Читать книгу - "Бывшая жена дракона. Вернуться по приказу - Майкл Скофилд"

одного из писем, которое Дорн успел вытащить из синей воронки. Письмо почти сгорело, но на краю сохранилась строка:

“…сердце дома откроется, когда хозяйка сама откажется от имени…”

Лиара смотрела на эти слова и пыталась не думать о том, что в ночь развода она действительно подписала имя Вейл собственноручно.

Не предала.

Но отказалась.

Потому что ее заставили.

Потому что Арден сказал “ты больше не леди Рейнар”.

Потому что все было приготовлено так, чтобы она сама поставила точку там, где им нужна была кровь.

Кто бы ни составлял ловушку, он хорошо понимал родовые законы. Развод сам по себе не должен был разрушить контур. Но добровольная подпись изгнанной хозяйки, отказ от имени, снятие браслета, обвинение в предательстве и подложный след крови вместе создавали разрыв, через который в дом вошло проклятие.

Лиара потерла глаза.

На рассвете нужно было идти к алтарю. Допросить Морра. Проверить кровь Мирены. Начать лечение Ардена.

И при всем этом она понимала: без настоящих писем им не хватит доказательств.

Не для нее.

Для короля.

Для суда.

Для тех, кто потом скажет: замок болен, бывшая жена обижена, служанка сломлена, лорд Рейнар под влиянием договора.

Нужны были письма.

Те самые, которых она не писала.

Стук в дверь был тихим.

— Войдите.

На пороге появилась Эльса.

— Госпожа, простите. Вы не ложились?

— Ложилась. Не понравилось.

Экономка вздохнула, поставила на стол горячий чай и маленькую тарелку с хлебом.

— Вы совсем не бережете себя.

— В Черном Клыке это, видимо, заразное.

Эльса посмотрела на браслет.

— Он болит?

— Когда замок волнуется.

— Значит, часто.

— У нас с ним похожий характер.

Старая женщина улыбнулась, но тут же стала серьезной.

— Селла спит. Ровнее, чем ночью. Дверь охраняют люди, которых выбрал Ортен. Не из тех, кто служил леди Мирене.

— Хорошо.

Эльса замялась.

Лиара подняла взгляд.

— Говорите.

— Я вспомнила кое-что. Не знаю, важно ли.

— Сейчас важно почти все.

Экономка подошла ближе.

— После вашего отъезда ваши покои закрылись, но рабочий кабинет леди дома в восточной галерее остался открыт.

Лиара нахмурилась.

— Кабинет хозяйки? Я почти им не пользовалась.

— Да. Вы больше работали в своей комнате. Но по закону дома все документы, касающиеся хозяйственных распоряжений, писем, печатей и родовых счетов, проходили через тот кабинет. После развода лорд Велсар велел разобрать бумаги.

— Кто разбирал?

— Леди Мирена.

Конечно.

Лиара медленно поставила чашку.

— И вы говорите об этом только сейчас?

Эльса побледнела, но не стала оправдываться сразу.

— Тогда это казалось обычным. Леди Мирена взяла на себя хозяйственные дела после вашего ухода. Я думала, она разбирает счета, заказы, списки слуг. А сегодня вспомнила, что она велела вынести из кабинета маленький письменный ларец. Темный, с серебряной накладкой. Он был вашим.

Лиара закрыла глаза.

Ларец.

Она вспомнила. Небольшой дорожный ларец для бумаг, подаренный матерью. В нем она хранила личную бумагу с водяным знаком рода Вейл, запасные перья, сургуч и копии некоторых писем. Не важных, как ей тогда казалось. Бытовых. Черновики ответов. Образцы почерка.

И печатную подушку.

Не саму печать, но следы сургуча и краски.

— Куда его вынесли?

— Не знаю. Я спросила, нужно ли составить опись. Леди Мирена сказала, что бумаги бывшей хозяйки будут уничтожены как не имеющие значения.

— А вы?

Эльса опустила глаза.

