— Сброд? — хрипло проговорила она. — Хм… Если, как ты заявляешь, я ведьма, то что помешает мне превратить тебя, скажем, в червяка, глупый рыцарь?

Она шагнула вперед, звякнули цепи.

— Думаешь, это меня сдержит? — Нимуэ устало улыбнулась.

Она должна была отдать рыцарю должное — на его лице не дрогнул ни один мускул.

— Артур велел завтра отвести тебя в кузницу и избавить от цепей, — сказал Вэйн. — Будь на то моя воля, я бы привязал к этой цепи камень и отправил бы тебя на дно озера.

— Ты всегда так обходителен с дамами, рыцарь? — усмехнулась Нимуэ. — Знаешь, а идея неплохая. Ты когда-нибудь бывал на дне озера?

Их взгляды пересеклись.

— Наш Вэйн опять в дурном настроении, — раздался голос, и из-за угла вышел еще один рыцарь. Золотые кудри ложились ему на плечи. Рядом с ним шла девушка, похожая на него как две капли воды. — Не пугай даму.

— Оставь его, брат, — сказала девушка. — Должно быть, он опять вернулся без добычи.

Нимуэ услышала, как заскрипел зубами Вэйн, но промолчал.

— Лот, Ильзе, и вам доброго дня, — сказал он, не обращая внимания на их слова. — Передаю эту ве… даму… вам. Артур просил позаботиться о ней.

— Если бы ты так заботился обо всех, за кого просил Артур, он бы давно уже остался в одиночестве, — захохотал Лот. — Ильзе, поможешь нашей гостье?

Девушка засуетилась, подхватывая Нимуэ под руку:

— Друзья Артура — наши друзья.

На следующий день Нимуэ действительно отвели в кузницу, а когда она подняла руки, показывая свои цепи, стоявший перед ней мужчина помрачнел.

— Магия… — прошипел он, будто обжегся.

Тут же на плечи Нимуэ легли чьи-то ладони и развернули ее. В темно-синих глазах Артура, который вдруг тоже явился в кузницу, она прочла не гнев, но решительность.

— Сегодня твои оковы будут разрушены, ласточка, — пообещал он, достал из ножен простой меч и одним взмахом разрубил цепь. Возможно, Артур и не был волшебником, но магия определенно отступала под его напором.

Дни в Каменном замке были наполнены повседневной суетой и скукой. Иногда мужчины уезжали на охоту в пригородные леса, а женщины продолжали свои рутинные дела, будто для них Колесо Года никогда не останавливалось. Нимуэ ни в чем не могла найти ни пользы, ни увлечения. Ее руки были слишком белы и нежны для грубой работы и годились разве что для магии, о которой здесь изредка перешептывались. За глаза ее прозвали «белой дамой», принцесской, которая от всего воротила нос и жаловалась на неудобные перины. Но Нимуэ пропускала все колкости мимо ушей. Все же она была феей, какое ей дело до сплетен.

Однако она ловила каждое словечко о Граале, незримом для всех, кроме Артура. Кто-то и вовсе сомневался в существовании волшебной Чаши, называя Артура чудаком. При этом все безмерно уважали своего короля. Нимуэ могла подолгу наблюдать за ним, оставаясь в тени. Старалась изучить его повадки, узнать его нрав и решить, как лучше подступить к нему. Возможно, Фата Моргана даже следила в эти моменты за ней, посмеиваясь над сестрой-неудачницей. Однако Нимуэ не торопилась. Она могла нанести только один удар, после доверие будет потеряно. А вместе с ним и Грааль.

Артур был всегда приветлив с ней, где бы они ни встретились — на лестнице замка или на площади возле цветущей яблони. Он никогда не задерживался дольше нужного, вел себя обходительно, но, пожалуй, слишком равнодушно. И это сводило ее с ума.

— Он всегда такой? — спросила как-то Нимуэ у Ильзе, кивнув в сторону Артура.

— Какой? — усмехнулась та.

— Такой отстраненный. Он будто бы здесь и вместе с тем где-то далеко-далеко. Ваш король когда-нибудь отдыхает?