— Я не поверила. Но тогда боялась вмешиваться.

— Эльса.

— Да?

— Страх уже был. Сейчас нужны поступки. Где мог оказаться ларец?

Экономка задумалась.

— Если леди Мирена не уничтожила его сразу, то в западной кладовой. Там хранили вещи, которые не должны были попадаться на глаза, но которые совет не решался выбросить без решения главы рода.

— Ключ?

— У меня был раньше. Потом лорд Велсар забрал. Но запасной мог остаться в хозяйственном шкафу.

Лиара уже вставала.

Эльса всполошилась:

— Сейчас? До алтаря?

— Именно до алтаря. После Морр будет готов ко всему, что мы предъявим. Если ларец еще в замке, нужно найти его до допроса.

— Я пойду с вами.

— Нет.

— Госпожа…

— Вы останетесь у Селлы. Если она проснется и снова испугается, ей нужен знакомый человек.

Эльса сжала губы.

— Тогда возьмите Ройса. Он ждет в коридоре.

Лиара открыла дверь.

Ройс действительно стоял у стены, будто его туда прибили. Увидев ее, выпрямился.

— Госпожа Вейл.

— Вы вообще спали?

— Да.

— Не лги целителю.

Он смутился.

— Немного.

— Пойдете со мной. И найдите Дорна. Тихо.

— Лорда Рейнара?

Лиара остановилась.

Связь сказала: Арден спит. Все еще. Тело наконец взяло свое, и будить его сейчас ради кладовой было глупо. Опасно. Неправильно.

И почему-то трудно.

— Нет, — сказала она. — Лорд Рейнар отдыхает.

Ройс заметил что-то в ее голосе и мудро промолчал.

Дорн нашелся у нижних печатей, злой, небритый и с видом человека, который уже трижды пожалел, что стал магом.

— Западная кладовая? — переспросил он. — Та, где старые вещи совета?

— Да.

— Там может быть защита.

— Поэтому вы с нами.

— Я так и понял, что меня позвали не для красоты.

Ройс серьезно посмотрел на него.

— У вас и не вышло бы.

Дорн уставился на стражника.

Лиара впервые за утро почти улыбнулась.

— Пойдемте.

Западная часть замка была тише остальных.

Там не было жилых комнат после старого обвала, поэтому коридоры использовали для хранения, архивов и вещей, которые род не хотел видеть каждый день, но не решался забыть. Портреты боковых ветвей. Сломанные знамена. Устаревшие договоры. Подарки от союзников, ставших врагами.

И, возможно, следы той ночи.

Дорога к кладовой шла мимо закрытой галереи. Окна здесь были узкими, свет проникал полосами. Пыль лежала на полу, но не везде: у дальней стены виднелись свежие следы.

Дорн присел.

— Кто-то проходил недавно.

— Мирена?

— Не могу сказать. След легкий. Женский или подростковый. Но рядом есть второй — тяжелее.

Ройс проверил коридор впереди.

— Никого.

Лиара коснулась браслета через рукав.

Он молчал.

Плохой знак или хороший — она уже не понимала.

Хозяйственный шкаф оказался заперт старым ключом, но Эльса была права: запасной висел внутри маленькой ниши за гобеленом, где приличный человек не стал бы искать, а опытная экономка знала бы сразу.

Кладовая открылась тяжело.

Воздух внутри был спертый, сухой, с запахом пыли, старой кожи и трав от моли. Вдоль стен стояли сундуки, коробки, зачехленные кресла, сломанные канделябры. На полках — ящики с табличками.

“Зимние счета.”

“Подарки южного посольства.”

“Сломанные печати.”

“Бумаги восточного крыла.”

Лиара прошла внутрь.

Сердце билось слишком быстро.

— Не трогать ничего голыми руками, — сказал Дорн.

— Я знаю.

— Извините. Профессиональная привычка.

— Хорошая. Сохраните.

Ройс остался у двери.

Лиара начала с полок у левой стены. Дорн проверял ящики на защиту, она открывала