В душу Нимуэ закрались подозрения, что всему виной именно магия. Иначе почему Артур всегда полон сил и бодр, ведь он встает раньше всех и ложится далеко за полночь. Даже ее бессмертная сущность изнывала в человеческом обличии, полном стольких ограничений!

— О да! — расхохоталась Ильзе, наливая для нее в кувшин молоко. Нимуэ не просила об этом, но между ними так уж сложилось, будто девушка чувствовала, что новая обитательница Каменного замка не такого простого пошива. — На Имболк[50] здесь всегда устраивают пиршество. Артур никогда его не пропускает и может до утра орать песни вместе со своими ребятами. Сколько помню их, так оно и было.

— Имболк… — протянула Нимуэ, загибая пальцы и отсчитывая, сколько месяцев осталось. Слишком много, слишком долго… Вот Белтейн[51] идеально бы подошел для праздника.

Артур, очевидно не ведая, что его обсуждают, непринужденно расположился у колодца, прислонившись спиной к каменной кладке и начищая свой меч. Король, который не ждал никакой угрозы… А она была. Рано или поздно Фата Моргана придет за реликвией, даже если Нимуэ оставит ее людям. И этого нельзя было допустить.

Нимуэ бросила быстрый взгляд на уродливый разлом в земле, что тянулся вдоль стены, — это след Великого Сдвига. Никто не знал, почему сошла со своего места земля, но объясняли все волей богов. Почти так оно и было. Фата Моргана возомнила себя богиней, взяв себе то, что ей не причиталось. Она забрала бы и Чашу, и Копье, не вмешайся в дело настоящие боги.

Но что будет, когда Нимуэ заберет Чашу? Не накличет ли она новых бед? Фея отмахнулась от гнетущих мыслей и направилась прямиком к Артуру.

— Здравствуй, ласточка, — улыбнулся он ей, подставляя лицо солнцу, а затем похлопал по траве, призывая сесть рядом с ним. — Ты заскучала в нашем скромном замке?

Нимуэ грациозно опустилась на землю, поджимая под себя ноги. На ней было простое платье из грубой серой ткани, за которое она совсем не переживала. Но в своих мыслях Нимуэ уже придумала наряд, которым могла бы удивить Артура. Нужен был лишь повод. Зачем ждать Имболка, если можно действовать уже сейчас?

— Признаюсь, сир, немного. В наших краях танцы и песни лились рекой каждую полную луну. И совсем скоро будет Белтейн, который мы всегда отмечаем. А как же вы? Неужели не танцуете под луной? Неужели не вплетаете вашим девушкам ленты в волосы и не дарите поцелуи под майским деревом?

Нимуэ закусила губу, слегка порозовев. Возможно, она чуть перегнула палку. Не стоило говорить ему о поцелуях… И как же неловко прозвучали ее слова, лишенные магии очарования.

Впервые она заметила на лице Артура нечто похожее на интерес. Его взгляд мельком коснулся ее губ, задержался на глазах.

— Я и правда задолжал моим людям праздник, — отозвался Артур, и вновь его высеченное из камня лицо озарила улыбка. — Да будет так, Агнесса. Выбери любое понравившееся тебе дерево, и мы благословим его на поцелуи.

Это звучало как обещание.

Серебристые блики на воде так ярко сверкали, что Нимуэ решила, будто это предостережение ее сестер-фей. Она сидела возле ручья, глядя на то, как солнце медленно выползает из-за горизонта и лениво перекатывается по небосклону. Было опасно находиться в такой близости от водоема — Фата Моргана могла устроить здесь ловушку, но ей, возможно, и без этого хватало дел на Авалоне.

Нимуэ пучками выдергивала траву, что росла по берегу, и раздраженно кидала ее в воду. Казалось бы, такой пустяк — найти красную ткань и сшить из нее платье, но в Каменном замке не нашлось ничего подходящего. Если бы у нее была хоть капелька магии, она могла бы щелкнуть пальцами, чтобы цветочные лепестки вмиг стали нарядным платьем.

Нимуэ замерла, зажав в кулаке траву. На запястье вспыхнул алый след — травинка больно резанула ее, и на серое платье приземлилась крохотная капелька крови. Кровь!